Глава 18

Глеб

*****

Дёргаюсь от какого-то грохота в коридоре, моментально садясь на кровати. Сердце колотится как ненормальное, разбиваясь о грудную клетку.

Что произошло?

Оборачиваюсь, тяжело выдыхая.

Понимаю – не святая Валентинка уже успела ускользнуть из моих объятий, хоть я и пытался обнимать её крепко. И слова нежные на ушко шептал. Просил, чтобы она была рядом.

И она вроде никуда не собиралась. По крайней мере, плавилась в моих руках и мурчала что-то на ушко, как сытая кошка.

И пахла так приятно, что я чуть с ума не сошёл от её присутствия. Никак не мог насытится, каждый раз подчиняя себе.

Обвожу взглядом мягкий полумрак гостиничного номера, пытаясь выцепить из хаоса разбросанной одежды платье Валентины.

Его нет.

Морщусь, спуская ноги с кровати. Провожу ладонью по пустующей части простыни – кажется, она ещё хранит тепло девичьего тела.

Так куда же она подевалась?

Может, к себе ускользнула, потому что я храпел? Вроде Оля что-то про это говорила мне всегда. Высказывалась с упрёком, как будто я могу с этой особенностью что-то поделать.

Значит, нужно найти мисс Бешеную Фурию и вернуть на место, в мою постель. А если не согласится – буду убеждать другими частями тела.

И отказать не сможет. Не устоит.

Как и предыдущие два раза. Или три? Не помню.

Убираю использованную защиту в помойное ведро, приглаживая взлохмаченные волосы. Замечаю лихорадочный блеск в глазах. А ещё радость и умиротворение.

Подбираю брюки и рубашку, кидая их на кресло. Натягиваю боксеры. Если Валя упорхнула к себе, голышом я всё равно не пойду – мало ли на кого могу нарваться.

Подхожу к входной двери, замечая, что она не закрыта. Рву ручку на себя, нос к носу сталкиваясь с улыбающейся…Яной.

Чёрт. Час от часу не легче!

– Ээээ… – Мычу как парализованный, хотя прекрасно понимаю, что нужно сказать.

Вернее сделать. Дат от ворот поворот, взяв пассии билет на ближайший авиарейс. И по дороге, наконец, объясниться.

Но мозг, похоже, варит плохо. А кровь ещё не прилила обратно в голову после вечера с Валей.

По крайней мере, буквы в слова не складываются, а радостная Яна уже обнимает меня за шею.

– Я так соскучилась. – Возбуждённо трётся. – А ты уже готов, даже раздеваться долго не придётся.

– Привет. – Отлепляю от своей шеи липкие ладошки. – Не ожидал твоего приезда.

– Но ты же сам сказал – приезжай. – Хлопает глазками, строя из себя дурочку. – Вот я и приехала.

Снимает пальто, кидает сумочку в угол. Скидывает сапожки возле двери, демонстрируя мне ярко-красный педикюр под капроновыми колготками. И ноги побрила, видимо. Готовилась, не иначе.

Чёрт, тянуть больше нельзя.

– Ляпнул просто так, – соглашаюсь. Решаю быть предельно честным по отношению к нам всем.

С одной стороны радуюсь, что Вали сейчас нет – уж она-то точно моего объяснения ждать не стала, а просто катком бы по мне проехала. Так что пусть спит в своём номере, утром я её навещу.

– В смысле – просто так? Мне не нужно было приезжать? – Девушка приоткрывает рот, становясь похожей на умалишённую.

Ну, нельзя же так прекрасно играть? Или, и впрямь не понимает, что происходит. Впрочем, я и не лгал ей никогда. И не пользовался её доверчивостью.

У нас и не было-то ничего, кроме пары ничего не значащих свиданий да посиделок за чашкой чая, после чего Валя свалилась на мой балкон.

Ну, странно это всё. Какой-то бред.

