Глава 41

День сегодня выдался суматошный, я замучилась делать копии документов, которые срочно потребовались нашим юристам. Но, самое противное, в архив на помощь мне направили Леню, которого я вчера вразумила увесистой папкой. Вел он себя смирно, но постоянно бросал в мою сторону плотоядные взгляды. Только я хотела ему сделать замечание, как меня отвлек звук открывшейся двери.

— Люда, что за бедлам тут?! — заголосила Настя, как обычно ворвавшись в архив.

— Ничего особенного, рабочий процесс… — пожала я плечами в ответ, показывая глазами на коробки с документами на столе и рядом стоявшие на полу. Та в ответ всплеснула руками и как заорет:

— Быстрее наводи шмон в архиве, Беркутов направляется сюда…

— Настя, что-то не пойму, по какому поводу кипиш? — поинтересовалась у новой знакомой, которая уже схватила папку со стола и стремглав понеслась в хранилище.

— Принесла же нелегкая Сатану… Черт, как не вовремя! — сплюнул зло Леня и повторил такой же маневр, что и Настя. Пришлось последовать их примеру, чтобы узнать, в чем причина их паники.

— Да объяснит мне кто-нибудь, что, собственно, случилось? — поставив коробку на стеллаж, обратилась к паникерам.

— Беркутов терпеть не может бардак на рабочем месте… — начала Настя.

— Педант чертов! — второй раз сплюнул Леня и рванул за очередной коробкой.

— Может уволить… — произнесла Настя, рванув за парнем, и тут же добавила: — Тебя.

Лучшей мотивации для присоединения к группе паникеров не придумаешь! Мы дружно метались по архиву, как пуганые тараканы. Схватив очередную коробку, я, на бешеной скорости маневрируя между столом и папками, побежала в сторону хранилища. И тут случилось страшное: я запнулась об провод принтера, коробка полетела вперед меня, и только приготовилась плашмя приземлиться на пол, как кто-то меня поймал. Подняла взгляд — Леня. Я выдохнула. Если бы не он, даже страшно представить последствия моего падения!

— С тобой все нормально? — продолжая удерживать меня, поинтересовался спаситель. Только я хотела ответить, как я услышала до боли знакомый голос:

— Убери руки от моей женщины! — Я непроизвольно вздрогнула и только сейчас осознала, что Леня одной рукой держит меня за грудь.

«Зараза!» — ругнулась я, а парень тут же убрал руку и отскочил в сторону, как от прокаженной.

— Глеб, какими судьба… — начала я и тут же заткнулась, наткнувшись на пылающий гневом взгляд моего мужчины.

— Даю пять минут убрать бардак, а затем, милая, мы с тобой поговорим о твоем поведении, — процедил он, испепеляя меня взглядом.

— Ты чего завелся?! — возмутилась.

— Время пошло. — Он резко развернулся и направился к выходу. Стоило ему выйти из архива, я выдала:

— Гадство! — чуть ли не сплевывая, одним словом обрисовала ситуацию и тут же набросилась на Леню: — Вот какого ты меня за грудь ухватил, а? — начала я надвигаться на него.

— Я же не знал, что ты любовница Беркутова, — пятясь от меня, нервно произнес парень.

— Он — Беркутов? — растерянно переспросила. Ну не могла я поверить, что Глеб способен на такое коварство! Хотя…

— Люд, только не говори, что ты не знала, к кому устраивалась! — со смешком произнесла Настя.

— Понятия не имела…

— Не думала, что Глеб Владимирович такой шутник… — продолжала она глумиться, беря коробку.

— Еще какой… — тяжко вздохнув, ответила, вспомнив случай с его квартирой. Ребята больше не стали задавать вопросов, видимо, понимали мое состояние. То, что Глеб так поступил, злило. Но больше меня беспокоило, что он увидел, как меня Леня за грудь держит. Когда осталась одна коробка, дверь резко распахнулась и вошел Глеб. Я взяла ее и демонстративно направилась в хранилище.

— А ну поставь на место! — рявкнул он и тут же обратился к Лене: — Тебя зачем сюда направили?

— Помогать, — произнес тот и тут же потупил взор.

— Вот как? А мне начальник архива доложил, что ты сюда направлен для другого. Ты должен был коробки таскать, а не мою будущую жену лапать!

— Да не лапал он! — ставя коробку на стол, решила заступиться за беднягу.

— Люда, я не слепой… — произнес он, с укором смотря на меня. Пришлось оставить разборки на потом, нечего посторонним смотреть, как мы собачимся.

