Глава 26

Когда Маша уставшая выходила из клиники, перед ней стеной вырас Ростислав.

Он стоял у входа, руки в карманах брюк, на лице сияла шаловливая улыбка. Увидев ее, выпрямился, готовясь что-то сказать.

Вот только Маше было не до него.

Полчаса назад ей сообщили, что скончался ребенок, которого она должна была прооперировать на следующей неделе. Мальчик семи лет с врожденным пороком сердца. Они готовились, согласовывали все детали, обещали родителям, что все будет хорошо. А сегодня его сердце не выдержало. Просто остановилось. Без предупреждения.

Маша даже забыла про инцидент со Стасом, про цветы, про все. В голове был только этот мальчик, его улыбка на последнем обходе, его мама, которая плакала в коридоре.

Маша была выжата досуха — морально и физически. Пустая оболочка, едва способная двигаться. Ростислав шагнул к ней, раскрыв рот, чтобы что-то сказать, но Маша подняла руку, останавливая его.

— Давай не сегодня, прошу, — произнесла она тихо.

Ростислав замер. Улыбка исчезла с его лица, сменившись серьезностью. Он внимательно посмотрел на нее, и что-то в его взгляде изменилось.

— Плохой день? — спросил он, и в голосе не осталось ни капли игривости.

Маша кивнула, не в силах произнести ни слова, и обошла его, направляясь к своей машине. Достала брелок из кармана, щелкнула — сигнализация отключилась.

В это же мгновение у нее из рук вырвали ключи.

Маша резко подняла взгляд, встречаясь с темными глазами Ростислава.

— Отдай, — выдохнула она устало.

— Садись на пассажирское сиденье, — сказал он спокойно, не оставляя места для возражений. — Ты устала. Я поведу.

Маша долго смотрела на него, пытаясь найти силы поспорить, но поняла, что это бесполезно. С ним всегда бесполезно спорить.

Она тяжело вздохнула и открыла пассажирскую дверь, опустившись на сиденье. Ростислав сел на место водителя, завел двигатель, и машина плавно выехала с парковки.

Несколько минут они ехали в тишине. Потом Ростислав нарушил молчание:

— Я забронировал столик в отличном месте. Там подают устриц и лобстеров, свежих, прямо из Атлантики. Но видимо, придется перенести планы.

Маша усмехнулась слабо, не отрывая взгляда от окна.

— Столик или весь ресторан? — спросила она с намеком на прошлый ужин.

Ростислав тоже улыбнулся, бросив на нее короткий взгляд, затем вернулся к дороге.

— Как ты пожелаешь, так и будет, — ответил он просто.

Снова повисла тишина.

— Не хочешь поделиться, что случилось? — спросил Ростислав мягко, не настаивая.

Маша покачала головой.

— Нет. Просто устала.

Он кивнул, не стал расспрашивать дальше.

— Тогда спи, — сказал. — Я разбужу, когда приедем к твоему дому.

Маша не стала отказываться. У нее и так уже слипались веки. Она откинула голову на подголовник, закрыла глаза и почувствовала, как мир медленно растворяется в темноте.

Последнее, что она успела уловить перед тем, как провалиться в сон, — это тепло машины, тихое гудение двигателя и присутствие Ростислава рядом, странно успокаивающее, несмотря на все.