– Нет, Яна, не нужно. – Беру её за руку, подводя к креслу.

Пусть сядет лучше.

– Почему? Я хочу быть рядом.

– Я тут не на отдыхе, а на работе. – Начинаю издалека. – К тому же, скоро вернусь в город. Обещал же, что сходим куда – нибудь посидеть.

– Ну, зачем же ждать. – На её розовощёком личике появляется хищная улыбка, а в глазах загораются огоньки. – Я же уже тут. Можно ускорить.

Походкой от бедра направляется ко мне. И пальчики свои жадные тянет. И улыбается так приторно.

Её внушительное декольте подпрыгивает при каждом шаге. Чуть не вываливается из трикотажного платьишка, чересчур обтягивающего её неидеальную фигуру.

– Яна, послушай, мне не нужны отношения, понимаешь? – Выставляю вперёд ладони. – Я решил, что нам с тобой…

Замолкая, прикусывая язык. Замечаю ядрёный, какой-то ненавистный взгляд.

– Что нам с тобой? – Прищуривает глаза, надвигаясь на меня как ледокол «Ленин». И дышит так яростно, как паровоз. Такая и затоптать может.

– Нам с тобой не по пути. – Развожу руками. – Ты очень милая и хороший друг, правда. Но только друг. Не более того.

– То есть, ты со мной просто дружишь? – Захлёбывается от гнева, продолжая своё наступление.

Мне же отступать некуда. И так упираюсь в кровать. Ещё чуть-чуть, и рухну как подкошенный. А подобная капитуляция совсем не в моём духе.

– Да, мы с тобой – просто друзья. И я благодарен тебе за то, что ты для меня сделала. Просто я…не могу.

Хочу ещё что-то добавить, но осекаюсь. Замечаю, как Яна выпучивает глаза, моментально краснея. А потом, подскочив в воздух как на батуте, со всего размаху шлёпается на спину.

Всё это занимает доли секунд. Грохот стоит такой, что мне становится страшно – не сломала ли что-то себе моя гостья.

Замечаю, на чём она поскользнулась – под кроватью лежит фольгированный пакетик после ночных утех с Валей. Вот чёрт, не заметил его.

Бросаюсь к Яне, замечая, что она в отключке. Приложилась, видимо, головой при падении.

Что ж, теперь моя очередь везти её в больницу. Надеюсь, после этого мы будем квиты и останемся хорошими друзьями.

– Что, Исаев, довёл девушку? – Ехидный возглас раздаётся прямо у меня за спиной, и я оборачиваюсь, впериваясь взглядом в своё прошлое.

В то, что как мне казалось, я оставил далеко позади. И старался даже не вспоминать об этом.

– Оля? Что ты тут делаешь? – Подскакиваю с металлической лавки, на которой я сидел в ожидании врача. – Ты же давно ушла с работы.

Прищуриваюсь, видя растерянный блеск в глазах бывшей жены. И кончик носа начинает дёргаться. Значит, нервничает, но пытается это скрыть.

– И вообще, как мне казалось, собралась замуж за обеспеченного бизнесмена. Не чета мне, голодранцу проклятому. – Коверкаю её собственные слова, которые неожиданно прочно засели в моём мозгу отравленными стрелами.

Сам от себя такого не ожидал.

– Мы с Женей… – Выдыхает, опуская глаза в пол. Даёт себе пару секунд, чтобы отдышаться. – Не сошлись характерами.

– Удивительно. – Сцепливаю руки на груди.

Сам же смериваю бывшую жену совершенно невозмутимым взглядом. Ожидал, что в душе шевельнётся хоть что-то. Но нет, лежит мёртвым грузом.

Видно, не простил её ещё до конца. Помню, как больно ранила меня весть о предательстве. А я ведь совершенно искренне считал свой брак образцово-показательным.

– А ты теперь важной шишкой стал? – Оля неожиданно вскидывает голову. Смотрит на меня так пристально, как будто оценивает. – Переехал, возглавил фирму дяди.

