Глава 40. «Шанс на двоих»

Катя.

— А что это было?— спрашиваю у Женьки, вырывая бокал с коктейлем из рук Валерии. Похоже, День рождения гонщика пройдёт на ура! Почему-то мне показалось, что Подруге сейчас не стоит напиваться. Никто «на пьяную голову» не выясняет отношений. Обстановка вынуждала держать ухо востро. Как же не вовремя вся эта ситуация начала действовать всем на нервы. Валерия молчала, то и дело, поглядывала в надежде, что Валентин вот-вот вернётся и всё объяснит ей. — Кто эта...женщина?

— Клиентка Валентина. Очень тяжёлый случай. От таких тяжело избавится. Слишком  липкая стерва. Положила на него глаз.

  Похоже, Женя не врал. Ложь я немного научилась различать, но вот как разжевать всё это моему маленькому загнанному светловолосому кролику, я, увы, не знала.

— А он, видимо, положил себя на неё...— дрожащим голосом проговорила подруга. Валерия сникла и начала надумывать разную чушь, ведь обстоятельства говорили сами за себя и были против Валентина. Я надеялась, что всё разрешиться мирным и коротким путём, без драк и эксцессов.

— Ну вот зачем себя накручиваешь? Не стоит верить этой сучке.— вспоминаю её хищную ухмылку и глаза, горящие злостью и завистью.

  Именинник вмешался, услышав мои слова.

— Она что, успела с вами поговорить? Когда?— Женя растерялся, как будто это должно было случиться рано или поздно.

— Скорее всего перед тем, как ухватила нашего барона.

  Меня злило время...долгоиграющее время... Какого лешего он там задержался с ней? Может эта гадина и не врала вовсе...

  Не выдержав томительного ожидания, Валерия решила выйти из клуба на улицу. Ей стало душно, побледнела ещё больше, глаза заблестели от влаги. Чтобы не выдать чрезмерное беспокойство, слегка скривив полуулыбку, попросила Женю сопроводить её на свежий воздух. Я хотела было увязаться за ними, но гонщик дал понять жестом, что нужно дождаться Валентина. И вот я стою у этой барной стойки растерянная, без малейшего понятия как поступить: отчитать или же посочувствовать этому бедному влюблённому, что недавно решился женится и вляпался по самые уши из-за каких-то разборок с очередной охотницей за этим видным мужчиной. Глядя перед собой в одну точку, не заметила, как злой и расстроенный Валентин подошёл ко мне и заказал виски.

— Катя? Почему ты тут одна?— это было неожиданностью для него, застать меня рядом с местом происшествия.

— Зачем ты ушёл с ней? Так сложно поговорить с этой...— киваю, указывая головой на дверь,— на людях? Неужто не подумал, что Лера неправильно всё поймёт? Я уже не говорю о той речи, которую эта стерва произнесла в уборной.

— Где Валерия? Что вам наплела эта сука?— я немного встрепенулась от того, как он поднял голос. Его лицо постепенно превращалось в маску, без грамма позитивных эмоций, гнев перевесил чашу раздражения. Завальский, стиснув зубы до скрипа, окинул нетерпеливо зал в поисках своей девочки и друга.

— На улице с Женей.

— Почему на улице? Разве мы не должны праздновать? Что за чушь собачья? Какого хрена произошло, Катерина?— его высокие тона в голосе, с тенью недовольства, меня насторожили, предчувствуя скандал, я всё же выпалила на одном дыхании.

— Украшения... эта сучка сказала, что ты не заморачиваешься с выбором. Даришь каждой подстилке одно и тоже после того, как трахаешь.

  Язык мой — враг мой! У меня сердце в пятки упало, когда он сжал кулаки.

— Её мало было поставить на колени...— зарычал от злости и выругался.— Я раздавлю эту тварь, пусть только она попадётся мне на глаза!

  Не медля ни минуты, сорвался с места и быстрым шагом направился к выходу. Я рванула за ним. Только бы Лера ничего не отожгла с гонщиком. От этой ситуации можно было ждать чего угодно. Зная подругу, она обязательно что-нибудь да выкинет в сердцах.

Валерия.

  Мы стояли молча с Женей на парковке, рядом с клубом, где располагался деревянный рекламный щит с информационным флаером о вечерней программе в «Фениксе». Я оперлась на автомобиль гонщика. Женя стоял напротив меня, почти в плотную, слегка расставив ноги на ширину плеч.

— Жень...?— делаю паузу, собираясь с мыслями. Сегодня почему-то меня дёрнуло задать этот вопрос. Вот же дура. Но слова вылетают раньше разумных доводов.

— Говори...

