Глава 12
Юля, и правда, стала воспринимать окружающую действительность по-другому. Вот едут машины — не так, как раньше, и преподы смотрят на неё по-особенному, да и солнце светит совсем иначе… А всё потому, что у них с Кириллом была ночь любви. Это, конечно, громко сказано, но всё-таки… Юля помнила каждую минуту, проведённую с любимым.
А Кирилл, видимо, не придавал такого значения случившемуся. В их отношениях ничто не изменилось — они так же сидели на лекциях, гуляли, ходили на выставки и много разговаривали о жизни, словно и не было той ночи. «Неужели Кирилл ничего не помнит? — всерьёз опасалась Юля. — Не так уж много он тогда выпил… Может, спросить его или хотя бы намекнуть? Нет, не буду… А то мало ли что… Пусть лучше всё остаётся, как есть…»
Однажды утром Юля почувствовала сильный приступ тошноты. «Зря я вчера взяла на обед беляши», — подумала она. На занятиях сидела бледная и всё время клевала носом.
— Малышок, ты что сегодня такая квёлая? — заметил её состояние Кирилл. — Не заболела?
— Сама не знаю… — пожала плечами Юля. — Похоже, вчера отравилась в столовой…
— А что брала? — поинтересовался он.
— Беляши… — призналась Юля.
— Кто же в столовой берёт беляши? — возмутился Кирилл. — Лучше бы взяла мясо или рыбу…
— Очень захотелось… — виновато призналась Юля. — Знаю, что зря, а не удержалась… С детства люблю пирожки с мясом и беляши… У меня их бабушка здорово печёт…
— Ну, то бабушка, а то неизвестно кто… — проворчал он. — Пора бы соображать, уже не маленькая…
— Да я сейчас даже думать о них не могу — сразу мутит… — пробормотала Юля и, словно в подтверждение своих слов, почувствовала новый приступ дурноты и метнулась в туалет.
Вернулась вся бледная и в испарине.
— Юль, ты, похоже, совсем расклеилась, — увидев её, не на шутку забеспокоился Кирилл. — Давай двигай домой, а я скажу, что ты заболела… Может, сразу пойдёшь к врачу?
— Да ладно, — махнула она рукой. — Отлежусь, а там видно будет…
— Иди… Тебя проводить? — с тревогой посмотрел на неё он.
— Спасибо, не надо, — покачала головой Юля. — Плохо, если мы оба уйдём с занятий… А так хоть потом расскажешь, что были за темы…
— Ну хорошо, — согласился Кирилл. — Я тебя прикрою… Вечером позвоню…
Дома Юля почувствовала себя лучше, но с того дня утренние приступы тошноты стали повторяться с завидной регулярностью. А когда вовремя не пришли её женские дела, она заподозрила неладное и пошла к врачу.
— Ребёнка оставлять будете? — после осмотра деловито осведомилась у неё гинеколог.
— Ребёнка?! — опешила Юля. — Какого ребёнка?
— Милочка, у вас пять недель беременности, — усмехнувшись, констатировала врач. — Так как?
Потрясённая этой новостью Юля попросила время на раздумья и до глубокой ночи бродила по улицам. Через несколько дней Кирилл должен был улетать в Лондон. О том, чтобы всё ему рассказать, не было и речи. Юле казалось, что она просто не вынесет его разочарования, а уж тем более радостного бегства за границу, когда он узнает о её беременности. Возможен и прямо противоположный вариант — у Кирилла проснётся чувство ответственности, он откажется от стажировки и останется с Юлей, которую, в сущности, не любил. Ему придётся жениться «по залёту», и парень упустит свой шанс на дальнейшую учёбу за границей и перспективную карьеру. Будет потом на неё раздражаться, а, может, вообще, возненавидит. Нет, этого она точно не выдержит. И связывать Кирилла по рукам и ногам ни за что не станет.
В то же время ей и в голову не могло прийти избавиться от его ребёнка. «Пусть у меня останется о нём память, — решила она. — Всё равно он меня рано или поздно бросил бы… А так частичка Кирилла всегда будет со мной…»
Кирилл должен был улетать, а Юля от переживаний и токсикоза чувствовала себя отвратительно — её постоянно мутило, и кружилась голова.