– Да. Пришлось. – Чеканю.

Совершенно не хочу вдаваться в подробности по поводу дядюшкиной болезни. Оля-то его ни разу не видела. И как-то против настроена была всех моих родственников.

– А говорил, что бизнес тебя нисколько не привлекает. Что сопромат и институт – твоё всё. – В звонком голосе звучит обида.

– Так и было. – Киваю. – Как только всё утрясётся, может, и вернусь в институт.

Оборачиваюсь, прожигая дверь уставшим взглядом. Совершенно не понимаю, почему врач задерживается. Сейчас бы его появление очень помогло избавиться бы от бывшей женушки, которая, кажется, что-то задумала.

Хорошо ещё, что ещё ночь.

Надеюсь, Валечка спит, не подозревая о том, что со мной происходит. С утра заявлюсь в отель – и сразу к ней, под тёплый бочок.

Хватит с меня этих полоумных женщин, которые, кажется, решили атаковать меня со всех сторон.

– Глеб, – мягкие ладошки неожиданно нежно обвивают меня сзади за талию. – Я скучала.

– Чего? – Вздрагиваю.

– Да-да, я была такой дурой, когда ушла от тебя…

– Вернее – когда легла под своего жирного борова ради его денег. – Хмыкаю, выворачиваясь из цепких объятий бывшей.

– Ну да. – Не сдаёт позиций. – Может, мы начнём всё сначала? Всё-таки, пять лет были в браке.

– Нет уж, спасибо. – Мотаю головой. – У меня и без тебя всё хорошо на любовном фронте.

– Ты с ней сейчас, что ли? С этой тушей? – Вскидывает брови, явно намекая на Яну.

Разубеждать не спешу, да и не удаётся – сзади раздаётся голос врача, прерывая наш неинтересный разговор с бывшей супругой.

– Глеб Дмитриевич? Нормально всё с вашей девушкой, можете пройти в палату.

– Спасибо. – Просачиваюсь в дверь вслед за врачом.

Надеюсь, что больше не пересекусь с Олей. Сейчас просто пожелаю Яне здоровья, куплю ей всё необходимое по списку – и к Вале. Наверняка, она уже проснулась и недоумевает, куда я запропастился.

– Привет, как ты? – Заглядываю в палату.

А сам по сторонам глазею – нет ли под рукой у девушки чего-то, что может полететь прямо в голову.

– Нормально. – Жмёт покатыми плечами. – Вообще не понимаю, зачем мне тут лежать. Я вроде нормально себя чувствую.

– Врач сказал, что до понедельника полежишь. Ты скажи, что нужно принести, я всё куплю.

– Да не нужно мне ничего. – Отворачивается к стене. – Я в государственном учреждении, в отдельной палате, под присмотром. Что ещё нужно?

– Ну, сока там. Или средства гигиены какие. – Чувствую себя провинившимся.

– Нет, ничего не надо, иди. – Указывает рукой на дверь. – Ты ж не виноват, что мне не везёт. Только подумаю, что встретила нормального мужчину, как тут же всё летит в тартарары.

– А он не нормальный, да? – В палату мягким шагом входит Оля, держа поднос с какими-то таблетками в одной руке. – Вроде бы раньше был адекватный. А сейчас от женщин шарахается.

Замираю в неудобной позе.

Смотрю, как медсестра выкладывает на тумбочку Яны какие-то баночки, объясняя их назначение. Решаю уйти по-тихому, пока эти две хищницы не накинулись на меня с несправедливыми обвинениями.

И ведь Ольга не случайно зашла – твёрдо намеревалась подслушать что-то горяченькое. Или Яне что-то про меня напеть.

– Да, у него после развода что-то в мозгу перещёлкнуло. – Яна фыркает, прожигая меня злым взглядом. – Всех женщин ненавидит теперь. Только дружить с ними может.