  Он с теплотой на меня посмотрел, как-будто хотел подарить весь мир, но всё никак не решался. Последние дни февраля немного оттаяли перед мартом, но не до такой степени, чтобы не замерзнуть в тонком кашемировом пальто и в коротеньких ботильонах на шпильке.

— Что ты...чувствуешь...нуу...ко...—  запнулась, не зная как задать вопрос. Дрожь пробрала меня насквозь и я потерла плечи, чтобы согреться.

— Хмм...Немного не вовремя, детка, ты задала этот вопрос...не находишь?

Я молчу. Меня жгло внутри чувство ревности и обиды. Царапало когтями за живое, до спазмов в желудке, до дрожи в коленах, до головокружения.

— Ты же знаешь, что ты мне небезразлична, Лера. Но я не могу...вмешиваться между тобой и ним. Если только...

— Что? Только, Жень?

— Ты сама этого захочешь...

  Его голос звучал низким и трепетным. Увидев мою реакцию на холод, Женя решается обнять меня, кутая с обеих сторон полами зимней косухи с мехом. Его разгоряченное тело обдало жаром. Я слышала быстрый ритм бьющегося сердца от волнения, ведь знала, что ситуация до банальности глупая, критическая... Уловив ноты мужского аромата, понимаю, что они не сводят с ума, не заставляют моё тело дрожать от предвкушения близости, не вызывают волну безумия и страсти летящих по венам, но...все же... приятные и умиротворённые. С ним спокойно. Как дома. Тихо и легко. Нет резких эмоциональных всплесков. Просто...хорошо...

— Поцелуй меня...— тихо с робостью в голосе прошу, прикрывая глаза, тянусь к его губам.

— Прости...Лера...

  Мне пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться к его тонким губам. Женя сначала немного отстранился, помедлив, а потом желание такой маленькой близости взяло верх. Сделав медленный глубокий вдох, проговорил в губы, щекоча их своим дыханием.

— Крошка, ты хочешь моей смерти...но я готов поплатиться за один поцелуй с тобой нашшш...

  Не закончив свой монолог, прикоснулся боязно своими губами к моим. Еще секунда и мы целовались как школьники за углом школы, подальше от любопытных глаз. Его руки крепко обвили мою талию и я почувствовала, как мужчина расслабившись, отдался забвению. Нежный поцелуй перерос в требовательный, глубокий. Язык скользнул мне в рот, изучая его. Женя издал тихий стон и мои руки, словно сами собой, обвили его шею, а тело приникло к его телу.

— Это неблагоразумно, – прошептал он, терзая припухшие губы,— мы не можем...

— Неужто, моя любимая женщина, решила подарить моему лучшему другу сладкий поцелуй...?— голос рядом звучал приглушенно и слегка отдавал фатализмом, но это, как ни странно, только добавляло ему силы. Валентин тяжело выдохнул и замолчал в ожидании. Мы тоже замерли от неожиданности. Женя на миг вжал меня в себя и разнял объятия, отпуская моё ватное тело.

— Ле...раа...— испуганно прошептала рядом подруга, закрывая рот обеими ладонями.

  Я так старалась держать слезы в себе, но они горошинами скатились по моим щекам, оставляя мокрые дорожки на горячем лице...

Огромное спасибо любимым читателям за вашу поддержку и терпение! Особенно благодарна за награды, репосты и ваши звездочки! Приятного чтения.с ув. Елена. PS. Фото для поклонниц..:)))))

Валентин.

  Чем старше становишься, тем меньше хочется этих дешевых интриг, пустых спектаклей, истерик… Хочется всего лишь уютный дом, вкусный ужин, человека, который знает сколько сахара положить в твой чай...Я понял это, когда встретил её и влюбился до беспамятства за считанные дни. Неожиданно ворвавшись в моё сердце, Валерия наполнила его новыми, яркими чувствами о которых я раньше не подозревал,а также не знал, какой бывает острой и тонкой грань между любовью и ненавистью, ревностью и доверием.

