Глава 2

— Ну так что? — протянула Настя, вырывая меня из раздумий.

— Да ничего, — отмахнулась я, — Виталий неодобрительно относится к тому, что я работаю, но куда он денется, — натянуто улыбнулась.

— Ясно, откровенничать ты не хочешь. — Настя плюхнулась на диван в гостиной и обняла лежащую на нем декоративную подушечку. — Мы решили, что разделим детские, когда Марина в школу пойдет.

— То есть в следующем году?

Калинина мне кивнула, и мы на какое-то время замолчали, каждая думая о чем-то своем.

— Курков ушел из армии, — задумчиво и совершенно невпопад произнесла Настя.

— Ну и дурак. — Я пожала плечами, потому что понятия не имела, как можно было ответить на это заявление.

— Да, дурак, хоть бы до максималки дослужился. Ему ведь чуть-чуть оставалось. А тут он мнением не сошелся с одним офицером, и его решили перевести опять на заставу, ну он и психанул.

— Понятно, Настя, только мне правда это неинтересно, — сжала ладони на коленях, впиваясь в кожу ногтями, пытаясь сдержаться, погасить пылающие боль и обиду. Не до них сейчас.

— Просто он где-то здесь, — тихо ответила Настя, — у него же квартира в ближнем Подмосковье где-то.

— Одинцово, — спокойно ответила ей и тут же, достав телефон из кармана, набрала смс Виталию.

В этот самый момент мне показалось просто жизненно необходимым связаться с мужчиной.

«Мы уже вас заждались».

— Нашим пишешь? — задорно спросила Настя.

Я кивнула и тут же получила ответ Вета: «Еще чуть-чуть, и будут финальные титры. Калинин вообще уже извелся. Так крутился весь сеанс, что я думал, он протрёт своим задом дырку в сидушке».

«Надо было купить ему шоколадку, а вы, наверное, там чипсами запаслись».

«Ведьма».

«Скучаю».

«По Еве?»

«По обоим».

«По Еве и Калинину? Мне начинать ревновать?»

«По тебе, Вет!»

«Я тоже, белочка. Сегодня ночью компенсирую!»

На душе потеплело. Вет был отличным отцом и именно в этот момент смотрел мультик в кинотеатре вместе с Евой, Романом, Мариной и Стасом.

Приезд Калининых был незапланированным, по крайней мере для нас. Когда счастливая супружеская чета появилась на нашем пороге, Виталий и Ева собирались на просмотр фильма, вдвоём. Бывали у них времена, когда они оставляли меня за бортом, наслаждаясь общением друг с другом наедине.

Но сегодня стоило только Марине услышать, на просмотр какого мультика собралось идти мое семейство, как она топнула ножкой и, как истинная принцесса, распорядилась папой и братом, мол, вы идёте со мной и не колышет.

А ей было пять! Пять лет. Ой, то ли ещё будет. «Как бы не пришлось отправлять генералу на перевоспитание», — постоянно шутила я и видела, как с каждым годом Калинины балуют свою дочь все больше и больше.

— Ты же даже толком не пообщались с Калининым, — мурлыкнул мне в шею муж этим же вечером, сразу после того, как уложил спать Еву.

Я повела головой, откинула волосы на другое плечо, подставляя Виталию свою оголенную кожу. Он рассмеялся и, будто подразнивая, провел кончиком языка за ушком, а потом отстранился.

— Ты так и не ответила.

— Прости, но я не услышала вопроса, — повернулась.

Самойлов лег на кровать, подложив руки под голову, и смотрел на меня с прищуром, словно ожидая чего-то.

Так не пойдет, милый.

— Конкретнее скажи, что ты хочешь услышать.

— Белочка, а ты осмелела, — улыбнувшись, прошептал Виталий.

— Ну знаешь, — я села по-турецки, лицом к мужчине, — я пообвыкла, осмотрелась, — пожала плечами.

— То есть ты поняла, что не так страшен зверь, как его малюют.

— Типа того, — не сдержалась и поменяла позу, легла на живот рядом с мужчиной и, подперев голову ладонью, заглянула Самойлову в глаза, — ты совсем не страшный, Вет. Ты почти ручной.

Он потянул меня к своему телу и, плотно уложив на себя, поработил своим шоколадным взглядом. Посмотрел так, что я пропала.

— Ты меня совсем не боишься, — констатировал он хрипло.

— Нет. Зачем?

Виталий потерся носом о мою шею и еще более хрипло продолжил:

— Правильно, Вика, незачем. Если меня гладить по направлению шерсти, я и правда становлюсь ручным, так что все в твоей власти. Хочу тебя.

— Это у тебя такая длинная прелюдия была, — хлопнула ладонью по его крепкой и широкой груди. Мужчина засмеялся и начал массировать мою голову.

— Ну не зря же говорят, что женщины любят головой, а мужчины тем, что у них между ног. Вот я тебя и совращаю. Умственно.

Я опустила руку на то место, которым любят мужчины.

— Ммм…

— Вика-а-а, — сладкий стон в мои губы…

А потом уже не было ничего: ни слов, ни звуков — ни-че-го. Только Вет и я. И тот самый маленький мир, существующий лишь для нас двоих.

Этой ночью Виталий был особенно ненасытным, я догадывалась, что все дело было в ревности к Калинину. Самойлов знал, что мы близко дружили с самого детства, и, видимо, таким образом пытался доказать себе, мне, вселенной, что я только его. И я не была против, я наслаждалась сладкими поцелуями, крепкими объятиями и страстными, воистину огненными движениями мужчины во мне.

После третьего раза подряд я вырубилась, погрузилась в мертвецкую тишину и сон без сновидений.

Проснулась аж в обед, открыла глаза и поймала на себе тяжелый взгляд Вета. Мужчина был напряжен, зол и слегка растерян. Но несмотря на последнее он давил меня своей энергетикой. Я присела на кровати, протерла глаза и, откашлявшись, улыбнулась сквозь страх.

Потому что все мои органы чувств усиленно кричали: “Случилось что-то неприятное!”

— Доброе утро.

Мужчина не ответил, лишь поднял ладонь с зажатым в ней телефоном. Моим телефоном.

— Не очень-то оно и доброе, Виктория.

Черт. Я стала судорожно перебирать в голове всевозможные варианты. Но не находила ничего. Я просто не понимала, что Самойлова могло так обидеть. Сейчас, зная мужчину, я понимала, что злился он как раз таки из-за обиды, а возможно даже разочарования.

Но не было у меня в телефоне ничего такого. Обняла саму себя, растирая внезапно замерзшие плечи. Никаких переписок с другими мужчинами, кроме рабочих. Да даже переписок с подругами и тех не было. Я ни с кем, кроме Виталия и Евы, не общалась на протяжении пяти месяцев, и меня это устраивало. Тихая, уютная семейная жизнь, от которой я, чего греха таить, кайфовала.

— Тебе звонили, я ответил, чтобы не будить тебя.

Холод ожидания пробрал меня до костей, и я непроизвольно затрясла ногой. Виталий это заметил, выгнул бровь и ехидно отметил:

— Не нервничай.

— Прости, но ты тут развел панику, тяжело взять себя в руки.

— Ничего такого. Напоминание из медицинского центра. — Он положил смартфон на полочку и направился на выход из спальни. А я почувствовала, как по моим внутренностям потек жидкий огонь. Даже легкие разъедало от удушающего страха. Виталий остановился и, обернувшись у самых дверей, произнес: — Через три дня у тебя очередной укол, Виктория, — ехидно сказал он и вышел вон.

А я прикрыла ладонями лицо и тихо, надсадно застонала.