Глава 3

Мы прошли по узкому коридору, спустились по широкой лестнице на первый этаж, повернули направо и опять прошли по не очень широкому коридору, остановившись у большой резной двери. Девушка постучала, приоткрыла дверь, заглянула в кабинет и произнесла, не заходя во внутрь:

— Димитрий Евсеич, Варвара Димитривна пришли.

— Пусть войдёт! — послышался из-за двери грозный низкий мужской голос.

— Дорогой, держи себя в руках. Прошу тебя! — раздался высокий тягучий женский.

Передо мной распахнули дверь, и я вошла в кабинет непонятно чьего папеньки. Явно не моего, хотя… В любом случае нужно побеседовать, раз уж меня так настойчиво приглашают на ковер.

Кстати, о коврах. Ковер в кабинете был. Красивый такой старинный с причудливыми узорами трех оттенков коричневого цвета, как и вся цветовая гамма данной комнаты.

Сам кабинет был не очень большим, с двумя высокими узковатыми окнами с одной стороны. На окнах не было штор, просто затянутое морозным узором стекло. Между ними у стены стоял небольшой диванчик-кушетка с двумя креслами с резными подлокотниками, находящимися с разных сторонам от него. На диванчике восседала пышная дама в красивом тёмно-зеленом бархатном платье.

С другой стороны располагалась большая библиотека с множеством различных книг. А в противоположной от двери стороне стоял большой массивный стол-бюро с двумя стульями по разным от него сторонам. За столом сидел блондинистый мужчина, на вид немного за сорок, с не очень длинными такими же, как и у теперешней меня вьющимися светлыми волосами, зачёсанными назад, открывая красивый широкий лоб.

Считается, что люди с таким лбом должны быть очень умными. Ну, что ж посмотрим.

У него были большие выразительные синие глаза, опять же как и у меня, прямой немного длинный аристократический нос, тонкие плотно сжатые губы и красивый аккуратный подбородок.

Да тут и тест ДНК не нужен! Сходство сидящего за столом мужчины с девчонкой из зеркала… Или теперь уже со мной? В общем, сходство было более чем очевидным. Были, конечно и различия, но, если бы в кабинете находилось ещё пару-тройку папенек, то я точно определила бы этого, как моего родного, в крайнем случае, как близкого родственника точно.

Мы какое-то время прожигали друг друга глазами, а затем я, чувствующая себя не очень хорошо, подошла к столу и села на один из стульев.

— Какая наглость! Какой позор! Что за манеры! А поведение! — раздалось с диванчика.

— Марисса! — цыкнул на неё мужчина, бросив строгий взгляд. Затем он посмотрел на меня, глубоко вздохнул, медленно выдохнул через нос и, наконец, произнёс:

— Я жду.

Я ответила ему спокойным взглядом, не понимая, чего он ждёт. А может кого? Ну, если ему хочется чего-то или кого-то ждать, то… Пусть ждёт. Я же не знаю, чего или кого он ждёт. Подождём.

На всякий случай я даже посмотрела на дверь, словно спрашивая: «Чего сидим, кого ждём?»

— Варвара! Мне долго ждать? — теряя терпение, спросил строгим голосом… Папенька.

— Ждать кого или чего? — спокойно, на сколько это было возможно, спросила я всё тем же хрипловатым голосом.

Сил на волнения или разговор на повышенных тонах у меня не было, поэтому эмоциональное общение мне сейчас не потянуть. Вот и отвечала я более чем спокойно.

Интересно, почему такой хрипловатый голос? Неужели у такого милого создания, почти ангела на вид, такой странный голос?

— Жду твоих объяснений! — повышая тон сказал папенька.

— Объяснений чего? — тихо парировала я.

— Димитрий! Ты же видишь, что она просто издевается! Маленькая дрянь! — раздалось раздраженное с диванчика.

— Марисса! — рявкнул в ответ папенька.

— Кто это? — спросила я у него, махнув головой в сторону оскорбившей меня дамочки.

Пристально я её не разглядывала, но смогла заметить, только рыжие волосы, заплетённые в косу, уложенную вокруг головы, словно корона, да довольно пышные формы, выпадавшие из глубокого декольте явно не дешёвого платья.

— Какая наглость! Димитрий! Ты же видишь, она опять…

— Это твоя маменька Марисса, — ответил, словно отчеканил, мужчина, давая рукой знак маменьке замолчать и явно сдерживаясь, чтобы не закричать.

— Как интересно маменька называет свою дочь… Маленькая дрянь… Это теперь так принято? — решила я подтвердить мою догадку.

— Ты мне не дочь! У меня сын! Сын! Наследник! А ты! Ты!

— Мариса, успокойся! Я же тебя просил!

— А что тогда здесь делает эта… большая дрянь, если она не моя маменька? — так же спокойно спросила я, развеяв все сомнения и обращаясь к папеньке.

Вот именно сейчас, честно-честно, мне было абсолютно наплевать кто кем и кому приходится и где я не я нахожусь. Оскорблять себя я никогда не позволяла. И не важно, что сейчас я не выгляжу как обычно, но даже в таком виде никакого снисхождения! Никому!

— Ах ты ж мерзавка! — подскочила ко мне рыжуха, замахнувшись, не скрывая своих намерений.

Она бы, наверно, отвесила мне хорошую оплеуху, но я успела перехватить её пухлую руку своей тоненькой ручкой, вкладывая в этот перехват все имеющиеся у меня силы.

Как же жаль, что у меня теперь такое тело. Если бы только была хоть какая-то схожесть со мной той — реальной, я бы ей эту руку сломала. А так… Пока реальность такова, что той, мне привычной реальности больше нет. Это такие видения или бред?

Папенька тем временем быстро подхватился со своего места, аккуратно отстранил от меня маменьку-мачеху и выставил её за дверь.