Глава 11

Элион

Саманту не могли найти уже несколько часов кряду. Стража осмотрела весь замок, заглянув практически в каждый уголок, вплоть до подвалов, где располагались кладовые, ледники для мяса и рыбы, винные погреба. Сейчас егеря прочесывали окрестности. Чем больше времени проходило, тем страшнее становились мои мысли. В них девчонка каждую минуту погибала новой мучительной смертью. И каждый раз, когда докладывали о найденной девушке с похожими приметами, в сердце зажигалась надежда и гасла, когда оказывалось, что это не Сэм. Но как же горько было разочарование! Только за последний час мне пришлось встретиться с десятком блондинок в голубых платьях. В глазах уже смешались белые и лазоревые оттенки.

– Ваша светлость? Конюшни в старом парке осматривать? – спросил один из подошедших стражников.

– Осматривайте! – рыкнул я, отбив у остальных всю охоту задавать вопросы. Больше указаний никто не ждал, все продолжили поиски.

Волнение клокотало где-то внутри, подступая неприятными спазмами прямо к горлу. Я словно сошел с ума. Весь замок сошел с ума. Казалось, и мир сошел с ума за компанию.

Только бы она нашлась… Только бы с ней ничего не случилось… И, найдя, больше не выпущу ее из своих рук. Примерно так я думал, когда поиски только начались. Но когда сгустились сумерки, а Саманты по-прежнему не было, видят боги, я уже сомневался в том, что я с ней сделаю, когда она отыщется: расцелую или отшлепаю!

Только на миг представил ворох задранных голубых юбок, маленький округлый зад и трепыхающееся хрупкое тело, извивающееся на моих коленях, и в глазах помутилось. Никогда еще я не желал так ни одну женщину. Но разве от Сэмми мне нужна только постель? Страсть? Неукротимый ритм, с которым я стану вбиваться в податливое, отзывающееся на каждую мою ласку тело супруги? Разумеется, и это тоже. Но было что-то еще, важное, древнее, правильное и ранее никогда мною не испытываемое. Да меня самого корежило от переполняющей душу нежности лишь от воспоминаний о Сэм. Нет, она нужна мне вся! Вся без остатка! Вздорная, смешная, отпускающая ядовитые шуточки и грустная, задумчивая – разная! Главное, чтобы нашлась живая, а с остальным я справлюсь! Нет, не так. Мы справимся. Со всей очевидностью осознал, что мнение Саманты для меня столь же ценно, как и мое собственное. И я готов его выслушать, считаться, если соглашусь, или пытаться отстоять свою точку зрения в противном случае. Но и то и другое доставило бы мне неимоверное удовольствие.

Не заметил, как дошел до малой королевской столовой. В залах уже горели магические шары, в каминах уютно потрескивали яблочные поленья, наполняя воздух теплом и непередаваемым ароматом.

Тарк ужинал в одиночестве. Он восседал во главе массивного дубового стола, хмурился и разрезал толстый, сочащийся кусок слабо прожаренной говядины с таким остервенением, словно тот был повинен во всех его мрачных думах.

Коротко взглянув на меня, брат махнул на свободный стул и снова уткнулся в свою тарелку. О еде я не думал, поэтому раздраженно отослал лакея и уселся рядом с Тарком.

– Как… поиски? – не поднимая взгляда, спросил он.

– Идут, – выдавил из себя я.

Странное дело, разговоры о пропавшей Саманте меня раздражали, но вот присутствие кого-то близкого рядом было сейчас необходимо как воздух. И лучше, чтобы этим родным человеком оказалась она сама, но… За неимением жены пока сойдет и брат.

– Тяжело? – так же не глядя, снова спросил он.

Признаться, ничего подобного от него не ожидал.

– Нелегко, – растерявшись, сознался я.

– Привыкай. Когда тебе, в сущности, плевать, что и с кем происходит, до конца не осознаешь, каково это на самом деле. Только любимые доставляют нам невыносимую боль, но они же делают жизнь прекрасной. Только рядом с ними понимаешь, что такое настоящая боль и истинное счастье.

Возобновившийся звон столовых приборов доходчиво показал, что король сказал все, что хотел. И ответить на это мне было абсолютно нечего.

