Глава 1

Глава 1

Работать ни сил, ни желания. Даже несмотря на замечательную погоду, припекающее солнышко и полезный свежий воздух. Когда жизнь в один момент рушится, а муж оказывается предателем, как-то не до созерцания красот природы. Слишком больно внутри, но Трактор-шоу само себя не сделает.

Усугубляется все тем, что работать приходится под чутким началом гада муженька. Да-да, три года назад у нас случился служебный роман, который впоследствии закончился скорой свадьбой из-за беременности. Правда, она быстро прервалась, о чем я стараюсь не вспоминать, а еще одного шанса Бог нам с Евгением отчего-то не посылал. Теперь, кажется, понимаю, почему.

Благоверный пошел проторенной дорожкой и спутался с секретаршей. Их я и поймала буквально пару дней назад на горяченьком.

А теперь вот должна улыбаться и организовывать шоу, потому что большое мероприятие гораздо важнее отдельно взятой человеческой судьбы. Затянутая в деловое платье, которое совершенно мне не идет – ибо я еще прибавила в весе, и декольте чуть не вываливается наружу – обхожу будущее поле битвы тракторов.

Помимо выставки последних отечественных моделей у нас пройдут соревнования. Лучшие механизаторы похвастают ювелирным владением ковшом, покажут трюки, станцуют вальс тракторов, посоревнуются в перетягивании каната. А завершится все гонкой на сельскохозяйственной технике. Оплошать нельзя – слишком огромен масштаб, слишком много внимания, в том числе и от высших чинов, и от прессы.

– Давай, Макс, – возле одного из тракторов, блестящего и лоснящегося, гогочет толпа мужиков. Все в фирменных спецовках и касках, а вот поведение до тошноты развязное. И почему все мужчины всегда считают, что им позволено больше, чем остальным? Вопрос, конечно, риторический. – Покажи, свои умения, сделай их всех! Или ты зассал?

– Или нахрен, Димон, – ржет один, самый высокий и бугрящийся мышцами. Наверняка себя супер-самцом считает, хоть и простой механизатор.

– Ну а чо, продемонстрируй себя во всей красе. Глядишь, телочки заценят такого козырного тракториста, – их толпа взрывается самодовольным хохотом.

Морщусь. Ни воспитания, ни культуры, а все туда же – телочек им подавай. Правда, выглядят они все как на подбор: ухоженные бороды, стрижки – словно минуту назад из барбершопа вышли. Обычно у трактористов немного иная внешность. Эти же… стильные и какие-то излишне самоуверенные. Будто не простые работяги, а как минимум хозяева мира.

– Молодые люди! – подхожу ближе к гогочущей, никого не стесняющейся компании и обвожу каждого строгим взглядом. – Соревнования скоро начнутся, будьте любезны занять свои места. У нас серьезное мероприятие, не подводите остальных. А телочек вам лучше в баре поискать, тут таких нет. Или вы о тех, что пасутся в поле? – бросаю едкий взгляд на прогуливающихся неподалеку в специальном загоне буренок.

Они тоже являются частью программы – новая, особо молочная порода.

– Просим прощения, Арина Родионовна, – один из механизаторов неправильно читает мой бейдж. Вообще я Арина Родионова, но люди почти всегда переиначивают мою фамилию в отчество. Видимо, так привычнее слуху. – Наш водитель немедленно приступает к делу, а мы не смеем мешать, – мужчина хлопает самого высокого товарища по плечу. И вроде слова его звучат с необходимой долей уважения, развязная поза и наглый, насмешливый прищур не дают усомниться в истинном отношении компашки как ко мне, так и к мероприятию в целом. Клоуны! И кто только позвал их сюда? Испортят ведь все, а нам потом огребай… – Давай, Макс, оседлай козлика и покажи класс. Телочки уже смотрят! – ржет, указывая на невозмутимых коров.

Парнокопытным, к слову и дела до нас нет. Гораздо сильнее их интересует свежая молодая травка.

Ну а лично я закипаю. Вульгарные насмешки наглой компании усугубляются появлением муженька в сопровождении любовницы. Пойманная на горячем парочка больше не стесняется и не скрывает отношений. Зачем утруждаться, если я и так уже обо всем в курсе, правильно? А на работе и слова поперек не скажу, ведь подонок Женька мой непосредственный начальник.

Инга демонстративно проходится по мне высокомерным взглядом. У пассии мужа столько самодовольного превосходства на лице, что у меня на языке горечь проступает. И я отчетливо понимаю, что противопоставить ей мне нечего. Кроме, разве что штампа в паспорте и честности, которой в наше время никого уже не впечатлишь. А так, мои красивые формы остались в прошлом, покрывшись килограммами лишнего веса. Гормональная терапия – она такая, беспощадная к внешности и невосприимчивая к диетам или спорту.

Я же отчаянно сильно хотела стать мамой и не обращала внимания на все растущую цифру на весах. Видимо, зря. Муженек делом продемонстрировал, что красивая душа мужчинам не нужна, им тело подавай. Такое вот, как у белобрысой секретарши Инги и как у меня было когда-то.

– Мне позвать охрану, чтобы вас угомонить? – я демонстративно кладу руку на рацию, ибо бесцеремонные механизаторы все еще ржут, толкаются и подкалывают друг друга. Хоть уже и не так громко. – Стыдно должно быть, взрослые уже мужчины, а ведете себя, как подростки, – добавляю в сердцах.

И правда, все они на вид гораздо старше меня, где-то между тридцатью пятью и сорока годами. А мне приходится их отчитывать, как учительнице нерадивых двоечников.

– Ладно-ладно, все, – бубнят трактористы и наконец расходятся. – Просим прощения, уважаемая Арина Родионовна.

Закатываю глаза, но не поправляю. Плевать. Мы с ними видимся первый и последний раз в жизни, так разве есть разница, как они меня называют? Остаемся наедине с водителем. Тем самым Максимом, который должен показать класс на своем новеньком оранжевом тракторе.

– А ты огненная женщина, Арина Родионовна, – он подходит ко мне вплотную и цепляет выскочившую из пучка прядь волнистых рыжих волос. Ветер в поле, что поделать…Заправляет за ухо. – Я тебя запомнил, – его взгляд скользит по лицу, обрисовывает глаза, нос, губы, ныряет в вырез тесноватого платья. Да, я еще прибавила, поэтому одежда сидит вплотную, а верхние девяносто так и норовят выскочить наружу. Кожу в тех местах, где ее коснулся взгляд тракториста, печь начинает. Чувствую, как она покрывается пятнами. – Мое выступление будет для тебя, – наклоняется ближе и выдыхает мне почти в рот. – Не уходи далеко, Рыжуля, – приказывает нагло.

Вспыхиваю тут же.