— Люда, закрой хранилище и на выход. А ты, — посмотрел в упор на Леню, — держись от моей женщины подальше, иначе… — парень вздрогнул, — ты понял меня.

— Да, Глеб Владимирович, — проблеял парень и вместе с Настей направился на выход.

Глеб смерил меня осуждающим взглядом и вышел вслед за ними. Я закрыла хранилище и только вышла из архива, как тут же наткнулась на своего ревнивца. Тот, не говоря ни слова, положил мне руку на талию и резко прижал к себе.

— Не советую вырываться, я в бешенстве, — процедил он, пришлось подчиниться и идти с ним. Как назло начался обед и в коридоре было много сотрудников. Глеб с невозмутимым видом направился к лифту, продолжая удерживать меня за талию. Если бы видели лица людей! Они на нас смотрели как на восьмое чудо света. Мы зашли в лифт, и я попыталась завести разговор.

— Глеб…

— Ни слова, — отчеканил он, смотря на дверь.

Пришлось опять подчиниться, иначе будет хуже. И вновь ошиблась, хуже стало немного позже: когда высветилась на панели цифра два, мой мужчина резко притянул меня и впился в губы болезненным поцелуем. Это дезориентировало меня на некоторое время, а когда пришла в себя, дверь лифта открылись и я услышала удивленные возгласы людей. Я была готова провалиться под землю от стыда! Глеб же с невозмутимым видом вывел меня, и мы направились в другое крыло, где он работал. Пройдя пост охраны, мы вновь зашли в лифт. Он посмотрел на часы и выдал:

— Через пять минут все будут знать, что ты моя.

— Ну, знаешь! — начала я возмущаться, что он выставил наши отношения на обозрение коллегам.

— Вот именно, знаю. И нечего меня испепелять взглядом, не меня ты в объятьях бабы застукала.

Меня просто распирало от возмущения. Я понимаю, что мой меня застал весьма в пикантном положении. Но, блин, это же случайность! Тем более, из нас двоих только он достоин порицания — скрыл, что босс, и устроил целое представление для сотрудников. Посему, когда мы вышли из лифта и направились в его приемную, я выразила одним словом, что думаю о нем:

— Клоун! — В ответ он сжал сильнее мою талию, и только мы оказались в приемной, он мельком посмотрел на секретаря, попутно давая указания:

— Паша, никого ко мне не пускать и не соединять. — Стоило нам войти в его кабинет, Глеб встал напротив меня, и, сложа руки на груди, начал допрос: — Какого черта ты вытворяешь?

— Обычные рабочие моменты…

— Уволю! — прервал меня Глеб чересчур громко.

— Из жизни? — От моего вопроса он дернулся, как от удара.

— И не надейся, мне проще тебя будет закрыть дома, чем отпустить. Так что твоя рабочая деятельность закончилась, не можешь вести себя нормально…

— Остановись, иначе потом жалеть будешь о сказанном. Дай мне объяснить.

— Хорошо, я жду объяснений.

— Ты запугал своих сотрудников до колик. Они боятся даже рабочего беспорядка, считая, что за это ты можешь уволить. Скажи, вот какая тебе разница, в какой обстановке люди работают?

— За беспорядок на столе еще никто не был уволен, а вот в делах, уж извини, имею право. Я им плачу весьма неплохо, чтобы они делали то, что я требую от них. Не нравится — свободны, никого не держу. Но это к делу не относится, меня интересует, какого черта этот хмырь тебя лапал?!

— Ты не прав, очень даже относится. Я попросила Леню, чтобы он достал коробки, где есть документы, ксерокопии которых нужно срочно отснять. Я посчитала, это поможет быстрее сделать работу, а не бегать туда-сюда. Так вот, мы с бедолагой в две руки делали ксерокопии, забегает Настя и говорит, что босс идет сюда и за бардак может уволить. Ну, мы и рванули коробки возвращать на место. В процессе бешеного забега я запнулась за провод принтера и непременно расквасила нос, если бы Леня не поймал меня. А теперь ответь, что лучше: мой расквашенный нос…

— Не продолжай, — от тут же перебил меня. — Я все понял. — Он подошел ко мне и, заключив меня в объятья, начал катиться: — Извини, просто, как увидел тебя с этим мужиком, чуть умом не тронулся. Ты же знаешь, что на почве ревности у меня планка падает. Кровавая пелена перед глазами, непреодолимое желание крушить все вокруг.

— Знаешь, а ты все-таки не такой уж и псих. Меня выслушал и парню не врезал.