Тарк ел, я, соединив руки в замок и положив их перед собой на пустой стол, просто молчал и думал. Брат прав, до Саманты моя жизнь протекала спокойно, хотя мне и казалось, что все в точности до наоборот. И только с появлением девчонки ожили мои спящие чувства. Жил ли я без нее? Скорее спал и вот сейчас проснулся, постепенно осознавая, сколько вокруг красок, звуков, ароматов и чувств.

Да, только вздорная ехидна способна встряхнуть меня, довести до точки кипения. Но лишь от ее улыбки становится светлее, и лишь Сэмми делает меня счастливым, не прилагая никаких усилий, а просто находясь рядом.

Как жаль, что между нами до сих пор не установилась связь, позволяющая дракону чувствовать свою половинку на расстоянии. И ведь я сам согласился подождать, дав ей время. Хм-м… На самом деле все было немного не так, но лично я подразумевал именно это, когда не стал консумировать наш брак. А Саманта вольна думать то, что ей заблагорассудится, пока жизнь не расставит все по своим местам. И я ей совсем немного в этом помогу.

Вдруг сердце пропустило удар, а потом меня внезапно охватило сильное желание вернуться в свою резиденцию. Нестерпимое желание, противиться которому с каждой секундой становилось все сложнее. Ничего подобного со мной никогда не случалось. Да и что делать в своих покоях без Сэмми? Я туда уже заходил несколько раз, только напугал ее пожилую служанку. Но сейчас я об этом даже не думал. Важнее всего – отыскать мое счастье. И, послушав интуицию, направился в свое крыло, даже не попрощавшись с братом.

– Герцогиня нашлась? – на ходу спросил у встретившего меня Марка.

– Нет, ваш светлость, – ответил дворецкий. – Ее служанка недавно прошла к себе в комнату.

Почти не обратив внимания на его слова, я открыл двери в наши покои, да так и застыл, прислонившись к косяку плечом.

Мое персональное счастье спало, подложив под щеку сложенные лодочкой ладошки, и мирно посапывало, вызывая во мне лавину неконтролируемой нежности. Я смотрел на свое личное божество и улыбался, не в силах сделать хоть шаг.

– Ваше сиятельство, прикажете подать ужин? – вывел меня из ступора Марк.

– А? – качнул головой, приходя в себя. – Нет, ничего не нужно.

И шагнул в покои, плотно закрыв за собой дверь. Будить девчонку у меня и в мыслях не было. Просто радовался, что Сэм нашлась, живая, и спит в моей… нашей кровати. Пусть спит, у нас еще будет бездна времени на разговоры, а сейчас мне было очень хорошо от того, что я находился рядом.

Прямо в одежде и сапогах прилег на покрывало и долго-долго смотрел на ее дрожащие ресницы, легкий румянец на нежной коже щек, на манящие губы, к которым так хотелось припасть в поцелуе. Слушал, как тихо она дышит, и восхищался тонким свежим ароматом своей супруги.

В спальню ворвался Марк.

– Ваша светлость! Ваша светлость!

– Тс-с-с! – шикнул я на дворецкого. Не хватало, чтобы Сэмми проснулась и обнаружила рядом двух мужчин.

Марк внял и продолжил взволнованным шепотом:

– Беда, ваша светлость! Прорыв! Портал уже готовят, и его величество ждет вас в портальном зале!

Внутри все похолодело. Раньше, в другой жизни, в которой не было Саманты, подобные сообщения меня не трогали. Не волновало, будет ли существовать Саатар или он погибнет. Я даже не думал над тем, выживу ли в очередной стычке с тварями бездны, а просто шел и делал то, для чего драконы вообще появляются в этом мире: пройдя круг неимоверной боли, защищал остатки жизни таких же обреченных, как и я сам. Но сейчас… Сейчас все изменилось. Мир должен существовать, потому что в нем живет моя Сэмми, а я… Я должен выжить, чтобы вернуться. Вернуться к ней.

Молча поднялся и направился к выходу, на ходу раздавая последние указания перепуганному Марку.

Портальщики суетились у древних артефактов, настраивая и вливая в них силу. Проем уже светился первыми сгустками энергии. Тарк стоял в центре огромного зала. Он хрипел и то и дело хватался за ворот камзола, чтобы облегчить дыхание. На его коже уже проступила черная драконья чешуя. Оборот начался и причинял ему бездну страданий. Мне ли не знать этого? Я, как и он, проходил через подобное много раз.

Рядом с братом стоял бледный и взволнованный маркиз Дуоли. Он не сводил с короля обеспокоенного взгляда, кусал губы и сжимал кулаки.

