Глава 13

Геля

Обнимаю Артура. До сих пор не могу прийти в себя. То плачу, то смеюсь, говорю невпопад. Он, наоборот, немногословен. Судьба нам подарила второй шанс.

– Поедем за детьми, мыша, – Артур целует меня в губы и прижимается ко мне низом живота, – иначе затрахаю тебя до смерти, и всё ещё будет мало.

– Тебе придётся познакомиться с братом, – отстраняюсь я от Артура.

– Когда-то это должно случиться. – Он встаёт с постели и натягивает штаны. – Не хочу, чтобы ты присутствовала при встрече.

– Как ты себе это представляешь? Уверена, что Алекс у меня дома. В худшем случае увёз детей к себе.

Артур приносит из ванной мои вещи и протягивает мне украшение, подаренное Алексом.

– Забыл совсем, твоя серёжка. Второй не было. В машине может слетела.

Хватаюсь за уши. Даже не вспомнила о них. С возвращением Артура всё остальное стало неважным. Но эти серёжки я любила. Видно, отчаяние написано на моём лице.

– Другие купим, не переживай, – Артур надевает футболку. – К себе детей увёз, говоришь? Печалька.

– Печалька? Это все, что ты можешь сказать?

– А ты по-прежнему веришь словам? Мыша, я забрал тебя, заберу и детей.

– Не хочу, чтобы пролилась кровь, – с трудом попадаю ногой в штанину.

– Геля, не мороси! Хочешь, я вынесу пацанов из дома по-тихому? Но ведь это не решит проблемы. Высоким сторонам придётся договариваться. Кстати, та клизма, что с тобой живёт, явно ратует за моего братца.

– Не называй её так. Она мне помогает растить твоих детей.

– Респект ей тогда и уважуха. Откуда сия птица прилетела? – Артур допрашивает с пристрастием. Его взгляд пробирает до костей.

– Фати долгое время была домработницей Алекса. Но однажды встала на мою сторону. Мужа своего убила, чтобы помочь нам бежать. Он её тоже в своё время похитил. Если бы не она, мне страшно представить, что стало бы с Юлей в ту ночь. А я как минимум снова вернулась бы в подвал.

– Фати! Фатима, что ли?

– Да. Мне так больше нравится.

– Уверена, что эта мадам не будет нам палки в колёса пихать? – Артур, прячась за занавеской, выглядывает в окно.

– У неё никого нет кроме меня. Ты боишься слежки?

– Я ничего не боюсь, – поворачивается Артур. – У меня привычка контролировать каждый шаг.

– Не самая плохая привычка, – соглашаюсь, застёгивая молнии на ботфортах. – Я готова.

Спускаемся с шестого этажа. Кабина лифта дребезжит и скрежещет. На улице густые зябкие сумерки. Мне неуютно в незнакомом дворе. Артур распахивает дверь забрызганной грязью белой бэхи:

– Прошу вас, мадам.

– Я не мадам, я мадемуазель, – пытаюсь настроиться на игривый лад. Но в памяти то и дело всплывают картины одиннадцатилетней давности.

С тех пор, как увидела в ангаре окровавленные тела своих насильников, больше никому не желала зла. На мне часть вины за смерть пацанов Алекса. От сердца просила небо покарать их. Артур шутить не будет, Алекс тоже на попятную не пойдёт.

– Считай, уже мадам, – Артур усаживается за руль и треплет меня по коленке. – Ангелина Правдина. Звучит, скажи?

– Звучит. Ты обещал поискать серёжку.

– Да, прости. – Артур выбирается из машины, открывает заднюю дверь и рыщет по салону, включив фонарик на телефоне. – здесь нет. Наверное, в ресторане осталась. Ты там так лихо отплясывала.

Артур садится рядом и сжимает кулаки.

– Осуждаешь? – пристёгиваюсь ремнём.

– Нет, но чтобы я больше такого на людях не видел. Дома пляши сколько душе угодно.

Выезжаем со двора. Ищу название улицы. Приморское шоссе. Ехать минут сорок.

– Это твоя квартира? – соображаю как избежать дальнейших встреч с Алексом.

– А что?

– Нам лучше уехать подальше от Зеленогорска. В идеале вообще переехать в другой город. Алекс не оставит нас в покое.

– Почему? Ты же его не хочешь. Или я что-то не понимаю в этой жизни?

– В какой-то момент Алекс наплевал на мои желания. Он берёт своё, и я не в силах противостоять ему. Не знаю, как это объяснить.

– Вместе мы справимся со всеми проблемами, – Артур крепко сжимает мою ладонь. – Только ничего не скрывай от меня.

– Я и не скрываю, – на сердце тяжело так, что в груди больно. – Скорее, прошу о помощи.

– Услышал тебя, – усмехается Артур и, проскочив пост ГАИ, увеличивает скорость.

– Мне очень хорошо с тобой, – чересчур горячо прижимаю руку Артура к губам. – Будто и не расставались.

– Эх, мыша! Столько лет потеряно. Нельзя так говорить, но не могу простить отца. Если бы он тогда не вмешался, всё сложилось бы иначе.

За разговорами доезжаем до Зеленогорска. Заглядываю в прорезь между забором и воротами. В окнах моего дома темно. Девять вечера. Слишком рано для сна. Достаю ключи.

– Сядь обратно в машину, – Артур оглядывается по сторонам.

Послушно возвращаюсь на место, и Артур отгоняет машину за поворот.

– Сиди тихо, мышань. Я проверю дом.

– Боюсь я! – хнычу. – Не ходи. Давай утра подождём?

– Тише, Мыша, я – Дубровский!

Хрипловатый смех любимого успокаивает меня. Артур выходит из машины и блокирует двери. Четверть часа тянется как четверть века. Артур возвращается и заглядывает в машину:

– Норка опустела, детский шкаф тоже. Мадам Фати оставила записку, – Артур протягивает мне сложенный пополам листок.

«Геля, мы с детьми у Алексея. Не волнуйся. Ждём тебя в Сестрорецке», —перечитываю, не веря своим глазам.

Достаю телефон и нажимаю кнопку быстрого вызова под именем «Фати». Артур, постукивая пальцами по рулю, наблюдает за мной.

– Привет, родная! – раздаётся в трубке голос Алекса.

– Привет! – испуганно смотрю на Артура. – Зачем ты забрал детей?

– Манюня…

– Не называй меня так! – Мне больно, точно тупой пилой отрезаю себе руку.

– Маленькая моя, что же ты творишь? – голос Алекса дрожит.

– Зачем ты забрал детей? – слёзы катятся по щекам.

– Приезжай, малыш.

– Нет.

– Пацаны, мамка наша звонит!

Сердце моё разрывается от боли.

– Мам, привет! – в голосе Бориса неподдельная радость. – Папка вернулся. Почему ты не сказала, что он в тюрьме сидел?

– Отец чётко держит удар! Мы с ним уже треним во всю, – выхватывает у брата трубку Глеб и захлёбывается от восторга. – И дедушка был боксёром. Так круто! Я обязательно заберу кубок чемпионов мира.

Язык точно прилип к нёбу, и я сбрасываю звонок.

– Один – ноль, – вздыхает Артур. – Где, говоришь, братец живёт?