— Малышок, тебе не надо ездить в аэропорт! — решительно заявил он. — Оставайся дома и, вообще, сходи к врачу! Что-то ты мне не нравишься…
«Я уже была у врача!» — чуть не выкрикнула Юля, но из последних сил сдержалась. Её раздирали нешуточные сомнения — с одной стороны, она ведь уже решила не портить Кириллу жизнь и ничего ему не говорить, а, с другой, так хотелось поделиться новостью! Ведь он был отцом её будущего ребёнка.
В аэропорт она всё-таки поехала.
— Прилечу — позвоню, — прощаясь, строго сказал ей Кирилл. — И жду от тебя отчёта о походе к врачу!
«Кирка, какой там отчёт! — с болью подумала она. — Ты забудешь обо мне, как только приземлишься в чужой стране…»
В ответ Юля лишь хлюпнула носом и отчаянно, как в последний раз, прижалась к Кириллу, словно провожая его на войну.
Тот обнял её и поцеловал в макушку. Потом стал прощаться с отцом и матерью, которые по случаю отъезда сына явились в аэропорт, перешёл к друзьям и однокурсникам… И вскоре Юлю совсем оттеснили. Она стояла в стороне, такая потерянная и несчастная, что на неё было больно смотреть. А Кирилл, всем улыбнувшись и махнув на прощание рукой, подхватил небольшую спортивную сумку и отправился на посадку.
Весь следующий месяц прошёл для Юли, как в тумане. Родители, конечно, заметили её плохое самочувствие и забили тревогу.
— Юля, детка, что с тобой? — с беспокойством вглядывалась в дочь Надежда Андреевна. — Похудела, осунулась… Неужели так переживаешь из-за отъезда Кирилла?
В ответ Юля не выдержала и расплакалась:
— Конечно, переживаю…
— Ну так он вернётся! — с энтузиазмом стала убеждать её мать. — И потом теперь столько возможностей для общения! Будете разговаривать по скайпу…
— Если он захочет… — тихо проговорила Юля. — И если меня не забудет…
— Почему это он должен тебя забыть? — поджала губы мать.
Юля промолчала.
— Ты что, так любишь его? — осторожно спросила Надежда Андреевна.
Девушка кивнула, но тут, почувствовав приступ дурноты, метнулась в туалет. А вернулась, как всегда, бледная и в испарине.
— Юлька… — потрясённая догадкой, ахнула мать. — У вас с Кириллом что-то было?
Юля опять молча кивнула — говорить не осталось сил.
— И ты что… ждёшь ребёнка? — ещё тише спросила Надежда Андреевна.
Юля низко опустила голову.
— Аборт делать не буду… — скороговоркой пробормотала она.
— Какой там аборт! — вдруг вскричала мать. — Об этом не может быть и речи!
— Какой ещё аборт? — вошёл в комнату Николай Степанович. — У кого аборт? Я всё слышал…
— Юлька ждёт ребёнка… — отчётливо произнесла растерянная Надежда Андреевна. — Нашего с тобой внука…
Повисла пауза. У Николая Степановича ходуном заходили желваки.
— А кто отец? — напрягся он.
— Да кроме Кирилла некому… — усмехнулась мать.
— Это правда, дочка? — тихо спросил Николай Степанович.
— Папочка, прости меня… — опять заплакала Юля. — Я вас так подвела…
— Ну что ты… — вдруг улыбнулся отец и обнял её. — Не плачь… Почему это подвела? Ребёнок — всегда радость.
И стал гладить её по голове.
— А Кирилл знает? — спросила Надежда Андреевна.
— Нет… — всхлипнула Юля.
— Надо ему сообщить… — сказал Николай Степанович.
— Ни в коем случае! — вдруг проявив твёрдость, воскликнула она. — Обещайте мне этого не делать!
— Почему? — в один голос спросили изумлённые родители.
— Он улетел на стажировку в Лондон… — объяснила Юля. — У него свой путь… И, вообще, мы расстались. Кирилл меня не любит — и точка.
— Что значит «не любит»? — возмутился отец. — А ребёнок?
