Глава 2

Катя Я стояла в коридоре, прижимая Макса к себе, и чувствовала, как ноги подкашиваются. Адреналин всё ещё бурлил в крови, но вместе с ним накатывала усталость. Сердце всё ещё грохотало в груди, а в ушах звенело. Только что едва не потеряла самое дорогое в своей жизни. Максим. Мой малыш. Мой маленький бунтарь, моя любовь, моя вселенная. Сжимала его так крепко, будто боялась, что он снова исчезнет. Секунды, когда он задыхался, пронеслись перед глазами, и я невольно содрогнулась. Господи… а если бы я не успела? Если бы этот врач – этот чёртов «Лидия» – не подошёл? А ещё… Я смотрела на него и не могла поверить в то, что вижу. Эти глаза. Эти черты. Эта уверенная манера держаться. Он спас Максима. Он был его последним шансом. И он… его отец. В голове вспыхивали воспоминания той ночи, как в хаотичной нарезке кадров. Запах виски и дождя, тепло его рук, шепот у самого уха. А теперь вот он стоит передо мной, как будто судьба решила сыграть в свои игры. Я не знаю, что с этим делать. Я не знаю, что сказать. – Вам нужно приехать завтра на контрольный осмотр. Давайте в десять утра, устроит? – произнес он ровно, без намёка на узнавание. Кивнула, стараясь взять себя в руки. Максим уже почти не кашлял, но мысль о том, что могло бы случиться, если бы не этот человек, до сих пор держала меня в оцепенении. – Спасибо вам ещё раз… – начала я, но не успела договорить. – Катюша! – раздался громкий, уверенный голос позади. Я замерла, словно от удара током. Это было невозможно. Я медленно повернулась и увидела его… Сергей Светлов. Мой бывший муж стоял в коридоре, заложив руки за спину, и смотрел на меня с самодовольной улыбкой. Высокий, широкоплечий, с выправкой человека, который привык командовать. Волосы аккуратно уложены, ни одной складочки на дорогом пальто, всё с иголочки. Только вот взгляд… Этот взгляд всегда умел выбивать из колеи – оценивающий, холодный, полный притворной заботы, в которой я давно разочаровалась. Он всегда выглядел так, будто вышел из глянцевого журнала о мужчинах, которые «добились успеха». Безупречный костюм, идеальный запах дорогого парфюма, ухоженные руки. Всё бы ничего, вот только за всей этой картинкой всегда скрывалась надменность, снисходительность и желание контролировать всех вокруг. – Что случилось? – его голос был слишком громким для больничного коридора, но, кажется, ему было плевать. – Ты почему трубку не берёшь? Я сжала губы. – Откуда ты знаешь, что я здесь? – О, ну это просто. Мария Петровна сказала, что ты спешно уехала с ребёнком, вся в панике. Я забеспокоился. Всё же Максим – мой пасынок, я должен знать, что с ним происходит, – голос его был мягким, но от этой мягкости меня передернуло. – Всё уже хорошо, – отрезала я. – Тебя это не касается. И он не твой… пасынок. Сергей улыбнулся, шагнул ближе, окинул взглядом врача и скептически приподнял бровь. – А это кто такой? Новый ухажёр? Я почувствовала, как внутри всё напряглось. Ухудшать ситуацию не хотелось, но Сергей не умел вести себя иначе. – Это врач, который спас Максима. – О как… – он хмыкнул и повернулся к мужчине. – И что же, врач, у вас тут теперь дресс-код такой? Джинсы, футболка с каким-то вороньём? Или вас к пациентам по принципу «кто первый добежал» распределяют? Я вздрогнула от его резкости, но врач, похоже, только повеселел. Он окинул Сергея взглядом с головы до ног, многозначительно присвистнул и усмехнулся: – А вы, простите, по какому принципу выбираете пальто? Чем дороже, тем сильнее чувство собственной важности? Или это базовая комплектация всех, кто любит сунуть нос не в своё дело? Я едва не прыснула. Но Светлов сузил глаза и посмотрел на врача с пренебрежением. – Вы всегда позволяете себе такие комментарии в адрес родителей пациентов? – В том-то и дело, что родителей. А вы, как я понял, в этом вопросе участия не принимали. Так что, простите, не могу считать вас заинтересованным лицом, – врач дружелюбно улыбнулся. – Но если вы настаиваете, могу выделить вам минутку сеанса семейной терапии. Сергей побагровел. – Да кто ты вообще такой? – Лидия Петровна, – без тени смущения ответил доктор, указывая на бейджик. – Ваше имя я уже услышал, но, признаюсь, впечатления оно не произвело. Сергей сжал зубы и резко перевёл взгляд на меня. – Мы ещё поговорим. Я знала этот тон. Ему не понравилось, что его поддели. Он никогда не умел терпеть насмешки, всегда считал себя самым умным в комнате… Где бы он ни находился. Это раздражало до зубовного скрежета. Я покраснела от неловкости. Врач, кажется, прекрасно понимал, что наткнулся на классический случай «бывший-не-готов-смириться» и даже не скрывал своей иронии. Я же только мечтала о том, чтобы закончить этот фарс. – Завтра в десять, – напомнил доктор, намеренно игнорируя Сергея. – В регистратуре скажете, что вы к доктору Громову. – Да, конечно, – вздохнула я. Теперь я хотя бы знаю его фамилию… И тут Сергей резко схватил меня за локоть. – Пойдём, – его голос стал ниже, властнее. – Нам нужно поговорить. Я напряглась, но не стала устраивать сцену прямо в больнице. Бросила последний взгляд на врача. Он смотрел на нас с той же усмешкой, но в глазах читалось что-то более внимательное, изучающее. Как будто он что-то понял… Но узнавания я не увидела… Боже… Как же так получилось? Судьба? Или просто стечение обстоятельств? Или глупое совпадение? Но Сергей уже потянул меня вперёд, даже не удосужившись поблагодарить врача. Мы вышли в коридор, и мои мысли зашлись в бешеном вихре. Завтра в десять. Но почему мне кажется, что впереди гораздо больше проблем?