Глава 54

Вера – Я очень рада за тебя, Гайка, – заботливо обнимает меня тетя, когда приезжаю домой. Её окутывающая теплота помогает чуточку расслабиться, но предстоящий разговор со Зверевым по прежнему держит меня в тонусе. – Виктор ждёт? – догадываюсь я и сразу замечаю мужской силуэт в гостиной. Поджимаю губы. – Ждёт, – на вздохе протягивает тетя. – Ну, раздевайся… Оккупировала тебя на пороге. – Угу… Расспрашивал о чем-нибудь? – полушёпотом говорю, расстегивая сапог. Тетя отрицательно качает головой. – Загруженный ходит. – Ясно. Я разуваюсь и снимаю верхнюю одежду. – Так-то нормально всё? – интересуется тетя, когда вместе направляемся в гостиную. – Да. – Ну хорошо. Встретившись с Виктором глазами, я замираю возле дивана и опираюсь рукой и бедром об его угол, как будто так безопаснее. Сердце волнительно стучит в груди. Отец моего ребенка стоит в нескольких метров от меня, сложив руки в карманы, и испытывает взглядом, вводя в еще большую неловкость. – Ладно, вам явно есть о чем поговорить, не буду мешать, – тараторит тетя, переглядываясь то со мной, то с Виктором. – Пойду к себе. Она поднимается на второй этаж, а мы молча следим и дожидаемся, когда её силуэт исчезнет за одной из дверей. Я как прилипшая до сих пор стою у изголовья дивана и не то что пошевелиться, вздохнуть глубоко лишний раз не рискую. Я жду, когда он начнет. Жду его упреков насчет вранья. Заведомо опускаю глаза, потому что действительно чувствую себя виноватой, да и оправданий заготовленных у меня не имеется. Мне бы хотелось сейчас беспечно радоваться новости о беременности, но делать это под хмурый взгляд Виктора крайне тяжело. – Кхм, – прочищает горло Зверев, нарушая затянувшуюся тишину. Достает из кармана руку и жестом указывает на диван. – Присядь, Вера. Пожалуйста. Сил в ногах особо нет, поэтому я не противлюсь и делаю, что он говорит. Опускаюсь на мягкие подушки, поджимаю ноги и обхватываю колени. Виктор садится напротив и, забарабанив пальцами по подлокотнику кресла, бросает короткий взгляд на живот. – Что сказал врач? С ребенком все хорошо? – довольно аккуратно интересуется он. – Да… – растерянно отвечаю. – В пределах нормы. – Делала УЗИ? – Да. Попросила сделать снимок. – Покажешь? – уголки мужских губ дергаются вверх. – В сумочке. Хочу встать, но Виктор опережает меня. – Сиди. Сам принесу. Уходит, а я поражаюсь его услужливости или даже скорее заботливости. Он не давит, не упрекает, не обвиняет, так удивительно, что настораживаюсь. Он быстро возвращается и передает мне сумку. Я открываю её и первым делом достаю оттуда всё «добро», которое купила в аптеке по рецепту врача. – Гинеколог прописал витамины, – поясняю я, ловя вопросительный взгляд Виктора. – Пить надо каждый день. Так, а вот и снимок… Виктор встает позади меня и вместе со мной рассматривает очертания малыша на черно-белом изображении. – Ничего ни понимаю… – Вот же… – подсказываю я и обвожу пальцем, куда надо смотреть. – Он совсем еще кроха. – А-а… Точно. Теперь вижу, – умиленно усмехается он. – А кто будет, мальчик или девочка? – Рано пока. На втором УЗИ можно будет разглядеть. – Возьмешь меня с собой? – поступает внезапный вопрос сверху. Я поднимаю голову, заглядываю в карие глаза и читаю в них неподдельный интерес. – Если хочешь, – киваю. – Конечно, хочу. – Хорошо. Я отворачиваюсь в исходное положение и прибираю снимок. Неожиданно Виктор присаживается возле моих ног и странно смотрит на