ГЛАВА 14. Даниил

Я когда столько улыбался? Уже не помню, но сын у Варвары Дмитриевны был таким смешным и так хорошо разговаривал, что невольно, улыбка не сходила с моего лица. Улыбаться я перестал только в машине, когда вспомнил, что еду за Викой, которая пока очень плохо говорила, в основном отдельными словами или слогами. Но главное Варвара согласилась! Я чуть не крикнул боевой клич Тарзана, когда выруливал от дома Варвары. Не знаю почему, но мне было важно, чтобы именно эта девушка занималась моей дочерью, а не кто-то другой. Результат ее занятий с Викой был очевиден, но и от Вари шла какая-то теплая волна, мягкая, светлая. Я почувствовал это, когда сегодня оказался рядом с ней. Она была такая домашняя, родная, что я впервые забыл, как это быть одиноким и ненужным. На несколько минут, когда я был у нее, мне казалось, что я пришел домой. Когда на кухню пришел ее сын, не мог налюбоваться на них, такие они красивые, привлекательные в своем домашнем уютном доме. Отметил в квартире хороший ремонт, видно, что жилье создавали с любовью и стремились к уюту. Я сам архитектор и увлекаюсь дизайном, мне всегда нравятся такие интерьеры, где чувствуешь себя как дома. Мужа Варвары Дмитриевны я не застал, но судя по вопросу Антошки папы у него и не было, однако мне казалось, что в квартире раньше был мужчина. Заметил большую кружку с нарисованным танком, когда Варя доставала чашки, такая могла принадлежать только мужчине. В прихожей на стене висели хоккейные клюшки, очень известной фирмы, знаю, потому что у самого в доме штук пять таких. Спрашивать не стал, так как не мое это дело, уточнять, где отец Антона, да и не зачем мне это знать. Главное она согласилась пожить у меня пару месяцев, а это самое необходимое на сегодняшний день. Вырулил к клинике и вышел из машины. Михаил Сергеевич был у себя в кабинете, и я сразу прошел к нему, снимая по дороге пальто. – А, Даниил Николаевич, а я как раз хотел вам звонить, – снял очки главврач, положив рядом на стол, – Бумаги я все подготовил, можете забирать свою принцессу. – Точно? – обрадовался я, чуть не вскакивая с кресла, куда только что присел, – Варвара Дмитриевна согласилась. – А вот это хорошо, – довольно кивнул Михаил Сергеевич, – Сиделки у вас опытные, аппаратура вся имеется дома. Врач, что наблюдает Вику, будет приезжать два раза в неделю. Думаю, все будет хорошо. – Спасибо вам большое, Михаил Сергеевич, – вскочил я, пожимая врачу руку, – Зайдите в регистратуру, там возьмете выписку, назначения и нужные рецепты, а так же счет. – Да, да, конечно, – я уже рвался из кабинета, только бы быстрее забрать Вику домой. – Машина будет ждать вас у выхода. – На своей машине я не могу отвезти дочь? – притормозил я у дверей. – Даниил Николаевич, Вике нужна специальная перевозка под наблюдением врача, – ответил Михаил Сергеевич. – Ясно, понятно, – пробормотал я и вышел за дверь. Спустился на первый этаж и долго торчал в регистратуре, подписал нужные бумаги и оплатил счета. Отправил Варваре адрес и позвонил домработнице и охране, чувствуя, что не успеваю встретить гостей. – Татьяна, вы уж примите Варвару Дмитриевну, как полагается, – просил я домработницу, – Комнату я вчера указал какую, сегодня должны были доставить игрушки и продукты. – Все привезли, Даниил Николаевич, не беспокойтесь, мы с няней Вики уже все разложили. Комнаты готовы, – отчиталась Татьяна. – Хорошо, не знаю, когда мы с Викой приедем, тут немного все затянулось. – Не переживайте. Встретим вашу гостью, как полагается. Только в пять часов в палату к Вике вошел Михаил Сергеевич. – Машина готова, можем спускаться, – сказал он, улыбаясь, – Вика, хочешь домой? – Да-а, – протянул ребенок, и я взял в свою руку маленькую ладошку дочери. – А у нас там гости в доме, – сказал дочери улыбаясь, – Отгадай кто? – Мама? – округлились глаза ребенка, а по мне словно полоснуло ножом вдоль груди. – Нет, Варвара Дмитриевна и ее сын, Антошка, – я отвернулся, чтобы Вика не видела моих глаз, где была такая печаль, что срочно нужно было избавиться от нее. – Варя, – улыбнулась Вика, – Хо-о-ро-шо. – Тогда, вперед! – Михаил Сергеевич пропустил в палату троих медврачей и меня выгнали в коридор, начиная отключать Вику от аппаратуры и устраивая дочь на привозной каталке. – Потерпите, Даниил Николаевич, – стоял рядом главврач, – Все наладится, я знаю. Все, когда-нибудь становится на свои места. – Мать я не могу вернуть дочери, – ответил я ему, не отворачиваясь от окна, где шел первый крупный снег. – У Вики замечательный отец, – не согласился Михаил Сергеевич, – Поверьте, бывает еще хуже. Из больницы некому ребенка забрать, вот тогда ужасно. – Да, так хуже. – ответил я, направляясь за Викой, которую везли на каталке к лифтам, укутанную в одеяло. – Дочь, я поеду за машиной скорой помощи и встречу тебя у дома, хорошо? – Ост-то-рож-но, папа, – прошептала Вика, и мы вошли в лифт. Я проводил дочь до машины, проследил, как ее загружают, и поспешил к своей машине. Скорая моргая светом и завывая сиреной, понеслась по дорогам, раздвигая пробки, я еле поспевал за машиной, удивляясь умению водителя. Тот казалось, пролазил там, где невозможно двигаться, и ехал с такой скоростью, что пару раз я чуть не потерял скорую их виду. У дома стояла машина Вари, и я обрадовался, что она уже здесь. Они с Антошкой только приехали и еще не вошли в дом, стояли на крыльце. Антошка прижимал к себе большого плюшевого динозавра, а Варя держала в руках огромного розового зайца. Вику выгрузили и понесли к дому, где на минутку остановились около Вари с Антошкой. – Добро пожаловать домой, Вика, – сказала Варя и пододвинула Антошку к носилкам. – Привет, а у меня дракон, – сказал мальчик и потянул из рук матери зайца, что был с него ростом, – А это тебе. Мама сказала, девочки не любят драконов. – Я л-юб-лю, – протянула Вика, и Антон замялся, что-то соображая, затем положил на носилки своего дракона, что был ростом почти с Вику. – Тогда, Кеша твой, – печально сказал Антошка, а мы с Варей заулыбались.