Глава 34

— Сволочь! Подонок! Ненавижу! — я била в спинку заднего сидения, я дергала дверцу, но она не поддавалась. Тайсон был за рулем, увозил меня куда-то из города. Меня трясло. Я закрывала глаза и видела мертвые, уставленные в никуда глаза мужа.

— Уймись! — он зарычал, пытаясь оттолкнуть меня.

— Выпусти! Выпусти меня! — заревела во все горло, не обращая внимания на его тычки рукой. Он прошипел что-то сквозь зубы, а потом резко дал по тормозам. Меня впечатало в сидение, я сжала руками ушибленную голову. Слезы, текли рекой, не переставая. Я не хотела находиться рядом с этим монстром ни минутой больше.

Вдруг открылась дверь с моей стороны и его грубые руки вытащили меня наружу. Мы где-то в лесу, на проселочной дороге. Я начинаю отбиваться, желая сбежать, но Тайсон крепко удерживает меня в руках.

— Угомонись ты!

Я вижу, как позади нас тормозят еще две машины с его братками. Никто из них не выходит, позволяя своему хозяину разобраться с жертвой.

— Ты убил моего мужа… пусти меня, пусти меня к нему, — я смотрю в его отвратительные глаза, жалея, что у меня нет оружия. Нет ничего, чем я могла бы лишить его жизни. Он продолжает меня держать. Просто молчит и смотри на меня, задыхаясь от злости.

— Зачем я тебе? Ты ведь добился, чего хотел. Ты разрушил все, — после злости пришло отчаяние. Я вдруг ясно поняла, что он не отпустит меня. Пока не наиграется, пока не сломает.

— Мне пришлось его убить, — цедит сквозь зубы, крепко сжимая мои плечи. — Он подставил нас всех. Ты знаешь, что с тобой могли сделать? Если бы я оставил его в живых, Старик бы добрался, до него… слышишь, дура?! — он встряхивает меня так сильно, что мои зубы клацают друг о друга.

— Мне плевать, почему ты это сделал! Ты — чудовище и я ненавижу тебя! Лучше бы ты сдох тогда семь лет назад! — резкое движение рукой и кисть обжигает болью от удара. Его скула красная, а глаза полны ненависти.

А вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Он так посмотрел на меня, словно в любой момент готов был убить. Все произошло слишком быстро, я не успела отстраниться. Его рука крепко сжала мой затылок. Так сильно, словно он пытался раздавить мне черепную коробку. Его пальцы были настолько напряженными, такими твердыми и холодными — словно гранит. Его губы были натянуты в линию, а их уголок слегка подрагивал, выдавая его гнев.

— Никогда не поднимай на меня руку, сука, — прорычал тихо, а в следующую секунду резко притянул к себе, впившись в мои губы. Я не пускала его, я боролась, но ему было плевать. Я толкала его, а он еще сильнее сдавливал мои руки. Я кусалась, а он проникал языком мне в рот. Я кричала, прося о помощи, а он рвал на мне одежду, впечатывая голой спиной в холодный металл машины. Он как животное. Дикое и злое, решившее продемонстрировать свое превосходство. Тайсон убивал меня. В эти ужасные минуты, на виду у своих подчиненных следящих за нами из машин. Он демонстрировал свое отношение ко мне. Давал всем понять, что я шлюха, грязь. Я то, что можно взять насильно, не спрашивая, не уважая.

— Ненавижу тебя — шептала, когда он отпускал мой рот, истязая поцелуями грудь и живот.

— Я убью тебя, уничтожу! — шипела, обхватывая ногами его торс, пока он входил в меня. Грубо и по зверскому сильно. Больно. Я царапала кожу его шеи, не замечая, как вовлекаюсь в эту игру. Как начинаю подаваться бедрами навстречу, желая чувствовать его. Мое тело словно перестало мне принадлежать. Меня скрутило. Болезненно — нездоровое напряжение, требующее скорейшей разрядки. Казалось, вот-вот и меня разорвет на куски, если он не поможет.

Это безумие. Его кожа с пятнами крови моего мужа, а я кончаю, вдыхая запах его тела. Ненавижу его всей душой и хочу. Ничего разумного — одни инстинкты. Мы — животные, чудовища. Его руки везде, он трогает меня, ласкает, а я заряжаюсь его чернотой. Я испорченная, я сломанная. И нет мне спасения. Я больше не кричу «не надо». Больше не сопротивляюсь. Его руки больше не выкручивают мои, они стали нежнее. Закрываю глаза, пытаясь прийти в себя, но я не могу контролировать ЭТО. Внутри меня огонь. И он несётся по венам, заставляя меня гореть. Он трахает меня, а я уже там… в космосе. Постыдно жмусь к нему еще сильнее, желая, чтобы он был глубже.

Осознание. Разъедающее кислотой чувство вины. Я омерзительна. И нет мне ни одного оправдания.

Я не хотела смотреть на него. Опустив глаза, молча, собирала разбросанные вещи и пыталась как можно скорее натянуть их на себя. Мои руки тряслись, по лицу текли беззвучные слезы. Все это время я чувствовала на себе его взгляд. Он, сидел на капоте машины, неспешно, куря. Наблюдал за моими жалкими попытками привести себя в норму.