  Стою перед близкими мне людьми и не совсем понимаю какого черта тут происходит и как мне на всё это реагировать? Не могу поверить в происходящее. Лучший друг обнимает мою любимую женщину с такой страстью, с таким забвением, целуя её, что я впервые ощутил острие ревности. Неугомонной, жгучей, тёмной, мерзкой, отравляющей кровь, окутывающей здравый рассудок сумерками, доводя до жуткой, нестерпимой испепеляющей боли. И самое худшее в этой ситуации то, что я не исключаю своего поведения, как основную причину происходящего. Но, чёрт! Этот поцелуй красочно передал её страхи и всё, что она сейчас думала обо мне, спасаясь от одиночества в объятиях другого, так как в химию между ними я не верю, разве только со стороны Женьки. Он зациклен на Лере! С того самого знаменательного дня, когда я разгребал в Швейцарии свою нелепую оплошность, а он наслаждался её обществом в этом же грёбаном клубе. А потом эти долбанные цветочки...ландыши! С тех пор жалящая змея заползла в один из уголков моей души и отравляля её ядовитым коктейлем из всех возможных ингредиентов, что составляли взбунтовавшуюся ревность. Последней каплей стал её  бывший. Новость о беременности выжигала во мне уверенность в завтрашнем дне, но с этим я тоже справился. Я люблю до безумия эту девочку. Это чувство сделало меня слабым и сильным одновременно. Сделало слепым. Вдруг осознаю, что на многое готов закрыть глаза, лишь бы чувствовать её тепло рядом, владеть её телом, слушать возбуждающий шелест любимого голоса, наслаждаться личным ароматом, таким дурманящим — её запахом. Неужели зависимость к ней меня окончательно сломала.

  В последний момент подавляю свою ярость, принимая лишь одно правильное решение в сложившейся ситуации— ревность пришлось заглушить, чтобы благотворнее повлиять на психику Валерии, которая и так много натерпелась за последнюю неделю. Терять её в этот самый хреновый момент я не собирался, поскольку не представлял жизни без неё вообще. Ухмыляясь своему внутреннему голосу, что рычал набить морду другу за посягательства на МОЮ женщину, делаю глубокий вдох и собираюсь с мыслями. С его стороны это перебор. Такое не прощают, но что-то внутри шептало моему разуму, что это был последний сюрприз с его стороны.

  Делаю медленные шаги в их сторону, не выпуская из вида её испуганные глаза. Женя отстранился и отошёл к рекламному щиту, давая мне возможность подойти вплотную к моей девочке. Я старался подавить проявление разнообразных чувств, что боролись во мне, сделал лицо серьёзным и сосредоточенным. Глупо было надеятся на тайный разговор с Анжеликой без побочных эффектов. Как не старался провернуть всё по-тихому, хрен удалось. От женщин скрыть что-либо показалось не возможным. Мысленно выругавшись, вспоминаю как ещё вчера с мольбой в голосе Валерия произнесла своё желание: «Я хочу, чтобы ты забыл о других женщинах и принадлежал только мне». Учитывая ещё и тот факт, что ей пришлось услышать от сумасшедшей озабоченной стервы, не знал, как начать разговор.

 Её лицо было настолько взволнованным и растерянным, а руки дрожали, вцепившись в мягкую ткань пальто, перебирая её тоненькими пальчиками. Черт! Я бы сгрёб её в охапку и свалил домой просто поговорить: мирно, без истерик и криков, но задать главный вопрос перед Женей было необходимым.

— Я бы спросил: какого хрена здесь происходит, но речь сейчас не об этом. Не стану сейчас оправдываться перед тобой.— стараюсь как можно спокойнее произнести, не выдавая сдавленного горла от обиды.— Ты ведь уже всё решила сама, надумала и вбила себе в голову то, что будет трудно переосмыслить и понять. И пока ты не научилась верить мне, как обычно происходит между мужчиной и женщиной когда они любят друг друга, я тебе докажу, как сильно ты не права! Но сперва я дам тебе возможность решить самой, чего ты хочешь, так как мысли я читать не умею, Валерия.

— Валентин...я..

— Я не всё сказал, малыш!— повысив голос на пол тона выше, не дав возможности договорить. Не хочу слушать объяснений до того, как она решит свою дилемму. Запнувшись на полуслове, замолчала, уставившись куда-то в сторону клуба. Щеки стали влажными из-за слёз и я не смог удержаться, положив теплые ладони ей на лицо, повернул её голову к себе, заставляя взглянуть на меня, вытирая большими пальцами солёные дорожки.

 — Сделай свой выбор, не томи нас обоих. Если ты хочешь быть с ним, я отойду в сторону, не скажу, что это дастся мне легко, но ты ведь будешь счастлива, а это всё, что мне нужно знать, ведь так?

  Не знаю, зачем я всё это сказал. Возможно, был уверен, что она выберет меня. Ну не может женщина не любя так забвенно отдаваться страсти, трепетно и нежно отвечая на мои плотские желания. Не может! Лера судорожно уцепилась в мои запястья и перестала дышать. Сжала их до такой степени, что, кажется, срезала кожу своими ногтями, причиняя лёгкую боль. Смотрела на меня так, как будто я вынес ей смертный приговор. Мне больше не нужно знать её правды. Вот она! Вся на виду. Вся написанная в её испуганных глазах. Между нами завязалась зависимость крепким узлом, который можно только разрубить вот такими недосказанностями из-за непредвиденных сложных ситуаций, что успела выкинуть нам судьба.