– Да вы что? У него бывшая, наверное, стерва редкостная? – Ольга упирает ручки в бока, а я уже открываю дверь, чтобы ретироваться.

Пусть дальше сплетничают без меня. Хватит.

– Да ведь он из-за неё на мужиков переключился! Всю она ему душу вывернула! – Яна возбуждённо шепчет, не замечая, что я ещё не ушёл.

Замираю в проходе. Свожу брови к переносице, не понимая – ослышался я, что ли?

– В смысле, на мужиков? – Оля тоже не верит своим ушам.

– Ага. Переквалифицировался. Ну, ориентацию сменил.

Хлопаю дверью, вылетая в коридор.

Всё, с меня хватит. Сейчас же еду в отель, хватаю Валю и возвращаюсь с ней домой.

Самолёт у нас только днём, а это значит, что вполне успею реабилитироваться в своих собственных глазах. Два. Или даже три раза.

Это же надо такое придумать!

*****

– Как уехала? Когда? – Сыплю вопросами на ничего непонимающую девушку за стойкой регистрации.

Пытаюсь заглянуть в её компьютер. Узнать, во сколько Валя сдала ключи от номера и почему, чёрт возьми, она так загадочно исчезла.

– В семь утра, Глеб Дмитриевич. Вот, у меня указано, что в семь пятнадцать в её номер уже отправили горничную для уборки. – Читает с экрана, а у меня внутри всё переворачивается.

– Она не оставила мне никакого письма? – Внутри ещё теплится надежа.

– Нет, ничего не оставляла. Что-то не так? – Вскидывает перманентные брови, но я уже несусь к лифту.

Чёрт, когда поехал в больницу с Яной, совершенно не подумал о средстве связи. И теперь мой смартфон не подаёт никаких признаков жизни – разрядился ещё часа два назад.

Быть может, Валя пыталась дозвониться, а потом, поняв, что я вне зоны доступа, просто обиделась?

Влетаю в свой номер, тотчас подсоединяю телефон к розетке. На экране загорается значок батарейки, которая медленно начинает заполняться зеленоватым светом.

– Ну же, давай, включайся. – Подгоняю телефон.

Сам же начинаю собирать вещи. Мой рейс – через четыре часа. Но я бы улетел уже прямо сейчас, ждать больше не могу.

Экран моргает, наконец, включаясь. Набираю номер Валентины, слушая механический голос.

«Абонент находится вне зоны действия сети». Включаю сайт аэропорта, напряжённо выдыхая – утренний рейс, на который я не решился взять билеты, как раз вылетел полчаса назад.

Значит, обидевшись, моя фурия просто поменяла билет на утренний рейс, даже не оставив мне никакого сообщения. Ещё раз просматриваю вкладку с смс-ками.

Пустота. Все входящие сообщения исчезли. И с дядей, и с бывшей женой, и с друзьями. Как будто подтёр кто-то, или просто автоматом всё удалилось после выключения.

Странно. Очень странно.

Ну ладно. Главное – долететь до моей Валентинки, а потом уж я сумею ей всё объяснить.

*****

Выхожу из такси, запрокидывая голову.

На кухне у Вали горит свет. Ну и прекрасно. Сначала попьём чаю, а потом я соблазню её прямо на столе.

Не могу больше ждать – до того соскучился по своей не святоше.

Лифт всё ещё не работает. Или уже кто-то сломал заново. Рычу от злости, тихо поднимаясь наверх.

В отдалении слышу чьи-то голоса – мужской и женский. И женский такой знакомый, почти родной.

Готов поклясться, что он принадлежит Валентине. И от того любопытство съедает меня изнутри.

С кем она может разговаривать прямо на лестничной клетке?

Прислушиваюсь, а сам стараюсь быстрее перебирать ногами. Дышать тяжело, правда, зато какой никакой, а спорт. В глазах мутнеет, а в висках стучать начинает.