меня. – Что? – моргаю недоумевающе. – Можно послушать живот? – Зачем? – Пожалуйста, – так проникновенно просит, что я теряюсь и рассеянно киваю в ответ. – Эм-м… Ладно. Глаза Виктора предвкушающе заблестели, а руки потянулись к кофточке. Мышцы живота автоматически напрягаются, когда его пальцы касаются оголенной кожи, он приподнимает ткань. Живот плоский, как будто внутри нет никого, что он собрался там слушать? – Ой, – вырывается из легких, когда Виктор прижимается щекой и ухом к животу. – Что такое? – спрашивает он, когда начинаю ерзать. – Щекотно, – улыбаюсь я. – Твоя щетина щекочет. – А-а… Бережно поглаживает ладонью живот и затем целует чуть ниже пупка. Я замираю, интуитивно положив руку на голову Виктора, перестаю дышать. Низ живота напрягается от чересчур приятных прикосновений. – Думаю, хватит, – сглатываю я, когда поцелуи повторяются. Он поднимает голову и глядя мне в глаза, заявляет с восхищением: – Ты не представляешь, как я рад ребенку. – Представляю, – поправляю кофточку. – Я была уверена в своей бесплодности. Но… Свершилось чудо. Без помощи Зверева этого бы не случилось, так что в какой-то мере я благодарна этому человеку. – Я слышал, что у женщин во время беременности случаются вкусовые пристрастия, – делится своими познаниями Виктор. – Хочешь чего-нибудь особенного? – Да нет, – пожимаю плечами. Причмокиваю. – Разве что… Цитрусовые. – Сейчас организуем, – бодро встает мужчина и направляется на кухню. Шуршит там и через некоторое время спрашивает. – Есть апельсины, пойдет? Я топаю на кухню и прислонившись плечом на дверной косяк, изумленно сканирую Зверева, который жонглирует тремя апельсинами. – Пойдет, – киваю. – Какие еще способности ты от меня скрывал? – Сам в шоке, – усмехается он. – Но руки помнят. Сейчас помою и нарежу. Виктор тщательно трет каждый апельсин под водой и насухо вытирает полотенцем. – Тебе почистить дольками или нарезать кружочками? – уточняет он, доставая нож и доску. – Эм-м… кружочками. Присаживаюсь за барную стойку и внимательно наблюдаю за тем, как ловко мужские руки разделяют апельсин на ровные красивые кружочки. Вижу сочную оранжевую мякоть и выделившийся сок, и сразу слюна во рту скапливается. Сглатываю. – Руки моем, – улыбнувшись, напоминает Виктор. Мои брови приподнимаются на командира, но я послушно иду мыть руки, и после чистенькими пальчиками беру апельсинки и уминаю их одну за другой. – Вкусно? – не отрывая от меня глаз, спрашивает Виктор. – О-очень, – прячу за щеку еще сочный кусочек. – Спасибо. – Кушай-кушай, – улыбается он. – Завтра весь холодильник будет в цитрусовых. Жую и мотаю головой. – Не стоит, сейчас наемся и завтра тошнить от них будет. Виктор усмехается и сгребает в кучку апельсиновые корочки. – Не выкидывай, – предупреждаю. – Тетя их засушит и в травяной сбор добавит. – Понял. Он отодвигает тарелку, облокачивается на столешницу и неприкрыто рассматривая меня. Я смущаюсь от столь пристального внимания, щеки розовеют. – Чего так смотришь? Я запачкалась? – вытираю губы, которые щиплет от апельсинового сока. – Нет. Любуюсь, – его глаза искрятся. – Кхм, – неловко прочищаю горло. – Для чего? – Хочу угадать, в кого пойдет наш ребенок. Он определенно будет красивым. – Рано загадывать. Еще шесть месяцев ждать, – напоминаю я. – Подождем. Я буду заботится о тебе. Исполнять любой твой беременный каприз, – уверенно заявляет он, в который раз удивляя меня чрезвычайной обходительностью и вниманием.