— Прости...Жень...— почти шепотом, сдавленно произнесла,— я не знаю, что на меня нашло... Мне очень...очень жаль...

  Женя молчал, оперевшись спиной о деревянную поверхность. Засунув руки в карманы, уставился в пол. Хватка Валерии не ослабла и мне пришлось уложить её голову себе на грудь, попытавшись обнять и успокоить. Ещё пара секунд и она могла разревется, что не удивительно в её состоянии. Опять мысленно выругавшись, бешусь. Ей нельзя нервничать, пусть лучше уйдет, разговаривать с Женей при ней я не стал бы в любом случае.

— Ты сейчас сядешь в машину с Катей и подождёшь меня там. Поняла?

  Голова Леры быстро кивнула и я разнял руки, доставая из кармана брюк пульт дистанционного управления автомобилем. Фары мигнули, приглашая пассажиров в салон. Я снял пиджак и накинул сверху её одежды. Девочка дрожала от холода и пережитых эмоций.

— Катя!— бросаю взгляд на застывшую фигуру с рыжими волосами и твердым выверенным голосом даю распоряжение.— Уведи её от сюда, мне нужно пообщаться с другом.

  Девушка с другой попытки оторвала Валерию от меня. Та испугалась, глядя на моё мрачное лицо, надвигающихся мужских разборок.

— Прошу, не нужно...я сама виновата в случившемся.

— Я просто поговорю. Уходи, Валерия. Не вынуждай силой усадить тебя в автомобиль.

***

— Знаешь, Жень...Благодаря своей работе я научился трезво оценивать ситуацию. Ты дружишь со мной больше десятка лет. Леру я ещё могу понять. Мы не так давно вместе и после расставания с мужем у неё осталось недоверие к мужчинам, от сюда и такая импульсивная реакция с поцелуем. Но ты, Жень? Какого хрена ты пошёл у неё на поводу? Столько лет дружбы, с..ка! Неужели совсем снесло башку из-за моей женщины? Моей! Блять! Ты слышишь меня?

  Я сжал кулаки от бешенства и рычал, как разъярённый зверь. Меня трясло так, что даже бутылка крепкого виски вряд ли могла успокоить. Женя попрежнему молчал. Лучше бы возразил хоть что-нибудь. Возможно мне б стало легче ему врезать, но этот гаденыш, похоже, соглашался с моими предположениями о его безответной любви. Черт! Какой-то импульс во мне дёрнул вцепиться в его плечи и с силой припечатать спину к рекламной вывески.

— Нихрена не хочешь объяснить?—дав хорошую встряску его телу, добавил холодным тоном.— Мне плевать на этот поцелуй! Для меня это просто флирт со стороны Леры, месть за Анжелику! И не более того! Я её никому не уступлю и надеюсь, она сама объяснит причину глупого поступка. Ты её действительно любишь или это помутнение временное?

— Слушай, Вал! Хватит меня трясти! Лучше ударь и убирайся на хрен! Так случилось, что она мне не безразлична и я не могу ничего с этим сделать, грёбаное блядство! Не смог удержаться от поцелуя, она так запретна и сладкая, что дурь в голове взяла верх!

  Женя выпалил на одном дыхании и с рыком ударил головой о щит.

— Я б лучше сдох, чем отказался от нее! Это выше меня, выше моих сил, пойми...— сдавленным голосом произнес, как будто пытался пролезть в душу. — Я бы не посмел пальцем тронуть...это какое-то наваждение Вал! Я попал... По самое «не хочу» запутался в её сетях...

— Между вами что-то было?

  Я мгновенно пожалел о заданном вопросе. Нахрена мне это знать? Да и какая разница теперь ворошить прошлое. Но сердце предательски ускорило ритм и защемило в груди. Я почувствовал, как мощно пульсирует кровь в висках и к горлу подобралась горечь.

— Нет!— уверенно заявил друг, без колебаний дав резкий ответ.— Один танец...один поцелуй... Теперь можешь врезать и валить, я сопротивляться не стану. Прости. Я всё сказал.

— Да пошёл ты...Жека!— я с силой ударяю деревянный рекламный щит рядом с его головой, что тот задрожал под спиной друга, при этом одна из досок треснула и рассыпалась в щепки. Боль резанула костяшки и кулак оставил пробоину со следами крови на клубной программе после полуночи.— Я бы с радостью набил тебе морду, если бы не одно обстоятельство. Но ты наверное не успокоишься, даже когда узнаешь о её возможной беременности, ведь так?

