Глава 26

Мессор

Он прекрасно знал о предательстве обязанного быть верным Орджака. Скрестив ладони и положив на них подбородок, упираясь локтями в стол, через зеркало следил за тенью. Орджак проскользил три уровня вниз, перманентно покрываясь нервной рябью, где его ждал один из княжеских Всадников. Отчего-то, увидев Раздора, тень источился, завибрировал напряженно.

― Где Завоеватель? Я за ним посылал.

― На задании.

― Будь так. Вы тщательно спрятали наследника?

― Да, ― нехотя отзывается Всадник. ― Мне это не нравится, тень. И я очень сильно сомневаюсь, что приказ князя был именно спрятать наследника княжича Кайрокса, а не убить.

― Я — Орджак, верный хранитель княжеского спокойствия, я и есть приказ и воля князя, ― прогремел тень. ― Не забывайся, Всадник. Помни, кто перед тобой!

― Я помню. Помню, Орджак. И всё же, я требую личную ветху князя, в противном случае буду вынужден с этим вопросом обратиться к князю напрямую, уж слишком тяжелое задние, вызывающее определенные вопросы.

(Ветха — магическая печать князя ординар.)

По своему желанию Мессор переместился за спину тени. Всадник преклонил колено, тень затряслась от ужаса и исчезла из поля зрения, чуя аромат сгоревшей плоти и понимая: «этот огонь» раскинут для него.

― Он не даст тебе ветху, Завоеватель, поскольку я отдал приказ не спрятать наследника и хтани брата, а привести в замок. Не убить. Привести.

― Могу исполнять приказ, мой князь?

― Иди.

Завоеватель покинул обитель.

― Теперь с тобой, ― безошибочно повернулся к мнимо пустому месту. Хранитель понял, что проиграл, и проявился.

― Моя князь, ― лепетнул Орджак. ― Я действовал на благо ординар!

Мессор без лишних слов и прелюдий разорвал, а затем и развоплотил тень, лишая всех шансов на возрождение за своё предательство, после чего переместился в ритуальный зал, где принялся воссоздавать нового хранителя княжеской обители, обращаясь к предкам своего рода напрямую, а не к их слугам, что долгие годы служили ординарам и после смерти.

Пред ним возник плотный, как никогда яркий дух, что сложно было бы отличить от живого существа. Хранитель преклонил колено. С одобрением осмотрев деяние своих рук, сухо произнес:

― Ты — Орджак-Зейн. Хранитель этого замка, моего покоя и моя воля в Ордер-Шах.

Орджак покорно склонился.

― И вот тебе моё первое задание: приведи ко мне из гарема дрейю Лааю.

― Как прикажете, ― и растворился.

Усмирив кипящий огонь от предательства обязанного быть верным существа, Файрокс отправился в свои личные покои. Единственное, что он не мог выносить, — это предательство и ложь, всегда требуя от всех своих подданных, несмотря на практическую невозможность того до одиннадцатого ординара, — верности и честности.

В дверь его покоев осторожно постучали.

― Войди.

В покои, не смея поднимать белокурой головы, вплыла облаченная в полупрозрачные гаремные тряпки призванная им дрейя.

― Мой князь.

― Подойди ближе, Лаая. Что на тебе надето?

― Вам… не нравится, милорд?

― Нет. Как вернешься, оденься прилично. Ты дрейя, а не наложница, Лаая. Не путай понятия, если не хочешь лишиться своего статуса, дрейя.

Девушка тяжело сглотнула, пряча досаду.

― Поняла. Как прикажете. Могу исполнять свою основную функцию?

― Можешь.

Лаая спрятала улыбку.