Глава 35

Только Глеб ушел, я зашла в свою спальню и, посмотрев на подаренную им корзину с розами, чуть не разрыдалась. Ну почему у нас с ним так все сложно?! Иногда мне кажется, что мы как вода и масло — несовместимы! Но стоит утихнуть злости, я четко осознаю, что он — моя ожившая мечта. Понимала, что характер у него не сахар и он не будет прогибаться под меня, и все же я собиралась бороться за наше счастье. Морально была готова подстроиться под обстоятельства, искать точки соприкосновения с ним, попытаться смягчить его нрав. Но как справиться со своей гордыней? Ведь Глеб прав, мне безумно понравились украшения, и в мечтах я всегда представляла, что мой мужчина мне дарит шикарное колье…

Раздумывая, я пришла к выводу, что мне нужно время для разработки стратегии, как приручить Глеба. Изменить его — только портить. Но я не отчаивалась, ведь залог счастливой семьи — мудрая жена. Осталось всего ничего: развить это качество в себе. Мои размышления прервал вернувшийся Мишка, стоило мне зайти в кухню, как друг, сходу показывая глазами на украшения, задал вопрос:

— Люд, это чье? — Взял в руки колье с изумрудами.

— Мое. — Выхватила подарок.

— Глеб, — не спрашивал, а утверждал друг.

— Он еще и корзину с цветами подарил, — похвасталась я.

— Как я понял, у вас в разгаре любовно-морковный период?

— Нет, у нас полным ходом притирка идет, правда, неудачно…

— А что случилось?

— Лучше не спрашивай, — махнула я рукой и направилась к микроволновке. Суп до сих пор там стоял.

— Только не говори, что ты Глеба едой раздраконила, затем, нахамив, отправила восвояси? — спросил, смотря на тарелку с супом, что я достала и поставила на стол перед ним.

— Как-то так и получилось. Он мне подарки щедрые, а я истерику закатила.

— Ты и истерику? Не верю!

— А зря. Я и не такое могу отчебучить в последнее время.

— Подруга, завязывай прикалываться, — продолжал не верить друг в мое слабоумие. По-другому свое поведение назвать не могла. Ведь я получила сегодня то, о чем мечтала. Нужно было мурлыкать от счастья и кормить Глеба до отвала. С одной стороны, я же рано или поздно выйду за него замуж. Хотя… не факт! Если и дальше буду отталкивать, тогда замужество мне не светит. — Люд, я серьезно… — выдернул меня вопросом из тревожных мыслей.

— Да что ты пристал?! — взорвалась я. — Все до банальности просто: я вдруг решила, что гордость девушку красит. Да и такие подарки принимать не привыкла, они же бешеных деньг стоят!

— Привыкай, — с ухмылкой произнес друг и откусил с аппетитом кусочек хлеба.

— Если я и дальше так буду себя вести, то привыкать не стоит. Но эти украшения я все-таки возьму, буду считать это компенсацией за вопиющее поведение при знакомстве и в ЗАГСе.

Мишка, поперхнувшись, закашлялся. Я невозмутимо подошла к другу и постучала по его спине. Откашлявшись, он как-то странно на меня посмотрел и выдал:

— И давно вы поженились?

— Неделю назад… — Сделала театральную паузу. Друг в шоке, пока он не пришел в себя, добавила: — В моих мечтах.

— Все шутишь, подруга… — с упреком во взгляде посмотрел на меня Мишка. — А с другой стороны, я знать не хочу, что вы в ЗАГСе вытворяли.

— Даже так… А если он меня там пытал? — Как-то обидно стало.

— Глеб никогда не причинит тебя вреда, но разорвет в клочья твоих врагов. Люд, хватит изображать из себя жертву, пора бы уже лаской и плюшками приручать ревнивца. Поверь, ты горя знать не будешь с ним, если начнешь действовать с умом. А вот упираться не советую.

— Да, знаю, ты прав… — Тяжко вздохнув, я села на стул напротив друга и перешла к делу. — Миш, а твое предложение насчет квартиры в силе?

— Разумеется. Ты согласна переехать туда? — спросил Мишка, в упор смотря мне в глаза.

— Да, и желательно сегодня же. Мне нужно побыть одной, чтобы решить, как действовать.

— Мне кажется, будет проще, если ты признаешься Глебу, что любишь его…

— Эй, — перебиваю его, — не торопи события, ни о какой любви еще речи не идет!

— Считай, что я тебе поверил. А сейчас марш собирать вещи!