– Вон! Терри, я приказываю тебе остаться во дворце! – прохрипел брат, но тот лишь покачал голой:

– Нет!

– Вон! Не смей перечить, мальчишка! – Хрипы сменились стоном, наполненным дикой болью.

– Мое место рядом с вами, ваше величество, – твердо ответил маркиз, побуждая во мне невольное уважение. – Когда вернемся, тогда и накажете меня за ослушание.

Терион Дуоли положил обе руки на предплечье Тарка. Король дернулся, чтобы оттолкнуть придворного, но вместо этого только глубже вздохнул. Кажется, ему немного стало легче. И это весьма удивило меня. Весьма.

В зал строем вошел отряд королевских боевых магов. Уже много лет в бой их вел опытный воин, мудрый наставник и мой большой друг магистр Ламард. Его лицо покрывали следы ожогов и старые шрамы, но в глазах горела отвага.

– Элион, мы готовы, – произнес он, встав рядом, плечом к плечу.

Ламард с удивлением взглянул на меня, потому что я так и не начал свой оборот, в то время как Тарк уже хрипел и извивался.

– Успею, – сообщил магу и шагнул к брату. Маркиз хоть и поддерживал его, но явно не справлялся с обезумевшим от боли и ярости полудраконом.

– Портал! – заорал я, подхватывая Тарка.

Когда вспыхнуло магическое марево перехода, поднял короля и направился в переход, ведя за собой всех остальных.

Стражи завесы не справлялись. Прорыв не был масштабным, но огненные черви – опасные противники. Три особи, которые в считаные минуты могли бы до основания разрушить целый город, теснили кучку приграничных магов.

Тарк с силой оттолкнул меня и завыл, распахивая за спиной огромные тяжелые крылья. Хруст его ломающихся костей и звук рвущихся сухожилий заставили меня вздрогнуть. Дуоли на секунду зажмурился, словно от боли, а потом кивнул Ламарду и встал в колонну королевских магов. А я… Я начал свой теперь уже быстрый, не причиняющий страданий оборот.

– Хвала богам! Драконы! – закричал командующий пограничным постом.

– Отставить оборону! – вторил ему Ламард. – Все на защиту драконов! При обороте они уязвимы! Слышите! – Он орал во всю глотку. – Без драконов мы все умрем! Не щадя себя! Защищать, я сказал!

Через несколько секунд, уже взлетая, заметил шок в глазах магистра, поэтому рыкнул и опалил огнем ближайшего червя, почти добравшегося до Тарка. Ламард отмер и снова что-то заорал, организуя магическую оборону.

Три червя, один дракон и горстка почти бесполезных в борьбе против тварей бездны магов. До оборота брата мне с лихвой досталось, несмотря на то что сил и магии у моего зверя ощутимо прибавилось. Но стоило вспомнить глаза Сэмми, ее улыбку, и я чувствовал новый прилив энергии.

К тому моменту, когда второй дракон, тяжело хлопая крыльями, взмыл в воздух, чудовищ осталось только двое. Куски третьего червя, еще полыхающие и шевелящиеся, были раскиданы вдоль границы завесы.

– Приступить к восстановлению полога! – скомандовал Ламард, увидев, что драконы добивают противников.

Это была стремительная победа. Раньше никогда не удавалось одержать верх так быстро. Жаль, что вернуться к жене так скоро, как хотелось бы, не получится. Победить – это половина дела, а вот вливать магию в защитный слой преграды, отделяющей нас от монстров, – процесс трудоемкий и долгий. Драконам же предстояло следить, чтобы ни одна враждебная тварь не просочилась через открытую брешь. Что ж, чем дольше тягостное ожидание, тем сладостней встреча.

Саманта

Шаловливый солнечный луч просочился между неплотно задернутых штор, прокрался по натертому паркету, пробежал по подушке и все же скользнул мне на глаза. Поморщилась. Я уже несколько минут за ним наблюдала, не желая вставать и вообще показывать Мари, что проснулась. Она несколько раз тихонечко заходила в спальню, но каждый раз только вздыхала и удалялась обратно.

Судя по ее поведению, супруга в спальне не наблюдалось и горизонт был чист. Интересно, он заполнил свой досуг очередной пассией или все еще ищет меня? Да, Терри, конечно, говорил, что дракон и истинная пара практически намертво склеены до самой смерти магической связью. Но это ведь после того самого, а у нас его… ну, того самого… и не было. Приятнее было думать, что герцог все еще бегает по всему замку и ищет маленькую, мирно здесь спящую меня.

