Глава 61

Отрешенно наблюдала за поспешным уходом, можно сказать, бегством несчастной женщины, что, наплевав на тяжесть, тащила на руках слишком серьезно смотрящего на меня ребенка. Впрочем, в ней течет кровь высших существ этого мира, чему удивляться, она точно не будет обычным ребенком. Девочка. Наследница. Как интересно.

Завоняло тленом, вспыхнул за спиной огонь, и мне на плечи опустились тяжелые руки, прижав спиной к сильному телу.

― Вот ты где, вкусность моя.

Кратко вскинула лицо к задумчивому фейсометру жнеца, что с прищуром, как и я недавно, следил за уходом хтани брата.

― Познакомились? ― вкрадчивое. Пожала плечами: можно и так сказать.

― Хороший ребенок, как и сама хтани.

Мессор хмыкнул:

― Наследница темного мироздания не может быть хорошей, Аглая. Поделишься содержимым вашей беседы?

― Нечем особо делиться. Гензеран только сказала: ей здесь не нравится, она хочет домой, спокойствия, типа.

― Типа ей здесь не спокойно, ― ядовито отозвался жнец. ― Её никто не трогает.

― Думаю, её беспокоит подвешенное состояние, она не знает, что ты решишь насчет неё и её ребенка, повелитель.

Меня крутанули в руках, приподняли пальцами подбородок.

― Обожаю, когда ты обращаешься ко мне неформально, ― и впились в губы жадным поцелуем, сминая их властно.

…Заискрились вихри силы, коконом заворачиваясь вокруг правителя.

Нехотя оторвавшись, Файрокс тяжко вздохнул.

― Скорее бы уже женить тебя на себе.

Тихо рассмеялась. Иногда он как вот что скажет, так всё, можно выносить.

― Кстати, об этом, дорогой мой повелитель, ― отпрянула и сощурилась с угрозой, Файрокс вопросительно вскинул брови. ― Мне тут одна птичка напела: чтобы стать твоей женой, мне нужно малость помереть, это так?

У Мессора вспыхнули зрачки. Лизнув проступившие клыки, он ласково ощерился.

― Твоей птичке неплохо оборвать крылышки. Так. И что ты думаешь по этому поводу? ― двинулся на меня.

Вопреки почти неконтролируемому желанию сбежать, сигануть к противоположному бортику, раззадоривая охотника, осталась стоять на месте, только зубы сцепила, а то такие игры закончатся… моей поспешной кончиной и супружеской близостью, или там в обратном порядке? Неважно. И всё же неуловимо мы каким-то образом вплотную сдвинулись к колонне, я осознала это, только когда мои лопатки легонько столкнулись с твердыней, а Мессор совершено бессовестно другой внушительной твердыней ткнулся мне в низ живота, сверкая голодными искрами.

― Так как, сладость моя?

― Какой ответ ты ждешь, мой повелитель? Разве у меня есть право выбора?

― Право у тебя, несомненно, есть. Как и выбор, только я рассчитываю, что ты выберешь меня, ― горячие губы легонько задели мочку уха. От Мессора пахло так приятно, что кружилась голова.

― Будет больно? ― шепнула.

― Сначала будет больно, да, а затем очень приятно. Обещаю. Ты станешь моей, Агилара?

― Стану твоей, Файрокс, ― я и так его уже с потрохами, как бы ни было прискорбно признавать. ― Только как же быть со свиданиями?

― После свадьбы у тебя будут все свидания мира, можем прописать в брачный контракт.

Ошалело уставилась в хитрющие глаза.

― У нас будет брачный контракт?

― Не планировался, но можем составить. Для тебя — всё что угодно, вкусность моя, ― вновь накрыл мои губы своими, скользнув языком глубоко в рот, разделяя со мной своё тяжелое дыхание с примесью жара, соли и крови.

Всё. Теперь я поняла, что окончательно пропала и погибла в ласковых руках этого чудовища задолго до того, как он оборвет мою жизнь, чтобы я окончательно стала его, а затем своими же руками возродит.