— Я ревнивый, а не невменяемый. Но вот врезать мне ему хотелось, пришлось выйти, чтобы не наломать дров. А насчет выслушать — это сугубо твоя заслуга. Ты знаешь, когда промолчать, а когда мне мозги вправить. Закатила бы ты истерику, то результат был бы другой.

— Мой ревнивец… — не скрывая улыбки, произнесла чуть слышно, уткнувшись носом в его грудь.

— Нужно извиниться перед парнем, что-то я не по делу вспылил, — нежно поглаживая мою спину, усмехнувшись, произнес он.

— Нет, не нужно, он в принципе это заслужил. — Руки моего мужчины застыли.

— Подробнее…

— Если коротко, то пришлось павлина стукнуть увесистой папкой по голове, чтобы хвост не пушил. — Глеб рассмеялся в голос.

— Я, конечно, оценил твой поступок, но впредь давай я сам буду разбираться с твоими ухажерами… — выпуская меня из своих объятий, начал вновь нарываться на скандал.

— Ты хоть сам понимаешь, что сказал?

— Поясни.

— Ты же не можешь находиться целый день рядом со мной! Также ты можешь вновь в командировку уехать, как мне в таком случае поступать? Дать себя облапать и потом пожаловаться? — Мой недовольно поджал губы, обдумывая услышанное.

— Насчет командировок — я с ними практически завязал. Если и поеду, только в случае крайней необходимости.

— Например? — холодея в душе, интересуюсь.

— Крайний случай, это когда… — он замолчал, обдумывая, как выкрутиться, — бойцы попали в переплет.

— И часто попадают?

— Люда, закроем эту тему, я только вернулся оттуда. Лучше давай поговорим о твоем новом месте работы.

— Все-таки уволишь… — тут же расстроилась.

— Милая, я увольнять тебя не собираюсь. Хотя и не вижу смысла тебе работать, денег у нас много. — Только я хотела возмутиться, он приложил свой палец к моим губам. — Опять перебиваешь, — покачал он головой. — Если ты хочешь работать, чтобы быть независимой, не позволю. Но если тебе это необходимо для самовыражения, препятствовать не буду. И все же прошу подумать над выбором другого хобби. Годами в грязи копаться чертовски утомительно.

— Это не хобби!

— Милая, не хочу тебя разочаровывать или злить, но минимум через восемь месяцев ты уйдешь в декрет. Возможно, через три-четыре года второго заведем. Ты ведь хочешь детей? — В ответ махнула головой. — А теперь ответь: ты хочешь, чтобы посторонняя женщина воспитывала наших детей?

— Разумеется, об этом и речи не может быть. И все же меня бесят твои манипуляции.

— Я бы назвал это предусмотрительностью. А теперь давай поговорим о твоем хобби. Ты с завтрашнего дня будешь работать со мной. У меня много бумажной работы, которую я терпеть не могу. А мой помощник завтра уходит в отпуск на две недели. Ну так как, поможешь мне?

— И ты после этого будешь говорить, что не манипулируешь? — посмеиваясь, подколола его.

— На этот раз ты права — нагло манипулирую и бессовестно лгу. Никуда мой помощник не ушел. Но я хочу, чтобы ты была рядом. Заодно и поиграешь в детектива, я буду давать тебе дела, а ты поломаешь голову над ними.

— Знаешь, я себя чувствую пятилетним ребенком, которого посадили в манеж, чтобы не набедокурил. — Глеб взял меня за плечи.

— Люда, — начал он, — пойми, на данный момент небезопасно находится вдали от меня. Я не врубаю тирана только потому, что надеюсь на твое благоразумие и понимание. Или ты думаешь, я не знаю о твоей шпионской деятельности, пока не было меня?

— Я знала, что твой человек всегда рядом. А на работу с тобой я согласна, не хочу, чтобы ты переживал из-за меня. Единственное, что меня напрягает, — сейчас твои сотрудники начнут грязью меня поливать, а мне хватило этого с Петровичем. Или ты думаешь, я от хорошей жизни себя оговорила?

— Я знаю твою проблему и работаю над ней.

— Мишка?

— Он, — произнес Глеб, убирая руки с моих плечо и делая шаг назад. — Но не смей ему мозг выносить, выскажи все мне, и на этом закроем тему. Мишка трепло. Также ты можешь присоединиться к этому делу, возможно, это ускорит процесс. А насчет сотрудников не беспокойся, я все улажу, никто косо на тебя смотреть не будет. Хочешь побыть в роли детектива, тогда это твой шанс. — Смотрит так пристально на меня, ожидая ответа. То, что он этим занимается, меня совсем не разозлило, да и Мишку за это отчитывать нет смысла. Он правильно сделал, обратившись к специалисту.