Я потянулась и посмотрела на соседнюю половину кровати. Покрывало чуть сбито, но заправлено, как и вечером, когда я ложилась в постель. Подушки не смяты. Значит, Элион не приходил. Какой-то неприятный червячок все же завозился внутри. На что я, собственно, рассчитывала? Что открою глаза и увижу кипящего от негодования дракона? Ящерица будет плеваться огнем и орать: «Где ты была? Какие демоны тебя носили?» О да! Тогда я точно уверилась бы в том, что Элион тщетно пытался меня разбудить полночи, и даже придумала, какими ядовитыми фразами смогла бы ему ответить. А так… Оставалось только догадываться, что же произошло после того, как я уснула.

Впрочем… Если о чистоте воды нельзя узнать у самого ручья, всегда можно спросить тех, кто из него пил. По крайней мере, ночь выдалась спокойная, и я чудесно отдохнула, набравшись сил для очередных сюрпризов, которые, несомненно, приготовила мне судьба.

– Мари, – тихонько позвала я.

Двери чуть отворились, и служанка скользнула в спальню.

– Миледи, наконец-то вы проснулись. Я уже начала волноваться, – встревоженно заговорила она. – Несколько раз заглядывала. Уже и Марк стал интересоваться.

– Доброе утро, Мари! – улыбнулась я ворчащей служанке, сладко потянулась и, откинув одеяла, поднялась.

– Прикажете накрывать завтрак?

– Да, пожалуйста. Только умоюсь, – ответила я, бодро шагая к туалетной комнате. Обмануть Мари сложно, поэтому нужную информацию всегда стоит получать дозированно, по капле. Иначе она заподозрит такое, в чем я пока не могла признаться даже себе, а именно в том, что меня интересует несносный, эгоистичный… эх, но все же такой симпатичный дракон. – Скажи, а герцог давно ушел?

– Отбыл еще ночью с его величеством. Что-то случилось у завесы…

– Как у завесы? – Я застыла, похолодев от страха.

– Ох, дитя, да на вас лица нет! – всполошилась служанка. – Марк заверил меня, что не произошло ничего серьезного и подобные рейды – обычное дело. Может быть, вам водички подать? Вы так побледнели!

– Мари, – простонала я. – Все, что касается завесы, очень, очень серьезно!

– Успокойтесь, миледи. Драконы – могучие существа и справятся с любыми бедами. – Не переставая щебетать, она ласково, но настойчиво направила меня в туалетную комнату и приготовилась лить мне теплую воду из фарфорового кувшина. – Ну же, умойте личико. Позавтракаете, осмотритесь, а там уж и герцог вернется. Какое дневное платье подать прикажете? Я взяла на себя смелость заставить этих неумех отгладить ваше красное. Не возражаете?

Я не возражала. Платье сейчас меня интересовало меньше всего. Послушно умылась, оделась, а когда вышла в гостиную, там уже хлопотали горничные, заканчивая сервировку утренней трапезы.

– Довольно, благодарю вас. Выйдете и позовите ко мне Марка, – приказала я девушкам.

– Но, ваша светлость, – замялась одна из них, – а как же завтрак?

– Живо! – шикнула на нее Мари. – Я сама помогу ее светлости.

Она едва успела поставить передо мной чашку ароматного чая, щедро плеснув туда сливок, как вошел дворецкий.

– Доброе утро. Ваша светлость хотели меня видеть? – произнес он.

– Да, Марк, расскажите, что произошло ночью и куда с такой поспешностью отправился мой супруг?

– Вы же знаете, что в последние годы на границе завесы неспокойно. Вчера пришло сообщение, что на одном из участков границы обнаружили прорыв. Но его светлость сам меня заверил, что ничего страшного там не происходит и его отсутствие не продлится долго.

Я внимательно посмотрела на пожилого джентльмена. На его лице не дрогнул ни единый мускул. Там словно застыла маска вежливости и доброжелательности, ничего прочесть я не смогла, как ни старалась.

– И… как часто подобные рейды случаются? – А больше мне и спросить у него было нечего.

– Время от времени, ваша светлость. В любом случае порталы закрыты, известий пока нет, и нам остается только ожидать возвращения его светлости. – Марк произнес это спокойно, с достоинством. Против приведенных аргументов не возразишь. А потом он спросил: – Вы желаете просмотреть свою корреспонденцию за завтраком или же прикажете принести почту позже?

