Глава 3

Аптека была маленькой, почти пустой. С прилавка на Машу равнодушно посмотрела женщина в халате лет сорока, с глазами, уставшими от однообразия и поздних смен.

Маша быстро перечислила все, что нужно: антисептики, физраствор, обезболивающее, шовный материал, бинты, салфетки, одноразовые перчатки, анальгетики в ампулах и одноразовые шприцы. Та подозрительно покосилась на нее, но молча начала доставать с полок все из списка Маши.

— Вам бы в больницу, — все же пробурчала она, передавая пакет.

— Я сама врач, друг на отдыхе неудачно упал и руку порезал об острый сук, — отрезала Маша, чтобы не вызывать подозрений, и сунула карту в терминал.

По дороге обратно она мчалась быстрее, чем следовало бы. Ночь опускалась на лес, капли дождя начали бить по лобовому стеклу, как будто сама природа пыталась уберечь ее от ошибки.

Когда она свернула с трассы и увидела шале среди деревьев — сердце сжалось.

Этот дом она выбрала случайно, когда лихорадочно листала сайт по аренде. Уютное шале с деревянными стенами, камином, стеклянной стеной, выходящей на лес. Все выглядело, как в глянцевых журналах. Она представила как с ароматным кофе будет сидеть на террасе с видом на лес. Одна. Без никаких тревог. Мечта.

Она так радовалась, когда увидела свободную дату. Хотела тишины. Спокойствия. Трех дней без звонков и людей.

А в итоге получила триллер посреди леса.

Войдя в дом, она первым делом бросилась к дивану. Он лежал так же, как и до ее отъезда. Без сознания. Губы немного посинели, но жара не было. Дыхание ровное, хотя все еще слабое. Пульс — редкий, но стабильный.

Маша сделала глубокий вдох.

Пора.

Дальше она действовала почти на автомате, руки наконец перестали дрожать. Все-таки она врач. И сейчас это был ее пациент, пусть и странный, пугающий.

Она обработала рану, аккуратно промыла вокруг. Пуля застряла неглубоко — видно повезло. С помощью пинцета осторожно извлекла ее, и только когда металлический осколок упал в лоток, смогла облегченно выдохнуть.

Зашить не проблема. Она могла бы сделать это в любых условиях и даже с закрытыми глазами. Надежный шов. Повязка.

Она провела рукой по его лбу — холодный. Хорошо. Нет инфекции. Пока.

Обтерла грудь влажным полотенцем, смывая кровь и грязь. Затем взяла второе, смоченное в теплой воде, провела по лицу, по шее. Отмыла лицо от грязи и застыла. Если бы не белая повязка и синяк под ключицей — можно было бы подумать, что просто спит.

Он был высоким — даже лежа на диване, в нем чувствовалась мощь и сила. Черные волосы, чуть влажные, коротко подстриженные по бокам и взъерошенные на макушке. Четкие, мужественные черты лица: резкая линия скул, прямой нос, упрямый подбородок. Кожа бледная, но не болезненно, скорее, светлая от холода и потери крови. Губы — полные, чуть побледневшие, и все равно вызывающе красивые.

На шее, под ключицей, темнел след татуировки.

Он выглядел так, будто не привык быть слабым. Даже в бессознательном состоянии от него исходило что-то хищное: спокойствие человека, который привык контролировать все, даже смерть.

Маша вытерла руки и села на край дивана.

Все еще не знала правильно ли поступила. Без полиции. Без скорой. Просто одна, с раненым мужчиной, о котором не знала ничего.

Медленно потянулась к его куртке, которая валялась на полу рядом. Залезла в карман. Ничего интересного. Несколько крупных купюр, ключи и конечно же никаких документов. Зато был телефон.

Она вытащила его, и в тот же момент он завибрировал в ее руке.

Экран мигнул.

Номер неизвестен.