47

Как это здорово, когда утром не надо на работу, а в выходной – на какое-нибудь загородное мероприятие. В общем, здорово спать не до тех пор, пока позвонит будильник, а до тех пор, пока не проснешься.

Да здравствуют курсы повышения квалификации, которые начинаются в двенадцать, и да здравствует мой новый босс, который посылает своих не слишком опытных сотрудников на такие курсы.

Впервые за много дней я проснулась сама, с удовольствием понежилась в ванной, позавтракала, потратила на создание делового образа кучу времени и при этом совсем не торопилась. Окинула взглядом свое отражение в зеркале, пришла к однозначному выводу, что получилось прекрасно. Да-да! А те, которые по собственной глупости теперь это зрелище пропускают, сами себе злобные Буратины.

Судя по адресу на открытке, ехать мне предстояло на окраину. Впрочем, тут как раз ничего удивительного. Наверняка организаторы курсов экономят на всем, в том числе и на аренде. Я вышла из дому пораньше, чтобы не спеша добраться до места назначения, и там не бегать по этажам с высунутым языком, отыскивая нужный офис. В общем, день начался прекрасно.

Да и продолжился вроде бы неплохо. Я без особого труда нашла семиэтажное офисное здание, втиснутое между рядами одинаковых пятиэтажек. У крыльца на чахлой городской траве валялись мешки со строительным мусором, массивная дверь пахла свежей краской. Внутри тоже пахло краской, а вместо пропускного пункта со строгим вахтером и вертушкой посетителей встречал совершенно пустой холл с забытой в углу стремянкой. Впрочем, посетителей как раз и не было, и мои шаги гулко раздавались в тишине. Я с недоумением посмотрела на часы и обнаружила, что все-таки пришла раньше на целых десять минут.

Лифт, естественно, не работал. Ну нет, это уже не экономия, а чистое скупердяйство! Поминая недобрым словом прижимистых владельцев и натыкаясь периодически на следы отшумевшего ремонта, я вскарабкалась на пятый этаж, нашла дверь с нужным номером, приоткрыла ее и осторожно заглянула внутрь.

Помещение было огромным. Оно больше походило на репетиционный зал, битком забитый мебелью, чем на офис. Куча столов, стульев, каких-то непонятных полок громоздились друг на друга, образуя замысловатый лабиринт.

Ни дать ни взять – полоса препятствий на пути к знаниям.

Как креативно наши организаторы подошли к оформлению места учебы!

Я протиснулась вдоль одного шкафа, свернула вдоль другого, ввинтилась между стеллажами и… И, наконец, изрядно помятая, но не побежденная, с боевой зацепкой на новом чулке оказалась там, где, наверное, и будет проходить обучение контент-менеджеров. Несколько столов, расставленных по кругу, и белая доска с маркером намекали на то, что я не ошиблась адресом. Значит, скоро кто-нибудь еще явится.

Я посмотрела на часы: без пяти. Ничего не понимаю. Народ уже должен собираться. Я ведь не окажусь единственным слушателем, а заодно и преподавателем, поскольку кроме меня никого вообще нет?!

Дверь хлопнула, и послышались чьи-то приближающиеся шаги.

Я выдохнула и с надеждой уставилась на мебельный лабиринт, ожидая увидеть своих товарищей по учебе, а если повезет, то и преподавателей.

Сделала шаг, другой – и замерла, остолбенев. Из-за стеллажа вышел не кто иной, как Вячеслав Павлович. Собственной персоной. До сих пор я думала, что, если мы встретимся, то я обязательно приму равнодушный вид. Такой, будто бы мне попался на глаза, ну, к примеру, сосед по даче. Или бывший одноклассник, до которого мне никогда не было никакого дела. Но я даже представить себе не могла, что мое сердце так среагирует на Вячеслава Павловича. Оно сначала замерло, не желая двигаться с места, а потом застучало быстро и громко, словно пыталось побить какой-нибудь специальный сердечный рекорд. Накатила знакомая слабость, я судорожно вздохнула, попятившись наткнулась на стол и обессиленно опустилась на него.

Стоп. А какого черта мой бывший босс тут делает? Вряд ли его выгнали с работы, и он пришел переучиваться на контент-менеджера…

Ответ был очевиден.

– Значит, курсов повышения квалификации не будет? – выдавила я.

– Собрания акционеров я, так понимаю, тоже, – отозвался он.

Все ясно. Кое-кому опять не сидится на месте. Ему нужно откалывать свои дурацкие номера и вмешиваться в чужую жизнь. Я полезла в сумочку за телефоном. Сейчас я выскажу этому гаду все, что о нем думаю, и даже то, чего о нем не думаю. И вообще, с сегодняшнего дня я у него не работаю.

Я потыкала в кнопки, пытаясь сделать звонок, но ничего не вышло. Связи не было. Вот негодяй! Использовать против меня глушилки, которые я же и покупала?! Ничего святого нет у человека! Впрочем, сама виновата, надо было лично забрать все оборудование, а не забывать о нем.

– Вы как хотите, – сказала я Вячеславу Павловичу, – а я не собираюсь тут торчать.

Я решительно закинула сумочку на плечо, слезла со стола и направилась к выходу, обогнув своего бывшего босса, будто бы он был всего лишь неодушевленным продолжением мебельных залежей. Протиснулась между стеллажами, завернула за угол шкафа, ухватилась за ручку двери и дернула. Потом еще раз. И еще. Дверь не распахнулась. Заперта.

Ясно, ничего другого я от нынешнего бывшего босса и не должна была ожидать.

Я устало оперлась о шкаф. Ужасно обидно, что я попалась практически на свою же уловку. К тому же, хорошо зная инвестора Сашку, я должна была предполагать подвох в каждом его слове. И если он спросил меня о наших с Вячеславом Павловичем отношениях, а потом вручил какую-то бумажку, мне следовало десять раз подумать: а не связаны ли эти два обстоятельства между собой?

– Что, закрыто? – прозвучало над ухом.

То ли от теплого дыхания, скользнувшего по щеке, то ли от легкой хрипотцы до боли знакомого голоса мое сердце снова проделало то же упражнение, что и пять минут назад. Видимо, на подобное негодяй инвестор и рассчитывал. Только вот не на ту напал!

Я выпрямилась, гордо расправив плечи, и заявила:

– Не знаю, как вам, Вячеслав Павлович, а мне отвратительна сама мысль, что мной манипулируют, пусть даже из лучших побуждений. Так что разговаривать с вами я не намерена. Рано или поздно ваш приятель нас отсюда выпустит. А до тех пор я не произнесу ни слова.

Не дожидаясь ответа, я еще раз попыталась его обогнуть, теперь чтобы не торчать в тесном предбаннике, а перебраться туда, где стояли столы. Да только места тут было намного меньше. Поэтому я зацепила своего босса плечом, и по спине сразу же рванули в забег несанкционированные мурашки.

«А ну стоять! – мысленно приказала я им. – Нечего тут! На этот раз мы будем непреклонны».

Я проделала уже знакомый путь между шкафами, добралась до столов и уселась на стул, приготовившись провести самые невыносимые часы в своей жизни. Кстати, интересно, когда же Александр соизволит нас выпустить?

А впрочем, мне все равно. Рано или поздно выпустит – куда он денется. Это главное.