– Почта? Мне? – удивилась я. – Несите!

Лучше уж сейчас отвлекусь от невеселых дум, чем капля по капле буду изводить себя и накручивать.

– Как прикажете, – поклонился дворецкий и вышел. А через несколько секунд служанка передала мне небольшой серебряный поднос, на котором лежала пара десятков писем и стояла небольшая красивая коробочка.

– Это что… Все мне?

– Вам, ваша светлость.

Девушка сделала книксен, и я жестом отпустила ее.

– Вы не возражаете, если я тоже ненадолго отлучусь? – спросила Мари.

– А? – Я ошарашенно на нее взглянула. – Столько писем – и все мне… Что? О, да, Мари, ступай, конечно.

Никогда я еще не получала столько посланий. Вообще-то, потока писем стоило ожидать, но я рассчитывала, что это произойдет после бала, на котором меня официально представят как первую леди королевства. Но, видимо, некоторые придворные решили пренебречь дворцовым этикетом и оказаться впереди всех.

Что ж, я не ошиблась. Поздравления во всех письмах, кроме одного. Ну разумеется, еще интриговала шкатулка. Ее я оставила напоследок. А вот интересующее меня послание было от Терри. И писал он следующее:

«Леди Саманта,

я безмерное опечален тем, что важные дела не позволяют мне выполнить обещание и насладиться вашим обществом. К моему великому сожалению, к модистке вы поедете одна. Мадлен предупреждена, и она умница. Адрес прилагаю. Не забудьте, до бала осталось два дня. Не теряйте времени. И посетите библиотеку. Для супруги дракона вы знаете преступно мало.

Ваш друг, Терион Дуоли».

На отдельном листке значился адрес лавки мадам Мадлен. Буквы в письме прыгали и имели разный наклон, словно оно писалось на ходу и в жуткой спешке. Это говорило лишь об одном – произошло нечто такое, что заставило Терри изменить свои планы. Он, несомненно, волновался и нервничал. И наверняка он там, где сейчас король и герцог.

Сердце пропустило удар, а потом забилось быстро-быстро. Тревога усилилась, и даже пальцы задрожали так, что я была вынуждена положить письмо маркиза обратно на поднос.

Я сделала пару глубоких вдохов, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, отпила несколько глотков чая, а потом позвонила в серебряный колокольчик, любезно оставленный на столе горничными.

– Ваша светлость? – Вошедший Марк вопросительно посмотрел на меня.

– Прикажите заложить карету. После завтрака я планирую нанести визит портнихе вот по этому адресу. – Я протянула сложенный вдвое листок. – И попросите Мари собраться. Я хочу, чтобы она меня сопровождала.

Дворецкий лишь мельком взглянул на адрес, а потом кивнул и почтительно поклонился:

– Разумеется, ваша светлость.

Снова я осталась одна. Руки сами потянулись к шкатулке. Открыв резную крышку, на красном бархате увидела записку:

«Миледи,

с прискорбием сообщаю, что и во сне вы сопите, как бурундук. А посему полагаю, что мой скромный презент удовлетворит ваш притязательный вкус.

Ваш супруг, Элион Карр».

Вот ведь мерзавец! Но, несмотря на возмущение, я рассмеялась. Значит, он был здесь и видел меня спящей. Думал обо мне и даже нашел время написать и оставить подарок. Я бережно погладила бархатную обивку. Почерк у герцога размашистый, буквы ровные, их выводили уверенно и решительно. Даже в спешке Элион не терял самообладания, а без суеты действовал по намеченному плану.

В шкатулке оказалось двойное дно. И под одним слоем бархата обнаружилась еще одна полость, сплошь заполненная орешками в карамельной глазури. И как только узнал, что это мое любимое лакомство? Хм-м… Мое? Бурундуки тоже весьма любят орехи! И своим подарком герцог намекал… Вот негодяй! Но злости почему-то не было. Наоборот, настроение поднялось настолько, что я смогла спокойно позавтракать, отдав дань шедевральным рогаликам, политым растопленным шоколадом, любовно приготовленным дворцовым поваром специально для ее светлости герцогини Каррской. Об этом сообщалось в записке, лежащей на крошечной тарелочке рядом с основным блюдом. Через полчаса я уже была готова к поездке.