А мужика голос такой бархатный. И интонация нежная. Как будто упрашивает он её о чём-то. На больное давит, и она вот-вот согласится.

Староват я, наверное, для такой гонки. Но и Валю отпускать не хочется. Неизвестно, кто её сейчас там окучивает.

Ревную, что ли? Похоже на то…

Пролетаю мимо своего этажа как на реактивной тяге. Только чемодан у двери оставляю, чтобы с ним не таскаться. Сейчас посмотрю, с кем так мило воркует Валя, и домой его занесу.

– И ты приехал, чтобы всё это мне сказать? – Голос фурии слегка вибрирует.

На взводе она. Точно. И этот мужик её доводит, но я не понимаю, почему она ещё до сих пор с ним разговаривает.

– Да. Малыш, я был не прав, признаю. Таким идиотом был, когда тебя потерял. Просто с катушек слетел, понимаешь?

– И что ты хочешь? Моего прощения? – Фыркает.

Я же зависаю на лестнице между этажами, впитывая в себя все слова, как губка. Не понимаю, почему она ещё не выгнала того урода, который посмел ей изменить.

Это ведь он, я так полагаю.

А может, она всё ещё что-то к нему испытывает? Знает, что он плохой, но ведь девочкам нравятся плохие парни.

Поэтому и меня мариновала так долго. А вчера не сдержалась, алкоголь сыграл своё дело. И мои уговоры.

– Прощение я твоё сам заработаю. – Голос наглеца становится приглушённее и как-то интимнее.

У меня аж кулаки сами по себе сжимаются. Но дослушать, что ответит Валя, всё равно хочу.

Это уже принципиально.

– Просто позволь мне вернуться. Давай, сходим куда-нибудь, пообщаемся? Начнём всё сначала?

Замираю. Сердце готово выпрыгнуть из груди, разрывая рёбра на части.

Пальцы рук холодеют, а мне уже невыносимо всё это ожидание. Просто хочется выпрыгнуть из укрытия и съездить по физиономии этому дегенерату, посмевшему обижать мою девочку.

– А нечего уже начинать, Даниил. Всё закончилось ещё в Австрии, в той кабинке для переодевания. – Голос Вали звучит глухо, как-то отстранённо.

Понимаю – не отошла она ещё, не простила. Но от сердца отлегает. Значит, не просто так со мной была, можно выходить.

– Малыш, я всё понимаю…

– Да ни фига ты, похоже, не понимаешь! – Рычу, вмиг нависая над парнем. – Сколько можно объяснять?

Он вжимается в крашеную стену подъезда, вращая испуганными глазами.

– Это кто, Валь?

А она не отвечает. Просто смотрит на меня и дышит так яростно. Не понимаю даже – рада видеть меня, или нет.

– Я – её любимый… – Решаю сам прояснить ситуацию.

– Босс. – Валя выпаливает.

Отталкивает меня от Даниила, становясь между нами. Сверлит меня уничтожающим взглядом, как будто взорваться готова.

– Мой начальник, Дань. Исаев Глеб Дмитриевич. Живёт по соседству, вот и зашёл.

– Зачем? Сегодня же суббота, выходной. – Парень не понимает, выглядывая из-за плеча моей белокурой фурии.

– Точно. Глеб Дмитриевич, сегодня выходной. Так что прошу вас не встревать в дела своих подчинённых, когда мы не на работе. Эскизы двери Долматова я уже отправила, работа начнётся в понедельник. Не беспокойтесь.

– Но, Валя… – Пытаюсь схватить её за руку. (3303c)

– Все разговоры – сугубо в рабочее время, и то – по работе. А теперь извините, ко мне жених приехал, нам некогда.

Вырывает свои пальчики из моей лапищи, вталкивая Даниила в свою прихожую. Хлопает дверью, проворачивая ключ в замке.

Ну, и что прикажете думать?