— Валерия?— удивленно вскидывает бровь и недоверчиво смотрит на меня.

— Разве я говорю о ком-то другом?

— Муж бывший знает? Она не говорила об этом.

— Она пока сама не особо в курсе. И муж тут непричастен совсем.

  Женя сначала задумался, нахмурил лицо и устало потер его ладонями, обречённо выдохнув.

— Значит причастен ты?

— Как видишь. Для меня это тоже неожиданно. Поэтому, Жень, не лезь больше к...нам.

— Ты бы лучше разобрался с Анжеликой, Вал! Если тебе так дорога твоя девочка и ребёнок. Потом локти грызть будешь. Считай, я тебя предупредил. А на счёт Леры, не беспокойся, я не стану больше вмешиваться. Живите дружно и счастливо... или как там ещё говорят? — в голосе прозвучала горечь и разочарование. Женя направился в клуб в хреновом настроении. Я задумался над его словами. Какую гадость может выкинуть озабоченная женщина, только ей известно. Мои мысли разорвала последняя брошенная на ходу фраза друга:

— Мне надо выпить, чёрт! Такой днюхи у меня ещё не было,охренеть ...— Жека издал нервный смешок и скрылся за дверью клуба.

  Проводив его взглядом, не знал как поступить. Пожалуй, стоит дать ему время всё осмыслить. Но после сегодняшнего вечера я твердо решил держать дистанцию и оградить их с Валерией от общения. Пожалуй, обстановка и так сильно накалённая между нами, так что будет логичным пока не встречаться. Перечеркнуть сходу десять лет дружбы было тяжело, но возможно...

Валерия.

— Что это было, дурында?— Катя уставилась в мои глаза, моргая от злости. Её волосы в свете переливающихся, бегущих огней клуба напоминали мигалку скорой помощи. — Ты с ума сошла? Они же там себе морды понабивают...два лучших друга, Лера? Чем ты думала?... Или я что-то пропустила..?

  Последнюю фразу произнесла так загадочно, да ещё при этом прищурила свои кошачьи зелёные глаза. Прям, как вылитый рыжий следователь МВД, блиин!

— Ааа-а!— прокричала я, закинув руки за голову, взъерошив ими волосы на затылке. Безысходность и обида поглотили меня до последней капли.— Да от злости я это сделала, поняла? Я устала, Катя. Мужики, они же все одинаковые! Вадим на свадьбе трахался, этот в клубе...Ты её видела? Или может станешь отрицать, что Валентин был святым до меня и не вёл разгульную жизнь? Да у него на каждой второй фотографии новая Барби! Зачем я ему нужна со своей простотой и порядочностью.

 — Ну знаешь, подруга! Сегодня ты побила рекорды порядочности! Целовалась ты совсем не как в детском садике, Белоснежка, твою ж...

— А знаешь, Катя, с такими мужиками самой не долго опустится до их уровня. Секс я пожалуй не буду брать во внимание, а поцелуй... да почему бы и нет? Чем они лучше меня? Ты же тоже с меня сделала почти шлюху? Буду теперь молча извлекать из этой ситуации всяческие выводы. Только я вот поняла, что не хочу пока замуж, не могу, на душе не спокойно. Вся эта ситуация вроде кажется и банальная, и грош ей цена, плюнуть да растереть, но только вот уж слишком многое открывается внутри меня. Такое ощущение, что я что-то блокировала глубоко в себе все это время, а теперь словно прорвало! Ну как же так... сейчас вот ещё что вспомнила, прямо шок!!!! Женщина ведь всегда хочет одного и того же: быть желанной, любимой, иметь надежную опору и всегда чувствовать это. А я пока не чувствую, пойми? Как правило — способствуют оба ссоре. И раз уж я решилась на что-то подобное, значит дошла до точки кипения, ммм!

— Ничего такого я не имела ввиду! Ты должна была просто поговорить с ним...

— Да ну? И что я спросить должна: не оставила ли тебе на память твоя пассия трусики? Как она чётко сказала— срывает и кладёт в карман? Да? Так же как и со мной в этом чёртовом лифте, будь он не ладен!

— Удивляюсь, как ты ещё не проверила его пиджак. Лера хватит язвить, ты же любишь его. Я же вижу как вы друг на друга смотрите жадно, у вас страсть в глазах у обоих горит, у тебя жилка на шее до сих пор колотится, стоит заговорить о нём!

— А что? Это хорошая идея! Без тебя я бы не додумалась.— едко-насмешливое замечание вырвалось из меня, как выстрел. Снимаю пиджак, который пропах его запахом и без капли сожаления запускаю руку в карман. Это отвратительно конечно, но интерес настолько сильно подогрел мои воображения, что я не стала сомневаться провернула обыск. Карман оказался пуст.

