Глава 25. Геннадий
Глава 25. Геннадий
Ксения умерла под утро, когда ещё только занимался новый день, морозный и ясный. Уже выглянуло солнце, радуя яркими лучами проснувшихся пораньше людей, но Ксении уже было всё равно. Она умерла тихо. Одна. Никто не держал её за руку, сдерживая слёзы, умоляя держаться… Ксения просто закрыла глаза, чтобы отправиться в иной мир, где не будет переживаний и мук совести, где вечность и пустота, где наконец-то найдёт покой измученная виной душа.
Геннадий узнал об этом от Татьяны, молча обнял её, плачущую, дожидаясь, когда иссякнут слёзы. Сочувствия к ушедшей, некогда близкой женщине, не было, мелькнула лишь мысль о неотвратимости возмездия, от которого никуда не деться и которое через много лет всё же настигло его бывшую жену.
Геннадий уже начал исправлять зло, совершённое ею, шёл по её же пути в поисках сына, но пока безрезультатно. Везде отказ… Ну, что ж, он подключит тяжелую артиллерию, презренный металл. Ведь это деньги решают всё в нашей жизни? Теперь он сможет проверить, так ли это? Геннадий уверен – всему есть цена, и он заплатит, сколько надо, сколько попросят, за любую за информацию о сыне.
Тогда, в больнице, он сразу поверил Ксении. Её воспалённые глаза не лгали, а запёкшиеся губы, произносившие страшное признание в тот особый момент, когда смерть витала рядом, не сумели бы обмануть. Да и зачем? Чтоб сделать больно, лишить покоя? Но сейчас у Геннадия возникли вдруг неясные сомнения, ни с того, ни с сего. От той Ксении, которую он увидел в больничной палате, всего можно было ожидать.
Надо перепроверить. Вот первая задачка, которую Геннадий должен решить, и как можно быстрее. Ночью, лёжа без сна рядом с мирно спавшей женой, он вдруг отчётливо понял, как должен действовать. Да, его мозги определённо лучше работают ночью! Геннадий вскочил, нашарив ногами тапки, отправился на кухню. Сегодня ночью здесь его место. Нужно всё хорошенько продумать, дело не из лёгких. Для начала он изучит стан противника. Притащив из комнаты ноутбук, Геннадий вышел в сеть и не сразу, но отыскал сайт родильного дома. Вот оно на фото, это здание, откуда он, тогда ещё совсем молодой мужчина, забирал жену и дочь. Геннадий пробежал лазами список отделений. Наверное, ему нужно вот это, акушерское. Как добротно сделан сайт, здесь есть фамилии и фотографии сотрудников, крохотные фото, но рассмотреть можно…
– Гена, ты чего ж не спишь?
Алевтина появилась неслышно, возникла за спиной белой тенью. Шёлковая ночная рубашка обнажала всё ещё красивые плечи, за которые она, зябко ёжась, обнимала себя руками.
– Не спится, – с досадой он захлопнул крышку ноутбука, но тут же улыбнулся. – А ты чего всполошилось?
Геннадий ещё не решил, рассказывать ли Алевтине о том радостном и страшном, что поведала ему бывшая жена. Очень хотелось с кем-нибудь поделиться этой будоражащей душу историей, но, наверное, ещё рано. Нужно сначала получить хоть какой-то результат. Обняв жену за плечи, повёл в спальню, пусть спит, а ему есть над чем поломать голову.
Дарина… Это имя и небольшая фотография приятной женщины средних лет там, на сайте, почему-то сразу впечатались в память. И он выбрал. Её, Дарину. Эта акушерка – его надежда и спасение. Геннадий перевернул подушку холодной стороной, устроился поудобнее рядом с засыпающей женой. Его план был гениально прост – ищите женщину, влюблённую, преданную, и она сделает для вас всё, что угодно. Хранятся же где-то там, в архивах, такие необходимые ему записи.
Дело за малым – влюбить её в себя. Пустячок! Мужчина усмехнулся, подумав об этом. Конечно, Геннадий иронизирует, раззадоривает себя. Жаль, что он не красавец, дело бы пошло лучше и быстрей. Но харизма уверенного и сильного человека всегда при нём. Харизма – классная штука, часто помогающая достичь недостижимого. Эдакая яркая искра в человеке, с которой не пропадёшь.
Геннадий заснул под утро, когда жёлтый свет луны на бежевых шторах спальни уже медленно таял, уступая место свету нового дня. Ему снился юноша, его сын, который шёл ему навстречу по бесконечному зелёному полю, протягивал руки и улыбался. Шёл быстро, торопливо, но расстояние между ними не сокращалось. Остановилось, замерло, застыло…
Внезапно проснувшись, как будто его кто-то разбудил, Геннадий медленно открыл глаза. Сон ещё стоял перед глазами, и этот юноша, далекий и родной, ещё пытался дойти до него … Но никак… Не получалось… Геннадий снова закрыл глаза, чтоб вернуться в сон, и пусть этот юноша наконец-то подойдёт к нему, встанет рядом. Но сон не шёл…
Будь проклято это расстояние, что там, в коротком странном сне, разделяло его с сыном.