— Я хочу все знать о деле моего отца.

— Завтра я тебе все расскажу. А сегодня давай отдохнем, заглянем в свадебный салон, посмотрим платье тебе? Нужно еще кольца заказать…

— А не рано платье-то заказывать с кольцами? Ты мне еще даже предложение не сделал, — возмутилась и тут же осознала, что не по делу. Мы уже живем вместе, смысл в этих ритуалах? Для меня уже главное совсем другое…

— Люда, путь все будет готово заранее. Нужно уже заниматься организацией свадьбы. Два-три месяца пролетят незаметно…

— Глеб, — остановила я его, тот удивленно посмотрел на меня. — Я не хочу пышную свадьбу, мне этого не нужно.

— А что ты хочешь?

— Близкие друзья и родственники, посторонние нам ни к чему. И кольца заказывать не нужно, простые продаются во всех ювелирных магазинах. Ты должен понять, что помпезные мероприятия мне чужды. И я не отношусь к женщинам, для которых цель жизни — демонстрировать шикарные наряды и украшения окружающим. Мне от жизни нужно совсем другое.

— И что же? — спрашивает он негромко, кладя мне руки на талию и медленно притягивая к себе.

— Счастливая семья с кучей детей. А насчет работы я подумаю. Если муж хорошо зарабатывает, нет смысла до потери сил вкалывать на него или другого. Я найду что-то для души и на дому, раз мы запланировали много деток в скором будущем.

— Много детей… — произнес эти слова, словно пробуя их на вкус. — А мне. — Он касается своими губами моих и на выдохе произносит — Нравится твой ход мыслей! — И тут же накрыл мои губы своими, врываясь языком в мой рот, словно завоеватель. Его поцелуй был настолько страстный, что я поняла, два-три месяца он не продержится. Он прервал поцелуй и стиснул меня в своих объятьях.

— Как же мне хочется перекинуть тебя через плечо и утащить домой, чтобы брать тебя до изнеможения.

— И что тебе мешает?

— Две причины: дела и мое обещание тебе, — выпуская меня из захвата, недовольно произнес он.

— Знаешь, а мне уже и не нужно, чтобы ты предложение делал, и свадьбу пышную не хочу. Ведь не это главное. Статистика говорит, что шикарные свадьбы и помпезные предложения не делают брак крепче. Смысл тебе делать то, о чем я мечтала, а не ты. Все должно быть от сердца, а не по принуждению.

— Для своих лет ты невероятно мудрая девушка. Но в одном ты неправа: мне хочется воплощать в жизнь твои мечты. И уж точно меня невозможно к чему-либо принудить.

— Но ты можешь уступать… — поделилась своим наблюдением.

— Не вижу смысла ругаться по пустякам, проще обсудить ситуацию и найти приемлемое решение для нас. — В ответ я махнула головой в знак согласия. — Ну раз мы все выяснили, иди забери свои вещи из архива, и на выход. Пойдем покупать тебе платье на свадьбу Артура заодно, заглянем в свадебный салон.

Когда я вышла из кабинета Глеба, увидела в приемной женщину, смутно на кого-то похожую. Возможно, я не смогла определить сразу из-за ее уж больно пристального внимания к моей персоне. Она не смотрит на человека, а сканирует. Подмигнув секретарю, я направилась в архив. Мой начальник спокойно отнесся к приказу босса, но попросил занести ксерокопии документов в юридический отдел. Только я подошла к двери кабинета, услышала доносящиеся оттуда голоса:

— А я-то думала, кто сюда устроил эту красотку! Оказывается, наш Сатана свою любовницу пристроил за нами шпионить.

— Галя, брось, какой из нее шпион? Такие бабы обычно умом не наделены…

— Сами вы умом не блещете! — услышала злой голос Насти. — Если Глеб Владимирович услышит, как вы его будущую жену обливаете грязью, то вам я советую подыскивать другое место работы. Он любит ее безумно. А вы завидуйте молча. Его невеста не только красавица, еще и умна, но и не страдает припадком высокомерия. Нашего босса никогда не интересовали расфуфыренные пустышки.

Меня буквально затрясло от злости, кто они такие, чтобы не оценку давать? Да они знать не знают, а уже в пустоголовые записали! Открываю с ноги дверь и с улыбкой акулы захожу в кабинет. Дамочки с ужасом уставились на меня:

— Мне попросили занести ксерокопии документов, и я случайно услышала ваш разговор. — Кладу документы на стол Наташи, та подмигнула мне в ответ. — Завидуете? — Молчат. — Вот такая же тишина должна быть… — Не успела я договорить, как почувствовала руку на своей талии.