— Почему ты все время защищаешь его?

Его голос, внезапно нарушивший тишину, заставил меня замереть. Я даже не сразу поняла, о чем он говорит.

- Скажи, что в нем есть такого, чего нет у меня? Думал деньги, так теперь у меня их достаточно. А ты все равно готова за него глотку мне перегрызть, — на его губах расплылась улыбка. Скотина. Теперь он будет издеваться надо мной так. Мало ему моего тела.

— Ты убийца! — прорычала, складывая в сумку выпавшие из нее предметы.

Он вдруг закричал. Так громко, что я подпрыгнула от страха.

— Так меня не спрашивали, когда убийцей делали! Он посадил меня, потому что я костью в его горле стал! — Тайсон приблизился ко мне и, вырвав из моих рук сумку, выбросил ее в сторону. Он стоял вплотную, а меня трясло от его близости.

— Тебя посадили, потому что ты брата его убил.

Смех. Горький, отвратительный по звучанию. Он посмотрел на меня как на умалишенную.

— Так ты и матери моей сказала на похоронах. Что мир освободился от конченого убийцы. Она хотела общаться с тобой, хотела, чтобы девушка, которую при жизни так любил, ее сын, была рядом с ней. Она просто тепла и сострадания хотела, разделить с кем-то свое горе. А после вашего разговора она вернулась, домой и ей стало, плохо с сердцем. Врачи не успели ничего сделать, моей матери не стало по пути в больницу, — он схватил мой подборок и сжал его до боли.

— Ты знала, тварь, что у нее сердце больное и все равно втоптала ее в грязь.

— Я не понимаю, с чего ты это взял? — мой голос был предательски тих. Я смотрела в его, полные темноты глаза, и мне было страшно. Сколько в них злости плескалось, сколько яда.

- Я никогда не говорила с твоей матерью. Я и на похоронах твоих не была…

В тот день я лежала в больнице. Я могла потерять Павлика из-за кровотечения и не стала рисковать сыном. Тайсон прищурился, внимательно глядя на меня.

— Не была?

— Я не смогла пойти…

Он скривился. Оттолкнул меня. Я влетела в машину.

— Одна ложь омерзительней другой.

— Я не знаю, кто тебе наговорил все эти гадости! Но все это было не так! И Валера…

— Валера явился ко мне в камеру. Требовал, чтобы я рассказал ему, где ты.

— Он нашел меня, сказал, что ты просил позаботиться обо мне!

Он метнулся ко мне коршуном.

— Я тогда селезенки лишился! Молчал! До последнего, идиот, думал, что справедливость восторжествует! Но на суде мой друг, жопу которого я прикрывал, свалил всю вину на меня!

— Лапа?

— Питон. Его муженек твой нагнул и заставил меня оговорить.

— Но зачем это Валере?

Я не верила ему ни на йоту. У Греха едет крыша, он несет полный бред. Обо мне, о муже, о Питоне. Я не знаю, какие ужасы он пережил, но то, что с ним стало — страшно. Этот человек опасен для общества. Маньяк. Убийца. Чудовище.

— Валера тебя очень хотел …

— Я не верю тебе… нет.

— Я письма тебе передавал через адвоката, но ты бл*ть ни на одно так и не ответила. Кровью захарканные рваные клочки бумаги… они были моей последней надеждой.

Я не слушаю его. Все мое внимание сконцентрировано на ремне его джинс. Вернее, на черном металлическом оружии. Пистолет. Достаточно одного четкого движения и он будет моим. Я смогу сбежать. Мне нужно к сыну. Нужно увезти Павлика подальше от этого ужаса. А потом я смогу разобраться с Грехом.

Я подаюсь к нему ближе. Неотрывно смотрю в глаза, словно желая что-то сказать. Сказать тихо, чтобы больше никто не слышал нас. Одну руку кладу на его плечо и шепчу еле слышно.

— Ты псих. Но я так любила тебя тогда…

Он замирает. Взгляд полностью сосредоточен на моих губах. А я осторожно запускаю руку к его поясу и резко вытягиваю пистолет. Отстраняюсь, направляя оружие на Греха. Щелчок. Удивительно, но у меня с легкостью выходит снять его с предохранителя.

— Клянусь, я пристрелю тебя, если ты хоть на шаг приблизишься, — процедила сквозь зубы. В глазах Тайсона загорелось веселье.

— Ну-ка, удиви меня, сладкая, — едва ли не пропел.

Я увидела, как из стоящих неподалеку машин вышли братки. Их было человек шесть. Пристрелят и глазом не поведут. Но деваться некуда. Мне нужно бежать. Я стала пятиться к лесу. Бандиты Греховского повытаскивали оружие, направили его на меня. Грех сделал им знак, чтобы не стреляли.

— Ты всерьез думаешь, что сможешь убежать от меня, глупая? — улыбнулся Тайсон, наступая на меня.

— Я попробую.

Он пожал плечами.

— Ну, тогда беги.