55. Вот это новость!
Ночью я сплю плохо. Теперь я все думаю, а вдруг что с ребёнком? Почему меня так срочно вызвали в клинику? Лежу в кровати, прижимая к животу руки. Мой малыш. Все же хорошо будет?
В клинику я приезжаю даже раньше назначенного времени и еще полчаса сижу с дрожащими коленками в коридоре. С опаской смотрю на всех проходящих мимо врачей и медсестер.
- Белкина? – наконец, ко мне подходит милая девушка в форме и спрашивает с улыбкой.
Киваю.
- Пройдемте. Аделаида Семеновна вас примет сейчас.
Я встаю и иду за ней. Она открывает дверь кабинета и приглашает меня войти.
- Здравствуйте, - тихо говорю я, заметив у стола пожилую женщину, которая что-то пишет.
Она поднимает на меня взгляд и здоровается.
- Проходите, что же вы стоите? – показывает на стул.
- Скажите мне сразу, с ребенком все в порядке? – спрашиваю я, проходя.
И тут только замечаю какого-то мужика на стремянке, стоящего ко мне спиной. По-видимому, рабочий. Судя по одежде. Он что-то там копошится в потолке.
- Не обращайте внимания, - говорит мне Аделаида Семеновна. – Это наш разнорабочий. Он глуховат. Не волнуйтесь, не услышит наш разговор.
Я кошусь на гинекологическое кресло. Глуховат – ладно. Но если этот разнорабочий не слеповат? Тогда как?
- Сегодня обойдемся без осмотра, - врач словно читает мои мысли. – Просто разговор.
- Хорошо, - я, наконец, сажусь.
Еще раз смотрю на мужика в робе. Он и правда как будто не слышит нас. Даже ни разу не обернулся. Что-то там делает, задрав руки.
Я выдыхаю и пытаюсь расслабиться.
- Пришли результаты анализов, - начинает по делу Аделаида Семеновна. – Что же вы без папки пришли? – улыбается.
- Какой папки? Надо было что-то принести? Мне не сказали…
- Без отца, я имею в виду, - смеется она. – Тоже бы порадовался такой новости.
Смущаюсь, опуская взгляд.
- Отказался? – спрашивает врач.
- Он не знает.
- Как же так? Надо сказать.
- Не надо, - твердо произношу я. – Я сама справлюсь.
- Ох, дорогая, - вздыхает врач. – С двумя-то справишься? Одна?
Смотрю на нее круглыми глазами. Что?!
- Двойня там, - радостно сообщает она мне.
Я громко охаю и часто моргаю глазами. И подпрыгиваю, когда на пол с грохотом падает какой-то инструмент. Мужик уронил.
Мы с Аделаидой поворачиваемся к нему и молча наблюдаем, как он, так и не обернувшись к нам, покряхтывает и спускается за инструментом.
- А это точно? – спрашиваю я, оставив мужика без внимания. – Как же… Я, вроде, читала где-то, что только если в роду раньше были… разве…
- Чепуха, - машет рукой врач. – Недоказанный факт. К тому же, может, у отца ребятишек есть брат или сестра близнец?
- Нет. У него только старший брат… вроде…
- Ну, в общем, поздравляю! Двойня! Это на самом деле прекрасно! Скучно им не будет. Вам, кстати, тоже. Так что? Сообщим отцу-то? Обрадуется ведь!
- Их отец клоун. Он всегда радуется, - ворчу я.
- Клоун? Хм. Тогда вам к веселью не привыкать, конечно.
- Не то слово.
- Не скажете значит?
Вот ведь пристала! Подозрительно смотрю на Аделаиду.
- Нет, - отвечаю уверенно.
И опять у мужика что-то падает с грохотом. Да он не только глуховат, но и криворук.
- Батюшки! А формы-то забыла! Забыла формы! – вдруг восклицает Аделаида Семеновна и подскакивает с места.
Удивленно смотрю на нее.
- Надо кое-что заполнить вам, а я формы забыла взять. Сейчас принесу. Посидите тут пока.
Киваю и смотрю, как она выходит из кабинета.
- Еще чего! Ему рассказать! – бурчу себе под нос, роясь в сумочке. – Обойдется. Сама воспитаю. Но двойня! Блять! – вырывается у меня нечаянно. – «Вождь» - скорострел! Блять!
Если честно, плакать хочется! Поела, блин, яблочки! И понимаю, что капец как яблок захотелось! Хорошо, что положила парочку в сумку. Как знала!
Достаю яблоко, надкусываю и так и замираю с яблоком в зубах. Потому что слышу знакомое:
- Не матерись при детях!