— Что тут происходит? — Тишина. — Как я понял, вы бурно обсуждаете мою личную жизнь? — Глеб сходу понял, что тут сейчас было. — Хочу сразу предупредить. Если будете и дальше этим заниматься, ищите себе другое место работы. Я не намерен терпеть у себя сотрудников, которые суют свой нос куда не следует, — произнес он сухо, обводя строгим взглядом женщин, и тут же обратился ко мне: — Милая, я же сказал забрать вещи и на выход. Нам срочно нужно ехать в свадебный салон, — начал он, выводя меня из кабинета, но слова «свадебный салон» слышали все присутствующие, — моего знакомого, он через три часа вылетает во Францию. Туда привезли новую коллекцию, и он прислал мне фото одного платья, оно словно создано для тебя.

— Это представление, чтобы эти выдры знали мой статус? — поинтересовалась, стоило нам оказаться на приличном расстоянии от кабинета сплетниц. В ответ он фыркнул и достал смартфон.

— Больше мне делать нечего, как представления для сплетниц устраивать, вот, смотри. — Он протянул мне смартфон, взяв его в руки, я увидела элегантное свадебное платье.

— У тебя хороший вкус…

— Разумеется. Могла бы догадаться и раньше, когда я присвоил тебя. — Я только рассмеялась на его заявление. Пока мы были в помещении, Глеб был сдержан, изредка кивал проходящим сотрудника. Но стоило нам сесть в машину, он враз переменился, подмигнув, он произнес:

— Моя красавица, готова к шопингу?

— Не думала, что тебе нравится шопинг, — с затаенной ревностью произношу. Как представила, что он со своими любовницами по магазинам ездил, так все хорошее настроение коту под хвост.

— Не ревнуй, — тут же просек он. — Я с бывшими по магазинам не ездил, не те у нас отношения были. А понравится мне это или нет, сейчас проверим. — Он завел мотор, и машина тронулась с места. — Вначале заедем к моему знакомому, а потом я тебя отвезу в шикарный бутик, выберешь платье и все, что к нему нужно.

— Для человека, который не любит шопинг, знать, где шикарный бутик, весьма странно.

— А я думал, что ревность это только моя прерогатива, оказывается, ты тоже этим грешишь. Люд, пойми, что к прошлому ревновать— портить будущее. И хочу сразу предупредить, я знаю не только где шикарные бутики, но и многое другое. Ведь мое охранное агентство обслуживает очень много точек. Разве ты не поняла это, когда мы с тобой в ЗАГСе шалили?

— Шалил ты, а я пребывала в шоковом состоянии, переходящем в бешенство. Так что, извини, мне как-то тогда было не до анализа. А за несколько дней в твоей фирме я практически ничего о ней не узнала, так как чахла в архиве. — В этот момент мы остановились у светофора, Глеб развернулся ко мне и, пристально смотря мне в глаза, произнес:

— Насколько мне не изменяет память, ты получила удовольствие в тот вечер… — Мои щеки обдало жаром. Ну вот как можно быть таким прямолинейным?! — Смущение — это, конечно, мило, но от него нужно срочно избавляться.

— Почему срочно?

— Я так хочу, — сказал как отрезал. Спорить не стала, вспомнила разговор мамы Миши со своей подругой. Она ей говорила, что существует несколько правил, чтобы мужчина не гулял, одно из них: нужно удовлетворять его сексуальные аппетиты. Посмотрела на Глеба, прикидывая, насколько он требователен в постели. И тут же начала паниковать, вдруг я его в сексуальном плане не буду устраивать. Словно прочтя мои мысли, он выдал: — Не переживай, ты безумно меня возбуждаешь только одни своим видом.

— Я, собственно, и не переживаю…

— Врушка, по твоему лицу было видно, какие мысли роятся у тебя в голове, — посмеиваясь, вновь вогнал меня в краску.

— Ничего удивительно, что я переживаю, у меня опыта в интимной сфере никакого, в отличие от тебя! — взорвалась.

— Люд, я никого так не хотел, как тебя. И то, что между нами будет, с другими не было, как ты этого не поймешь?

— Ну не знаю… — ответила, пытаясь обуздать свою ревность.

— Ладно, я покажу тебе разницу… — усмехнулся он, качая головой. Ну да, ревную, ну а чего тут удивительного? Хотя, к прошлому ревновать глупо, тут я с ним полностью согласна.