— Ребёнка я рожу, и он будет только моим… — решительно заявила Юля. — Кириллу — ни слова!
— Как скажешь, конечно… — растерянно посмотрели друг на друга родители. — Но это не по-людски…
— Я вас очень прошу — ничего ему не говорите, ладно? — тихо повторила просьбу Юля. — Иначе он, не любя, будет вынужден на мне жениться, а я этого не хочу…
— Не хочешь замуж за отца своего ребёнка? — непонимающе уставился на неё Николай Степанович.
— Не хочу связывать Кирилла по рукам и ногам, мешать ему… У него другая жизнь… — опустила голову Юля.
— Не кажется ли тебе, дочка, что его жизнь теперь связана с вами — с тобой и вашим будущим ребёнком? — с нажимом проговорил отец. — И его долг…
— Никаких долгов, папа! — вскинула на него глаза Юля. — Мне не надо, чтобы Кирилл был с нами из чувства долга…
— Это всё твои фантазии… — нахмурился Николай Степанович. — У ребёнка должен быть отец…
— Надо хотя бы сообщить Кириллу! — воскликнула Надежда Андреевна. — Он ведь даже не в курсе…
— Я же вас просила… — расстроилась Юля. — И уже объяснила, почему этого не надо делать… Мама, папа, пожалуйста…
— Не волнуйся ты так, — обняла её мать. — Как захочешь — так мы и сделаем…
— А вы мне поможете? — с надеждой посмотрела на неё Юля.
— Конечно, детка, — заверила её Надежда Андреевна. — И поможем, и малыша будем любить…
— Спасибо… — прошептала Юля, прижавшись к материнской груди.
С Кириллом она общалась по скайпу. В первый день нервничала и не могла дождаться, когда он выйдет на связь и сообщит о своём приземлении. «Как долетел? Как устроился? Всё ли благополучно?» — эти вопросы постоянно крутились в её голове.
— Юлька, привет… — наконец, появился он на мониторе. — Вот я и добрался…
— Кирка, привет! — воскликнула она, глотая слёзы.
Теперь у неё глаза постоянно были на мокром месте.
— Ты плачешь? — сразу заметил Кирилл. — Что случилось? Как себя чувствуешь?
— Да всё нормально, — поспешила заверить его Юля и постаралась придать лицу радостное выражение. — Тебе показалось… И чувствую себя гораздо лучше…
— Вот, Малышок, стоило мне уехать — и тебе полегчало… — пошутил Кирилл.
Юля через силу улыбнулась. Он не должен ничего знать ни о её переживаниях, ни тем более о беременности!
— Как долетел? — сменила тему разговора Юля.
— Отлично! — бодро отрапортовал он. — В самолёте разговорился с одним поляком — чувак тоже летел на учёбу в Оксфорд, представляешь?
— Ух ты! — воскликнула Юля. — И как же вы общались?
— По-английски, естественно… — усмехнулся Кирилл. — Надо же практиковаться… А местами и на пальцах…
— Ты уже разместился? — поинтересовалась она. — Хорошая комната?
— Да, всё классно… — сообщил Кирилл. — И сосед вроде ничего… Но ещё толком не познакомились…
Первую неделю они разговаривали каждый день, а потом Кирилл стал выходить на связь всё реже и реже — объяснял тем, что очень занят и сильно устаёт.
«Конечно, ему теперь не до меня… — с грустью констатировала Юля. — Что и требовалось доказать… Хорошо, я не стала грузить его своими проблемами, а то сделала бы только хуже…» Она тосковала по Кириллу, но, в целом, самочувствие стабилизировалось — токсикоз понемногу отступил, и сил прибавилось.
Внешне её положение ещё не было заметно, но Юля чувствовала, что в организме день за днём идёт невидимая и очень важная работа — в ней зрела новая жизнь, и она это отчётливо ощущала. Вот только не давала покоя мысль о том, что её будущий малыш будет расти без отца. Юля понимала, что ребёнку лучше воспитываться в полной семье. Но ни под каким видом не могла бы заставить себя поделиться новостью с Кириллом, особенно теперь, когда он с ней редко общался и всё больше от неё отдалялся.
Дело решил случай. Однажды раздался звонок. Но не от Кирилла.