Только благодаря тому, что вещей было мало, я собралась за двадцать минут. Когда Мишка привез меня на новую квартиру, я потеряла дар речи — это был пентхаус в центре города!

— Миша, что-то я уже домой хочу… — чуть слышно поделилась своими трусливыми мыслями с другом.

— Больше некуда возвращаться, я уже поставил в известность Полину, что завтра квартира будет свободна.

— А вдруг мне квартира не понравится?

— Если не понравится, я договорюсь с бомжами о местечке на теплотрассе.

Я только хотела оскорбиться, как друг открыл дверь в пентхаус. Отложив взбучку на потом, я вошла внутрь. После беглого осмотра барских хором убедилась, что друг не обманывал. Тут жил действительно мужчина, ни одна деталь в интерьере не напоминала о женщине. Друг быстро провел экскурсию по квартире. И только я хотела спросить, почему три комнаты заперты, как он резко направился к выходу.

— Твой друг холост? Богат? — еле поспевая за ним, интересовалась. Он же еще больше ускорился. У меня сложилось впечатление, что Мишка готов всеми правдами и неправдами побыстрее покинуть меня.

— Угу, холост и чертовски богат, — обуваясь, пробормотал.

— Как я поняла, мой отказ не принимается. Хотя я не против временно поселиться здесь. Правда, интерьер тут уж больно мужской, но нужно отдать должное хозяину, все здесь сделано стильно и со вкусом.

— Ну так скажи ему, что чувствуешь себя неуютно в сугубо мужской обстановке…

— Миш, кому «ему»?

Друг как-то странно на меня посмотрел:

— Люд, не так выразился. Сам у него спрошу, можно ли немного поменять интерьер.

— Судя по тому, что твой друг жуткий аккуратист и педант, не стоит и пытаться — не позволит.

— С чего ты взяла?

— Посмотри вокруг. Не увидишь ни одной соринки, пылинки, а как у него все продуманно тут…

— Не говори ерунды, — отмахнулся друг и, сунув мне ключи от квартиры, сбежал.

Я вновь прошлась по своим новым владениям. В воздухе витал запах смутно знакомого парфюма. У меня даже возникла шальная мысль, что это дом Глеба, ведь все тут было под стать ему. Подошла к одной из запертых комнат, обмирая от любопытства, стала подбирать ключи, но тщетно. Тяжко вздохнув, пошла разбирать вещи, ругая себя за бесцеремонность. Вот какого я полезла дверь открывать? Когда разложила все, вспомнила, что продуктов нет. Пошла проверить, вдруг что-то есть из съестного, в магазин идти не хотелось. Когда открыла холодильник, потеряла дар речи — он был забит продуктами, открыла морозилку — такая же история. Я тут же побежала за своим смартфоном, взяв его, набрала другу:

— Миша, откуда еда в холодильнике? Чья она? — тут же начала допрос, как только он взял трубку.

— Люд, все, что в доме есть, — твое, — скороговоркой проговорил он и бросил трубку.

Я с минуту смотрела на погасший экран и пыталась понять, что с другом случилось? Почему он такой странный? И что означает «мое»?

— Дурдом, — пробормотала и вернулась в кухню.

Весь вечер я пыталась понять, что происходит. Нутром чувствовала, что все тут нечисто. Ну не может быть все так сказочно хорошо! Это была моя последняя мысль перед тем, как я провалилась в сон на шикарной кровати, застеленной шелковым бельем.

Проснувшись утром, я минут десять нежилась в постели, думая о Глебе. Только я собралась встать, как зазвонил смартфон. Не смотря на экран, приняла вызов.

— Да, — произнесла слегка осипшим голосом.

— Моя красавица еще нежится в постельке? — услышала голос ожившей мечты — Глеба.

— Допустим… — ответила и не смогла сдержать улыбку, я была безумно рада слышать его. Даже забыла о нашей ссоре.

— Что ты решила насчет переезда ко мне? — он тут же вернул мне воинственный настрой.

— Все, как и прежде, мой ответ — нет, — жмурясь, ответила ему. Как он не поймет, что об этом еще рано говорить!

— Неверный ответ.

— Какой есть. Другого пока дать не могу, не те у нас отношения.

— Не те, значит… — процедил сквозь зубы. — Придется это исправить сегодня же вечером.

— Меня дома не будет… — запаниковала из-за того, что он может узнать о новом месте проживания. Мне нужно время, чтобы придумать, как с ним действовать дальше.

