Глава 31

Чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, сразу принимаюсь за сбор вещей. Хотя, не сказала бы, что это сильно помогает, потому что руки-то заняты, а вот голова, увы, нет. И наш последний с Матвеем разговор волей-неволей крутится в ней, как заевшая пластинка. А тот факт, что в течении последнего часа Громов звонит мне раз пять только подливает масла в огонь.

В конце концов, не дождавшись моего ответа, он и вовсе заявляется ко мне домой. К счастью. Через стену спальни слышу, как Карина открывает дверь и не слишком ласково говорит ему, что я сплю. Облегченно выдыхаю, поняв, что на порог квартиры она явно его пускать не собирается.

— Передай ей, что завтра я ей позвоню. И пусть звонки мои не скидывает! — выпаливает явно на эмоциях, но не слишком громко. — Нам надо поговорить!

— Поговоришь, поговоришь,, никуда не денешься, — хмыкает Карина.

Слышу, как гремят двери, и устало откидываюсь головой на подушку. Не проходит и минуты, как ко мне в комнату входит сестра.

— Всё, выдыхай, выпроводила я твоего Отелло.

— Почему Отелло?

— Потому что ревнует тебя к каждому столбу и явно готов придушить, — усмехается.

— Это не смешно, Карин. Ты бы слышала, что он мне сказал… в общем не важно, я даже вспоминать об этом не хочу.

— Слушай, я, конечно не знаю, что конкретно между вами произошло, но одно могу сказать тебе точно, Громов твой тебя любит.

— С чего ты это взяла? — закатываю глаза.

— С того, что глаза его только что видела. Поверь мне, мужчина, которому ты безразлична не будет так волноваться.

Прикусив губу, закрываю глаза и устало потираю ладонями лицо. В любой другой ситуации я бы от счастья прыгала после таких слов. А сейчас у меня перед глазами искажённое злостью лицо Матвея и его фраза о том, что это не его ребёнок. Каждое слово в ушах звоном отдаётся. Каждый пропитанный гневом звук.

Ну как он мог так сказать? Даже если приревновал, даже если рассердился на меня. Как можно было сказать мне такое?! Неужели он за это время не понял, что я бы никогда не стала его так обманывать?!

В ту же секунду воспоминания о нашем совместном отдыхе на Мальдивах меркнут. Их словно разъедает кислотой, и они уже не кажутся такими счастливыми, как прежде. Потому что получается, что всё это время, когда он был со мной, целовал, прикасался, строил планы о нашем совместном будущем втроём… всё это время он на самом деле сомневался в том, что это действительно его ребёнок.

— Я уже сама ничего не понимаю, Карин, — выдавливаю, приподнимаясь с потести и снова начинаю закидывать вещи в чемодан. — Мне нужно время, чтобы всё переварить. Вот поеду домой, развеюсь, а там видно будет.

***

Сказать, что я плохо сегодня спала — это прям сильно преуменьшить. Проворочалась полночи, то засыпая, то снова просыпаясь. Напряжённое сознание наотрез отказывалось отключаться, в голову лезли тяжёлые мысли от которых я видела странные, дурацкие сны и проснулась я в итоге рано. С мыслью о том, что хочу уехать как можно скорее. Может хоть дома станет легче дышать.

Сполоснувшись в душе, сразу звоню начальнице отдела кадров, сообщаю о том, что несколько дней меня не будет и прошу найти на моё место замену. Завершив вызов, на секунду мнусь, но потом всё-таки набираю сообщение Громову. Как бы он там ни сомневался, но он отец моего ребёнка, и просто исчезнуть, ничего ему не сказав, я уже не имею права.

"Меня не будет несколько дней. Не пытайся искать, я хочу отдохнуть… от тебя. Поговорим, когда вернусь.”

Отправляю сообщение быстро, пока не передумала, и в этот же момент в комнату заходит Карина.

— У нас самолёт через три часа. Ты как, готова ехать? — смотрит на меня с сомнением. Так, словно ждёт, что в последний момент я передумаю.

— Готова, — уверенно киваю.

Мой родной городок находится довольно далеко от столицы. На поезде ехать долго, поэтому мы с Кариной летим самолётом. Сейчас меня даже не пугает предстоящий перелёт. Я так давно не была дома и так сильно соскучилась по родителям, что всё остальное кажется мелочью.

— Ты как? — спрашивает сестра, когда взлетаем.

— Нормально, — отвечаю тихо. Телефон я выключила ещё дома, а моего адреса Матвей не знает. Когда устраивалась на работу, указывала только адрес, где арендую жилье.