— Этот педант похоже ничего не носит в карманах. Он пуст.

— Лера, бросай дурить!

— Ага! Только когда проверю все до последнего. Ты сама дала идею, теперь молчи.

  Моё сердце замирает, разрываясь на части, когда подушечки пальцев нащупывают комочек нежного кружева на дне кармана. Я вся задрожала и обречённо посмотрела на Катю. Та, придав лицу озабоченный вид, зафиксировала взгляд на моей руке, которую я так и не посмела извлечь.

— Не томи...что там у тебя?

— Похоже... она не лгала...Катя?

  Выуживаю маленький лоскуток красного треугольничка с тоненькими ниточками, обшитыми в некоторых местах миниатюрными стразиками.

— Вот же ж нихерасики поворотики. Какого..., Лерка? Черт! Я не знаю что тебе сказать. Вот честно! Прости...А что...этим можно...прикрыть?

  Я резко открываю двери автомобиля, зажав пиджак в одной руке, стринги в другой и решаю вызвать такси. Свежий воздух смешался з ароматом цитрусовых и мускуса, но я поздно это поняла, когда обернувшись к открытой двери, проговорила Кате на полном серьезе:

— Хм... Спроси у не святого. Может он даст ответ, а с меня хватит, Катя. Я еду домой, ты со мной?

  Подруга округлила глаза в то время, когда я ощутила на себе крепкую хватку мужских рук со стороны спины. Я только успела заметить окровавленную кисть у себя на животе, да услышать голос, который в данный момент выворачивал душу на изнанку.

— О чём спросить у не святого? Куда-то собралась, Белоснежка?—его жёсткий голос, звучавший над ухом, выбивал дыхание из груди, заставлял каждую клеточку тела шевелиться. Я так и застыла, как мумия, с этими долбанными уликами. Стало так противно от мысли, что стринги сняты с одного интимного места и я брезгливо швыряю их под ноги. Мужчина заинтересованно рассмотрел странную вещицу.

— Это чьё...такое...кхмм..?

— Отпусти меня, озабоченный фетишист! Видимо, твоё!— я впервые повысила голос до такой высокой тональности. Вырваться со стального обруча рук так и не удалось, как бы я не брыкалась.

— Я не коллекционирую женские трусики, зачем мне это?

  Нога моего захватчика подцепила носком ботинка красную тряпку и передвинула на пару сантиметров в сторону.

— Спроси у дамы червей.

— У кого?— возмущённо удивился, ещё сильнее прижимая меня к своему торсу.

— Ты знаешь...отпусти...

  Валентин тихо выругался и развернул меня лицом к себе, удерживая за плечи.

— Где ты это взяла?

  Я почувствовала себя школьницей, которую отчитывали за плохое поведение. Только в моём случае всё намного сложнее. Он имел столько власти надо мной, что порой я боялась потерять свою сущность, превращаясь в управляемую игрушку. И этот голос, твердый, полный решительности, выбивал почву из-под ног. Они становились ватными.

  Разбитая кисть не давала мне покоя. Струйка крови спускалась под кипенно белый манжет, растекаясь в алое пятно. Черт! Как всё глупо обернулось. Теперь я казнила себя ещё и за разбитую руку, но похоже рана ничуть не волновала Валентина. Спросить о Жене не осмелилась. Тут и дураку ясно, чем мог закончиться их разговор. Он твердо настаивал на ответе. За то, что залезла в его карманы, щёки предательски разгорелись всевозможными оттенками красных тонов. Уши невыносимо жгло, холодок лизнул кожу вдоль позвоночника.

— Ответь мне, черт тебя дери! Посмотри на меня! — его окровавленная рука хватает с ощутимой силой мой подбородок, вынуждая жадно хватать воздух ртом и заглянуть в эпицентр грозы. Дышать стало надсадно, казалось кислород не поступал в лёгкие. Ледяной взгляд со злостью сверлил настолько глубоко, что не выдержав напряжения, молча разревелась, содрогаясь от всхлипов. Вот зачем спрашивать? Разве так сложно предположить или догадаться откуда эти чертовы верёвочки.

— У тебя...в кармане пиджака...— чуть слышно проговорила, прикрывая влажные глаза. Виски сдавило от резкой боли. Я уже ничего не слышала кроме шума. Мою голову нежно накрыли теплые ладони и притянули к широко вздымающейся груди. Я слышала хрип его голоса, который доносился в том месте, где покоилось моё ухо.

