Глава 6

В горле неприятно саднило из-за волнения, когда я поднесла к уху трубку. Игорь сделал вид, что ему нужно позвонить, но я точно знала, что он из вежливости позволил мне поговорить без лишних ушей. Я ведь помнила его, ничего не забыла.

Я понятия не имела, что сказать предателю. Я действовала просто как робот по заложенной в нём программе — раз попросили перезвонить, нужна это сделать. Мне требовалось время, чтобы просто взять себя в руки и без лишней драмы поставить в своей семейной жизни точку. А если бы Лёня, не дозвонившись до меня, заявился в офис, то я бы не сдержалась…

— Аля! Детка! Ты меня решила до инфаркта довести?! Почему твоя машина стоит чёрт-те где?!

— Мне стало плохо, поэтому я припарковалась там, — горло свело спазмом, и голос казался мне похожим на карканье ворон.

— Плохо? Милая, ты почему на работе тогда? Отпросись, я приеду за тобой.

Какая забота! Как мог человек так нагло врать безо всякого зазрения совести?! Как он мог ложиться в постель к двум женщинам и каждую уверять, что «солнышко» она?

— Не нужно, я уже в порядке.

— У тебя какой-то странный голос, — Лёня что-то заподозрил.

— Тебе кажется, сегодня что-то со связью, — отчеканила я без капли нежности и тепла, которых был океан еще этим утром.

Мне просто нужно было время осознать, привести себя к тому, что реальность уже не изменить. Сознание ещё будто противилось тому факту, что я была обманутой женой, ведь ещё утром я была счастливой женой!

— Ладно. Ты звони, если вдруг что, — сказал муж, — Люблю тебя.

Я сбросила вызов. Игорь ещё какое-то время потоптался в вестибюле напротив открытой в мой кабинет двери, заканчивая разговор. Интересно, он был в отношениях? Он почему-то не женился на той девушке, которую привёз из армии. Я даже понятия не имела, что у них произошло. Да и мы тогда сильно сторонились друг друга. Встречались изредка на общих гулянках или случайно, но никогда не разговаривали один на один.

Он вернулся в комнату и немного удивлённо посмотрел мне в глаза, видимо, я уж слишком откровенно его рассматривала, углубившись в воспоминания. После того, как я узнала о предательстве Лёни, вторая рана будто снова вскрылась, и теперь мне было вдвойне больнее. Почему мужчины, которым я открывала душу, гадили туда?..

— Прости, задумалась, — отвернулась я, часто заморгав.

— Алёна, — к нам вошла секретарь, она же кадровик и бухгалтер в нашей маленькой фирме, — там по графику твой отпуск подходит. Будешь брать?

Я задумалась на минуту. Мне нужно было время, чтоб заняться разводом, переездом, делёжкой совместной квартиры… Но мне так не хотелось тратить отпуск на эти ужасные дела.

— Да, хорошо. Написать заявление надо?

— Угу, образец в общей папке, — сообщила коллега и ушла.

— Я бы тоже в отпуск, — вздохнул Игорь, — Сто лет никуда не ездил, работаю без перерывов и выходных. Только на кой чёрт? Детей-то нет… Себе уже давно заработал.

Я посмотрела на него, ничего не говоря, хотя сказать хотелось многое. Но он не был тем человеком, которому я бы могла на что-то посетовать. Уже двадцать лет мы были очень далеки друг от друга.

Вскоре мы обсудили то, что не успели накануне вечером, и мой старый знакомый, попрощавшись, ушёл. А я осталась переваривать то, что навалилось на меня этим утром. Закрыв дверь, я уронила голову на руки и просто смотрела на поверхность стола. Даже плакать я не могла, будто закаменев в душе. Но это состояние было во сто крат хуже, чем дай я волю слезам. Мне казалось, что даже слишком глубокий вдох мог быть для меня фатальным — душа могла пойти трещинами и рассыпаться в порох.

Кем была та дура, которая считала, что нормальный мужчина мог позволить называть жену кошёлкой? Если он так унижал меня в её глазах, то почему она считала, что её это не должно было коснуться? Я вообще всегда удивлялась женщинам, лезущим в чужие семьи, годами ожидающих, когда бросят опостылевшую жену… Ну что ж, я ей должна была помочь и ускорить процесс. Что она, бедная, мается в нетерпении?

Я взяла трубку, чтоб написать Лёне. СМС несколько раз было написано и стёрто. Нет, переписка это совсем как-то… Ждать конца рабочего дня было слишком изнуряюще. Отпроситься с работы и заявиться к нему в офис, чтоб устроить там разбор полётов? А что, неплохо было бы его потрепать при всех, только кто бы мне дал гарантию, что я позорно не расплачусь?

Фантазия стала меня уводить в какие-то дебри. Состояние разбитости вдруг сменялось чем-то более приятным и бодрящим, а потом я поняла — во мне проснулась жажда мести. Мне показалось, что даже дышать стало легче, когда я подумала о том, как же мне хочется заставить мужа испытать такое же унижение и разочарование. Как бы мне хотелось, чтоб он не чувствовал себя султаном недоделанным, а ощутил себя на моём месте — рогоносцем…

Я не собиралась его прощать, но мне хотелось чувствовать себя отомщённой. История с Игорем до сих пор не отпускала меня, мне так же болело, что он предал нашу любовь. Я ждала его два года, писала письма, а потом ещё удивлялась, почему ближе к дембелю он перестал мне писать? Тогда я решила сохранить лицо и просто вычеркнуть его из жизни, но боль никуда не делась. Я не пережила то предательство.

Как показал опыт, копить обиды не самый хороший вариант. Как сказала бы Анжела, всё пошло по кругу, чтобы чему-то меня научить. Может быть, мне нужно было показывать зубы, а не строить из себя благородство?

Время близилось к обеду, коллеги засобирались кто в магазин, кто в закусочную, а я сидела над проектом для Игоря, хотя продуктивности от моей работы было мало. На телефон пришло сообщение, и я прочитала его, глубоко задумавшись после. А что, если двух зайцев одним махом?..

«Как насчёт дружеского обеда? Игорь».