— Нет, милая, ты будешь дома. — Пауза. — У меня.

— Глеб, — начала я, — давай мне время…

— На то, чтобы ты глупости натворила?

— Почему сразу глупости?! — возмутилась.

— Женщинам думать вредно. Вечно надумаете всякой хрени, а нам, мужчинам, расхлебывать приходится последствия ваши «гениальных» идей.

— Если ты такого обо мне мнения, тогда…

— Ты мне еще условия начни ставить! — оборвал меня. — В общем так, милая, не испытывай мое терпение. Меня уже достало с тобой хороводы водить. Я тебе нравлюсь, ты — мне, не вижу причин продолжать этот балаган.

Что?

— Действительно, зачем время тратить на ухаживания? Нужно сразу за шкирку и в койку девушку тащить! — с сарказмом парировала.

— Не утрируй! А насчет ухаживаний — я не мальчик, чтобы тратить время на свидания. Если хочешь цветы, подарки и рестораны — не вопрос, все будет.

— Ты не понимаешь… — попыталась я возразить, но он вновь меня перебил:

— Нет, это ты не понимаешь… Я взрослый мужчина, а не мальчишка сопливый, нет у меня времени на свидания бегать.

— Даже так?! — взвилась я.

— Люда, не начинай, иначе опять поругаемся.

— Да мы уже ругаемся! И не я начала это, а ты, достали меня твои замашки тирана!

— Не истери… — попытался Глеб остановить истерику.

Я немного умерила гнев. Не дело так разговаривать с мужчиной, которого решила приручать. Прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки, сделал глубокий вдох, и Глеб выдал:

— Ты что там, медитируешь?

Вот как он догадался?

— Нет, пытаюсь успокоиться. Знаешь, с тобой строить отношения очень сложно.

— Вечером приеду и успокою. А будешь себя хорошо вести, то могу и приятное сделать, как в ЗАГСе, — с усмешкой произнес он.

— А если плохо?

— Если назло мне начнешь попой крутить перед мужиками, как на отдыхе, посажу на цепь, пока не поймешь, что это делать небезопасно. — Он отключился.

Я замерла с открытым ртом. Ну невозможный тип, всегда последнее слово за ним! И про ЗАГС напомнил, гад! И цепью пригрозил, хотя я была уверена, что это пустые слова, Глеб так со мной не поступит. Так, вспылил немного, к вечеру успокоится.

Немного поразмыслив, пришла к выводу: пусть идет все своим чередом, узнает, где я сейчас живу, ну и ладно. Хочет успокаивать меня вечером — я не против. А насчет как в ЗАГСе… Ну, не знаю… стыдно как-то. С другой стороны, прав он, не дети мы малые, чтобы на свиданки бегать и за ручки держатся, он взрослый мужчина, ему секс нужен. И все равно обидно, что он со мной разговаривал в приказном тоне, постоянно угрожал, задолбал своей ревностью. Решила набрать подруге по несчастью, пожаловаться на своего и узнать, как у нее дела.

— Сонь, вот почему нам нравятся моральные уроды?! — спросила, стоило ей взять трубку. Ведь если судить, как Глеб со мной обращается, то урод моральный это еще мягко сказано.

— Я же тебе уже говорила: противоположности притягиваются.

— Мне от этого не легче… — тяжко вздохнула, и мы замолчали.

— Может, встретимся сегодня, изольем друг другу горе? — робко начала Сонька. Видать, и ей выговориться нужно.

— Я не против встретиться, но горе изливать не буду. Предпочитаю высказать все, что думаю об этом ревнивце и козле в одном лице, — вспомнив его упоминание о ЗАГСе и обещание меня на цепь посадить, решила сбросить пар.

— Что опять? — настороженно, поинтересовалась подруга.

— Хоть паранджу покупай, честное слово! — еле сдерживая ярость, ответила подруге.

— Люд, сдается мне, что его бывшая пассия предала, вот у него психологическая травма.

— А при чем тут я? Пусть ей мозг и выносит! — не подумав, ответила. Только потом, когда злость схлынула, я вспомнила, что никто из пассий его не предавал.

— Слушай, давай это обсудим при встрече?

Я прикинула, что вполне уложусь за два с половиной часа с собеседованиями, благо, фирмы и кафе, где мы иногда ужинали с подругами, располагались недалеко друг от друга. Договорились встретиться через три часа.

Когда я пришла туда, Соня предупредила, что к нам скоро присоединится Юля. Замечательно, втроем костерить мужиков еще веселее!