— Тише, тише малыш... Если я скажу, что мы не трахались, тебе станет легче? Ты готова поверить мне на слово? — задержав временно немую паузу, разочарованно хмыкнул. — Думаю, легче тебе доказать свою невиновность во всём произошедшем фарсе, нежели вторить тысячу раз, что ты зря поверила в эту гнусность. Садись в машину, Валерия, живо!— напористо посоветовал, да так, что фиг откажешь. Интересно, как он собирается оправдаться?

  Мне хотелось, чтобы это был плохой сон. Я боялась одного: сейчас он прикоснется ко мне лишь губами, и его доказательства станут не важными. Мне придётся растоптать свою гордость так же легко, как утонуть в его подавляющей ауре. Тонкие ниточки, связывающие наши души, становились крепче, плотнее, которые разорвать невозможно, не причинив боль.

— Ребята, вы меня простите, но я пожалуй, вызову такси.— Катя неуверенно заявила, косясь в нашу сторону.

— Я подброшу тебя домой. Господи, как с вами сложно договориться.

  Его руки аккуратно подтолкнули моё вялое тело к машине. Открыв дверцу, усадил рядом с водительским местом и застегнул ремень безопасности, проверив его, перед тем, как отстраниться и закрыть дверь с громким хлопком. Он всегда так делал. Моя безопасность прежде всего. Похоже, терпение Валентина болталось на волоске. Автомобиль бесшумно завёлся и плавно тронулся с места. Я решила помолчать, после того, как выдавила из себя последнюю просьбу.

— Отвези меня домой, к матери. Мне нужно побыть одной.

  В нашу с Вадимом квартиру я не решалась вернуться. Он съехал от туда, но при одной мысли, что я останусь в ней одна, меня пробирала дрожь. Похоже я заигралась во взрослую дочь, и сегодня, как никогда раньше, мне захотелось поговорить с мамой. Мы созванивались каждый день, но я увиливала, отвечая короткими фразами, как начать разговор о разводе, не имела представления. Я до сих пор не подписала этот чертов документ. Поговорю с мамой и сделаю это непременно, когда Валентин вернёт мои вещи из загородного дома.

— Скорее я отвезу тебя к ней для того, чтобы ты собралась окончательно к переезду!

  Против уверенного тона мужчины мои доводы стали бесполезными. Прекрасно! Теперь всё решает за нас он?

— Что ты задумал? И куда я должна по-твоему переехать? С чего бы это? — не смогла удержать язык за зубами.

  Похоже болтала я действительно много.

— В мой дом, куда же ещё? Но сначала заедем в офис дорогая, я должен добыть своё чертово алиби, иначе не знаю, как ещё доказать тебе свою невиновность. А потом я продемонстрирую насколько сильно в тебя влюблён. И если ты ещё хоть слово скажешь, то я за себя не ручаюсь! Хватит противиться. Прекрати делать из меня бесчувственную сволочь, Валерия. Это уже чересчур, тебе так не кажется?

— С какой стати я должна жить у тебя? Ты мне не муж, чтобы вот так запросто указывать.

— Это пока...нужно уладить маленькую формальность. А точнее — две!

  Он так уверенно рассуждал, что на мгновение я почувствовала себя его законной женой. Ну уж нет! Теперь я сторонница гражданских браков, без всех этих штампов, росчерков, загсов и прочей тарабарщины.

— Можешь не строить огромных планов на счёт свадьбы. Это нам не грозит!

— Потому что тебе так сложно подписать эти чертовы бумаги на развод? Строить отношения с замужней женщиной не в моём стиле! Чего ты тянешь с этим? Или хочешь, чтобы я этого подонка окончательно придушил, так даже проще — сразу станешь вдовой. Нет?

  Бросив на меня скорый испепеляющий взгляд, сново уставился на дорогу. Я видела с какой силой его руки сжали руль и при этом, кожа натянулась, освобождая несколько свежих капель крови из раны. Как же мне хочется сейчас его обнять и поцеловать пострадавшую кисть. Прижаться спиной к горячему телу и уснуть, как прошлой ночью, сладким и безмятежным сном. Но червоточина в виде красных трусиков не давала покоя. А ещё и тот факт, что он в курсе моих незавершённых дел с Вадимом.

  Его мобильный прервал наш спор. Валентин всегда пользовался громкой связью, когда вёл автомобиль.

— Завальский. Слушаю.

  Сухо произнес абоненту.

— Валентин Андреевич. Я звоню по поводу консультации для Валерии Викторовны. Повторный анализ крови на ХГЧ можно сделать в пятницу или во вторник. Когда вам будет удобней?

