Глава 51

Мне снилось, что я лечу. Все выше и выше к яркому солнцу. Смеясь, улетаю от огромного алого ворона, который стремительно догоняет, но не ловит, лишь играет, позволяя ускользнуть от него, чтобы снова догнать. Мы веселимся от души и наслаждаемся полетом.

Крылья мои сияют белизной под теплыми, ласковыми лучами. Но тут я замечаю нечто странное: на белоснежных перьях появляются алые капли, они разлетаются в стороны от взмахов крыльев. Через пару мгновений я перестаю их чувствовать и начинаю резко терять высоту. Ворон вскрикивает и устремляется за мной, но не может дотянуться, словно кто-то удерживает его сзади.

Он кричит, рвется ко мне, а я все падаю и падаю, протянув к нему руки, умоляя не оставлять меня.

Проснулась, резко сев на кровати, с сильно бьющимся сердцем. Тинан все еще спал. Кажется, мы проспали почти до вечера.

Позвонила в артефактный колокольчик и попросила Ники накрыть нам завтрак.

Когда мы с мужем зашли в столовую, создалось ощущение, что Труди готовила это все неделю. Свадебный стол и то не так ломился, как наш для вечернего завтрака молодожен.

Со дня свадьбы мы не могли оторваться друг от друга. Дни мы проводили, объезжая территории поместья, иногда я сопровождала Тинана на деловые встречи. Их было немало, учитывая, что должность сенатора накладывала на мужа множество обязанностей.

По выбору жителей и последующему приказу короля весь север был под управлением Кейджа.

Когда мне доводилось быть на встречах, замечала, насколько прислушиваются к Тинану. Вечерами за ужином и после перед камином в гостиной мы обсуждали многие вопросы. Мне было приятно, что мое мнение берется в расчет.

А наши жаркие ночи, которые мы проводили вместе в моей комнате, позволяли не только услышать о любви мужа, но и почувствовать ее в полной мере.

Каждый день все больше сближал нас, не оставляя места для ссор и обид.

В один из таких прекрасных дней рано утром Тинан уехал на какое-то собрание, а я осталась дома. Нужно было проверить припасы на зиму. Труди и Глэдис меня не отпустили.

— Не огорчайся, я привезу тебе подарок, — Тинан погладил меня по щеке и ласково поцеловал на прощание.

— Лучше возвращайся поскорее, — обняла мужа крепко-крепко. На душе было тревожно, но я одергивала себя, говоря себе, что просто не хочу расставаться с любимым.

Луи, который ожидал Кейджа во дворе, сидя в седле, увидел меня и поклонился. Я кивнула в ответ, слегка поджав губы. Помощник мужа вел себя безупречно в последнее время, и я стала сомневаться, говорить что-то о нем Тинану или нет. Возможно, мне показался тот его взгляд на свадьбе. Мало ли чем он был недоволен.

Вечер наступил, а Тинан все не возвращался.

Меня приглашали за стол, но я не соглашалась. Аппетита не было совершенно.

«Где он так долго пропадает?» — спрашивала себя, ходя из угла в угол в гостиной.

Потом перешла в свою комнату, из которой лучше было видно двор. Сказала, что лягу спать сама, без помощи, но даже не переоделась ко сну.

Проторчала у окна полночи. Потом, измучавшись, прилегла ненадолго и не заметила, как уснула.

На рассвете проснулась, почему-то чувствуя запах гари.

Соскочила с кровати и помчалась в спальню к мужу. Ночи он проводил в моей комнате, но его вещи были в той, что он занимал с рождения.

Может он не стал будить меня и ночевал у себя? И запах я уже перестала чувствовать. Очень странно.

Я быстрыми шагами двигалась вперед по коридору, уже почти дошла до комнаты Тинана, но тут дверь приоткрылась, и из нее выскользнула женщина.

Розалинда!

Я резко остановилась, словно наскочила на невидимую стену. Заболела каждая частичка тела словно от удара.

Женщина увидела меня и направилась в мою сторону. Она шла очень медленно, довольно улыбаясь и глядя на меня с превосходством. Я не могла поверить, что Тинан снова. Нет, он не мог! Мы теперь женаты, а он с ней⁈

Розалинда сровнялась со мной, посмотрела мне в глаза с высоты своего немалого роста и протянула руку к моему лицу. Пальчиком с острым коготком она смахнула слезу, которая невольно покатилась по моей щеке. Поцокала языком и ушла, виляя бедрами.

Я простояла какое-то время в коридоре, совершенно окаменев. Внутри что-то натянулось и оборвалось, лишая дыхания. Из моей груди вырывались только судорожные всхлипы.

Развернулась и пошла. Сначала медленно, потом быстрее, а затем пустилась бежать со всех ног.

Выскочила из дома, помчавшись к конюшне. Мне хотелось бежать, как можно дальше.

Я вскочила на неоседланного коня, радуясь, что в конюшне никого не было. Мне повезло убраться из этого дома незамеченной.

Хотелось уехать далеко-далеко, но дорога привела меня к обрыву, у которого я иногда бывала, любуясь океаном.