Что ж, выходит я действительно сбежала от него… Интересно, он расстроится, когда узнает об этом?

Господи, да что вообще в моей голове?! Не думай о нём Марина! Просто не думай! В конце концов я уезжаю, потому что мне нужна пауза, а не для того, чтобы каждую секунду терзать свою голову пустыми мыслями!

Видимо бессонная ночь всё же дала о себе знать, потому что как только самолёт поднялся в небо, я моментально отключилась и проспала до самой посадки.

Мой родной городок занимает особое место в моём сердце. В отличие от Карины, я люблю сюда возвращаться, хотя и делаю это крайне редко. Всё-таки дорога не близка, а средства для родителей я могу и на карточку перекинуть.

— Будешь говорить родителям о карапузе? — сестра кивает на мой живот, когда мы забираем чемоданы с ленты и выходим из аэропорта.

— Придётся… К тому же живот уже немного виден.

— А о счастливом папаше?

Прикусив губу, перевожу напряжённый взгляд на Карину.

— Об отце пока нет… и ты тоже держи язык за зубами! — говорю с предупреждением. — Если мама до сих пор ничего не спрашивала, значит, пропустила момент, когда эта новость была в интернете.

Карина только хмыкает и пожимает плечами, мы садимся в такси и дальше едем молча. Мне даже удаётся снова немного подремать в дороге.

— Прибыли! — ворчит сестра, когда машина останавливается, и первой выходит из салона.

Не знаю, почему она так сильно не любит родной город. Здесь она впервые влюбилась, и здесь ей впервые разбили сердце.

Карина всегда была красивой и умела себя показать. Именно поэтому никто не удивился, когда она начала встречаться с сыном главы мясокомбината. Богатым и красивым, по нашим меркам, парнем. И всё у них было хорошо, пока в конце одиннадцатого класса Никита её не бросил, заявив, что наигрался. И вот тогда Карина возненавидела всех и всё. Собрала вещи и приехала ко мне жить.

— Почему ты поехала со мной? Видно же, что не в восторге от этого города, — спрашиваю, когда вытаскиваем из багажника наши чемоданы.

— Хотела родителей увидеть, — сухо отвечает. — Не думай, что останусь здесь надолго. После папиного дня рождения собираем шмотки и валим отсюда.

Ну я и не надеялась, что мы тут долго пробудем. Сама собиралась вернуться в Москву через несколько дней. Всё-таки работу никто не отменял, да и деньги мне сейчас просто необходимы. Единственное, что пока не даёт мне нормально вдохнуть — это понимание того, что по возвращении я в любом случае встречусь с Громовым. Как минимум потому, что мы работаем вместе. И я пока не уверена, что к этому готова. Хотя бы потому что боюсь того, чем может закончиться эта встреча…

На улице сегодня жарко, поэтому сестра обнажает свой плоский живот, а футболку завязывает под грудью. Я же так не рискую, поэтому парюсь и мечтаю поскорее принять ванну. На мне длинная майка, немного расширенная к низу. Я специально её надела, чтобы живот был не таким заметным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Когда подходим к воротам дома, во дворе начинает лаять наша собака Бим. Он уже довольно стар, но всё ещё упорно защищает свой дом.

— Мам, пап! Сюрприз! — кричит на весь двор Карина и гладит пса за ухом, когда приближаемся к нему.

— Каришка! — первыми на улицу выходят не родители, а наш старший брат Макс. Он как раз-таки живёт вместе с родителями и своей женой Настей. — О, и Марина здесь!

Он поочередно обнимает нас обеих, а потом и удивлённые родители выходят нас встречать.

— И что всё это значит? — спрашивает мама. — Почему не предупредили, что приедете?

— Так сюрприз хотели сделать! — отвечает за нас обеих Карина. — А где пацаны? Мы сладости привезли!

Как по команде, из дома выбегают двое абсолютно одинаковых мальчишек. Это дети моего брата, Денис и Даня. Им всего по четыре, но умные эти мальчуганы не по годам.

— Карина! — кричат оба, а сестра уже достает вкусности из своей сумки.

Пока слежу за этим милым действом, ко мне приближается мама. Она обнимает меня со спины и внимательно рассматривает.

— Как ты, дорогая? Не заболела? Кожа такая бледная...

Да уж… маму мою обмануть трудно. Особенно в делах, связанных со здоровьем. Она у меня женщина умная. Работает в поликлинике терапевтом. Понимаю, что молчать дальше не вариант, поэтому выпаливаю на одном дыхании.

