Глава 55

Дверь кабинета открылась без стука — так заходил только начальник его службы безопасности, когда новости не могли ждать. Ростислав даже не поднял головы от бумаг, раздраженно бросив:

— Говори быстро.

— Босс, ваша... девушка, Мария, — он замялся на мгновение, подбирая слова, чтобы правильно обозначить статус Маши, — Она продала машину. Ту самую, что вы ей подарили.

Ростислав замер. Ручка в его пальцах едва не треснула. Он медленно поднял взгляд, в котором считывалось искреннее непонимание.

— Маша? В смысле продала? Когда?

— Оформила сделку вчера вечером, через срочный выкуп. Продала за наличные.

Ростислав откинулся на спинку массивного кожаного кресла, чувствуя, как внутри начинает нарастать холодная тревога. Он не понимал, что происходит, и ему сейчас же, в эту же секунду, хотелось ее увидеть, схватить за плечи и вытрясти правду.

Он с самого начала боялся этого разговора об операции. Боялся, что она впадет в истерику, что испугается криминала, что уйдет от него в тот же миг, как услышит о незаконной трансплантации. Но Маша согласилась. Она вела себя как профессионал, хотя он и видел, как ей тяжело.

Последние дни он жил в постоянном страхе, что в любую минуту она даст заднюю, сломается и откажется выходить в операционную.

Но продавать машину? Какой в этом смысл?

— Ладно. Спасибо, иди, — коротко бросил он подчиненному.

Когда дверь захлопнулась, Ростислав закрыл глаза и потер переносицу. Вчера она была такой, как обычно. Пришла с работы измотанная, почти сразу отключилась, едва коснувшись подушки. Он смотрел на нее спящую и чувствовал вину, которая тяжелым камнем лежала на его душе. Она ничего не сказала о машине. Не понравился подарок? Хотела другую марку? Или это был какой-то скрытый жест протеста?

Машу было сложно разгадать. Она была не похожа ни на одну из женщин, которых он знал до сих пор. Именно поэтому его люди не сводили с нее глаз в последнее время. Он не мог позволить ей исчезнуть. У него физически не было времени искать другого трансплантолога для Наташи. Состояние жены ухудшалось с каждым часом, и счет шел на дни.

Он знал, что у Маши в этом деле не так много опыта, но он также видел ее талант. Видел ее фанатичную преданность делу. И, что самое важное — ей можно было доверять. Она не сдала бы его полиции, потому что любила. По крайней мере, он хотел в это верить.

В какой-то момент он даже пожалел, что попросил ее об этом. Глубоко в душе он хотел оставить ее мир чистым, не втягивать ее в ту грязь, в которой барахтался сам.

Возможно, надо было все же найти какого-нибудь коррумпированного хирурга, заплатить ему полмиллиона долларов и заставить молчать до конца жизни? Но Ростислав знал этот мир слишком хорошо. Продажные люди продаются дважды. Он не был уверен в результате, если бы это делал кто-то другой. Жизнь Наташи, а с ним и стабильность его бизнеса, зависели от успеха этой сделки.

А теперь эта новость о машине. Деньги? Ей понадобились деньги? Зачем, если он давал ей все?

Он снова взглянул на телефон. Маша была его единственным слабым местом, и сейчас он чувствовал, как это место начинает болеть.

— Что ты задумала, Маша? — прошептал он в пустоту кабинета.