Глава 7

Глава 7

Баринов сидел как громом поражённый. Его самодовольная ухмылка исчезла полностью. Он открыл рот, но смог выдавить только хриплое:

— Виктор Андреевич… это просто недоразумение. Я…

— Недоразумение? — В голосе Виктора слышалась такая ледяная ярость, что у меня по спине пробежали мурашки. — Ты требуешь уволить женщину, которая отстаивает свои личные границы и достоинство, шантажируешь больницу отказом в поставках оборудования. Это ты называешь недоразумением?

«Видимо, вчера Виктор он всё-таки поговорил с Мироном и выяснил, что на самом деле произошло». От этой мысли стало немного легче, но сердце всё равно продолжало бешено колотиться.

Баринов судорожно сглотнул.

— Я не думал, что она…

— Ты уволен. Сдашь дела своему заместителю. И мы еще поговорим о том, что произошло, отдельно.

Баринов побледнел ещё сильнее, его рука дрогнула.

— Виктор Андреевич, вы не можете вот так…

— Могу, — спокойно ответил Виктор. — Компания моя. И я не держу в ней людей, которые позволяют себе подобное поведение.

Борис Михайлович сидел за своим столом, словно окаменев. Его глаза растерянно бегали между Виктором, Бариновым и мной. Он явно не ожидал такого поворота.

Виктор повернулся к нему:

— Я думаю, нет причин для служебных расследований.

— Да, разумеется, — согласился главврач. — Елена Сергеевна — один из наших лучших сотрудников. Мы очень дорожим ей и не сомневаемся в ее моральных качествах.

Я стояла чуть позади Виктора и молчала. Внутри меня творился настоящий ураган, все смешалось воедино: облегчение, стыд, благодарность и странное, тёплое волнение от того, как решительно и жёстко Виктор встал на мою защиту.

— Вот и отлично. Но, Борис Михайлович, — продолжил Виктор уже мягче, — и я прошу вас дать сегодня Елене Сергеевне отгул.

Главврач кивнул.

— Без вопросов, Виктор Андреевич. Елена, вам на самом деле стоит прийти в себя после… — она кашлянул в кулак, быстро взглянув на Баринова очень недружелюбно. — Идите отдыхать. Если понадобится еще завтра выходной, то позвоните.

Я была в лёгком шоке. А Виктор положил руку мне на поясницу и мягко, но решительно направил меня на выход из кабинета.

Мы шли по коридору. Адреналин постепенно отступал, оставляя после себя странную пустоту и лёгкую дрожь во всём теле. Я, когда звонила, ожидала… Не знаю чего, это был жест отчаяния. Но точно не ждала, что все завершится увольнением Баринова и моим отгулом.

Виктор так и шёл, не убирая руку с моей спины. Она приятно грела и придавала уверенности. Его присутствие меня почему-то волновало.

— Ты в порядке? — вдруг тихо спросил он.

— Спасибо… — выдохнула я. — Спасибо, что так быстро приехали.

Он слегка улыбнулся уголком губ.

— Если считаешь себя моей должницей, то приглашение на ужин всё ещё в силе, — сказал он. — Правда, сейчас по времени ближе обед.

Я отвела взгляд, чувствуя, как во мне борются усталость, благодарность и упрямство.

— Должницей? — мягко возразила я. — Вы же сами сказали, что я могу звонить, потому что помогла вашему племяннику.

— Тогда будем считать, что мы в расчете. — Он сделал короткую паузу. — Но обед я предлагал не в зачёт долгов.

— А в зачёт чего?

Виктор медленно наклонил голову, в его голосе послышались бархатные нотки:

— Просто хочу поужинать с тобой, Лена.

От того, как он произнёс моё имя, стало жарко. Между нами в воздухе повисло звенящее напряжение. Я сглотнула и тихо ответила:

— Хорошо. Я согласна.

На секунду его взгляд опустился на мои губы, и я невольно задержала дыхание. Виктор едва заметно улыбнулся, словно выиграл небольшую, но важную битву.

— Отлично. Только есть один момент, — добавил он чуть виновато. — Я выехал прямо со встречи, когда ты позвонила. Мне нужно буквально на двадцать минут заехать в офис, подписать пару документов и официально оформить увольнение Баринова. Ты не против?

Я посмотрела на него и неожиданно для себя тоже улыбнулась.

— Не против. — И вдруг у меня вырвалось: — Так ему и надо, этому Баринову!

Виктор тихо рассмеялся низким голосом, и от этого смеха у меня внутри что-то сладко сжалось.

— Тогда пойдём. Моя машина у входа.