— Я не заболела, мама. Я просто беременна, — говорю и понимаю, что сейчас будет буря. Все, как по команде, умолкают, и только Бим непрерывно лает. Ну что ж, правду я сказала, Теперь остается дождаться реакции родителей.

— Вот так новости! — первым в себя приходит Макс. — Слышали, пацаны? Скоро у вас появится братик или же сестрёнка!

— Марин, а кто отец ребёнка? — спрашивает мама, переводя взгляд на мой живот.

Вот этого вопроса я боялась больше всего… Обхватив живот руками, прикусываю губу и напряжённо смотрю на родственников.

— Мам, Марина вообще-то, с дороги. Дай человеку хоть дух перевести! — выпаливает Карина, хватая родителей под руки и подталкивая в сторону дома. — И вообще, вы нас так и будете на пороге держать? Я вообще-то есть хочу!

Киваю сестре в знак благодарности и молча прохожу в дом. Здороваюсь с Настей, которая также растерянно топчется в коридоре, и направляюсь в дальнюю комнату, где живём мы с Кариной, когда приезжаем сюда.

Бросаю сумку на пол, а сама сажусь на кровать и тяжело выдыхаю.

Ну, вроде ничего страшного после моей новости не случилось, так что можно пока расслабиться. Правда самый главный разговор ещё впереди…

И словно в подтверждение моих мыслей, в комнату проходит мама и садится на кровать рядом со мной.

— Знаешь, я всегда считала, что именно Карина однажды вернётся домой и огорошит нас новостью о своей беременности, — говорит тихо.

— Я тебя разочаровала? — смотрю на свои руки и боюсь взглянуть маме в глаза.

— Все зависит от того, кто отец этого ребёнка, — серьезно отвечает.

— Я не хочу о нем говорить… по крайней мере пока…

— Он тебя обидел? — чувствую, что её голос тут же напрягается. — Марина, скажи как есть!

— Нет, совсем нет! Просто… скажем так, моя беременность стала неожиданностью для нас обоих.

— Значит, он отказался от ребёнка?

— Не отказался, просто... всё это слишком трудно объяснить, — выдавливаю, отводя взгляд.

Да уж… вместо того, чтобы дрыхнуть в самолёте, лучше бы отрепетировала разговор с семьёй. Сейчас бы не выдавливала из себя слова по капле.

— Хорошо… — кивает мама, выдохнув. Хотя я по выражению её лица вижу, что ничего хорошего тут нет. — Давай так, я не буду на тебя давить. Когда будешь готова поговорить, я буду рядом. А сейчас иди в душ и будем обедать.

Она оставляет меня одну, и я чувствую безумное облегчение. Прихватив чистую одежду, отправляюсь наконец в ванную комнату, а потом мы все вместе сидим за столом и едим вкусный мамин борщ.

Только сейчас понимаю, насколько я на самом деле соскучилась по дому. Поэтому готова ещё раз поблагодарить Карину за то, что предложила приехать сюда.

После обеда помогаю маме развешивать выстиранное белье, пока вокруг нас бегают Диня с Даней. Карина вообще куда-то исчезла, наверное дрыхнет после перелёта. Я же вдыхаю полной грудью свежий воздух и борюсь с желанием включить телефон и проверить звонил Матвей или нет.

— И надолго вы вернулись? — спрашивает Макс, когда мы вместе садимся на скамейку под старой яблоней, и, сорвав красное яблоко, надкусывает большой кусок.

— Послезавтра обратно. У меня работа, а Карина... не готова здесь оставаться, — пожимаю плечами и также срываю яблоко. Кусаю и чувствую, насколько оно сладкое и сочное.

В этот же момент у наших ворот тормозит черная БМВ, и музыка из салона раздается на всю улицу. С переднего сиденья вылезает Карина и, помахав водителю на прощание, закрывает дверь.

— Ты уверена, что ей здесь плохо? — хмыкает Макс. — Знаешь, чья это тачка?

— Чья? — выгибаю бровь.

— Никиты Мясника. Кажется, старые чувства заиграли новыми красками! — усмехается, качая головой.

А вот мне что-то вообще не смешно. Помню, как сильно Карина страдала из-за него когда-то, и даже не сомневаюсь, что она что-то задумала.

— Или же скоро кто-то останется без своего детородного органа, — добавляю и снова кусаю яблоко. Никиту мне уже жаль, ведь новая Карина точно не даст себя обидеть и вспомнит бывшему все его грехи.