  Повторный? ХГЧ? Эта новость сбила меня с толку. Валентин продолжал разговор и никак на меня не реагировал. С чего вдруг ему взбрело в голову проводить мне этот специфический анализ? Я оборачиваюсь к Кате и вопросительно всматриваюсь в её удивлённые глаза. Неужели проболталась о тестах? Подруга только повела плечами и дала понять, что она не причастна к такому повороту событий. И почему повторный? Когда был первый? Тут до меня дошло, что гемоглобин не был причиной утреннего визита врача. Я насторожилась и стала анализировать поведение мужчины. Как он узнал? Или это хорошо спланированный ход, с помощью которого он решил примериться?

— Ты подкупил доктора соврать о моей беременности? Действительно решил, что это поможет нам быстрее наладить отношения?

  Меня распирало чувство злости. Не могу поверить в эту глупость с его стороны.

— О..я кажется не вовремя, Валентин Андреевич? Перезвонить позже?

— Нет! Продолжайте. — твёрдо настоял на разговоре.

— Как это не вовремя? К чему весь этот разговор?

— Валерия, в Вашем положении не желательно сейчас волноваться.— голос доктора донёсся с другого конца.

— Тебе о каждом моём шаге приходят информационные смс? Как ты узнал о тестах? Хотя зачем спрашивать, ты и так знаешь всю мою подноготную, ведь так? Такие как ты, обязанные знать с кем имеют дело. Черт! Я сново влипла. — выдаю истерический смешок.— А зачем тебе чужой ребёнок? Ты же можешь иметь своего! Например, с такими, как она.

  Завальский резко свернул на обочину и ударил по тормозам. Корпус отбросило вперёд и я хлопнула ладошками о центральную консоль, уперевшись ими. Кате повезло меньше. Её швырнуло на спинку моего кресла.

— Это мой ребёнок! — железный голос, как колокол, прозвучал в ушах.— Не вынуждай меня повышать тон. Прошу...

  Более мягко произнёс последнее слово. Его ледяной взгляд плавно перешёл в обволакивающий, какой-то тягучий, заставил погрузится в плен, забыть на миг о существующей реальности.

— Это ребёнок Вадима... отклонения женского цикла в три недели не могут свидетельствовать о твоем причастии к моему положению. Прости,...я не знала что беременна от бывшего мужа.— обречённо высказавшись, обернулась к окну. Эта новость ещё больше уколола чем та, о которой я волновалась последний час.

— Твой муж не может иметь детей! Его бросила первая жена именно по этой причине. Других вариантов я не нахожу. Если, конечно он не вёл себя по-скотски с ней также, как и с тобой! Ты не знала об этом его секрете?

  О чём это он? Я сново посмотрела на Валентина. Тот выглядел серьёзным, без доли насмешки.

— Ты о чём сейчас?— не могу понять к чему он клонит.

— Он бесплоден. Есть документ, подтверждающий этот недуг.

  Я ещё больше удивилась.

— Какая первая жена?

— Давай об этом потом.

  Доктор молча слушал и решил, наконец-то вставить своих пять копеек.

— У Вас скорее всего гормрнальный сбой на почве стресса, а предполагаемая беременность имеет маленький срок. Поэтому, лучше провести дополнительное обследование, чтобы избежать неприятностей.

— Во вторник не подходит. У меня запланирована поездка. Внесите день пятницы.

— До свиданья, Валентин Андреевич. Буду ждать к девяти. Завтрак не желателен.

  К дому  Кати мы доехали молча, все трое. Я окончательно сбита с толку. Неожиданные новости сыпались горохом на мою, и без того гудевшую голову. Прекрасное начало развода...Но в глубине души, пожалуй, я была несказанно рада, что ребёнок о котором шла речь, принадлежал любимому человеку. Осталось научится доверять ему и перестать вести себя как глупая девочка.

  Катя вышла из машины и бросила тихо через плечо.

— Я позвоню завтра. Не делай глупостей..— захлопнув дверцу, скрылась в подъезде.

  Валентин молча смотрел на меня пару минут. Они показались мне вечностью. Потом притянул к себе за плечи и нежно обнял. Его голос зазвучал в низкой тональности, лаская мой слух, проникая всё глубже в сердце, от чего оно забилось быстрее.

— Будут ещё вопросы на счёт твоего переезда в мой дом?

— Ты это делаешь ради ребёнка?

— Какая же ты глупая женщина...Мой мир был упорядоченным, размеренным и контролируемым, но тут в мою жизнь вошла ты со своим дерзким ртом, своей нежностью, своей красотой и со своей безрассудной смелостью... и все, что было до тебя, потускнело, стало пустым и серым... стало ничем. Ты лучшее, что случилось в моей жизни! Неужели так сложно мне просто верить?