Глава 62

После окончания первой в этом году ярмарки время полетело настолько стремительно, что я даже не заметила, как наступила настоящая местная весна.

Конечно же такого понятия тут не было, но вторая половина четвёртого месяца ознаменовалась быстро наступившим теплом, которое только усиливалось с каждым днём. Земля уже хорошо прогрелась, и мы занялись посадками на призамковой территории.

Для этого Альяну пришлось нанять трёх рабочих, которые и подготавливали землю для моего домашнего огорода. В это же самое время начался сезон добычи хрусталей и всё местное мужское население, почти от мала до велика, пропадало на заработках у реки в поисках здешней диковинки — хрусталей или местного жемчуга.

Подготовкой земли под мою блажь, как выражались местные, но не приехавшие со мной работники, то есть под посадки, занимались подростки лет четырнадцати, которые ещё не доросли до первого совершеннолетия и поэтому не могли трудиться на благо семьи, нанимаясь на жемчужные заработки.

Я никак не могла понять почему всё местное население занималось только тремя видами деятельности: хрусталями, ашерром и яблоками. Конечно же большая часть земельных угодий княжества была занята под яблочными садами, но оставалась ещё небольшая часть, которая совсем не возделывалась. На мой взгляд это было чистой воды расточительство, но так думала только я. Все остальные, с кем я беседовала на эту тему, считали обычным и привычным делом зарабатывать на жизнь сезонным товаром и жить всё остальное время на полученные от его продажи монеты.

— А как же тогда ваши отцы решили отойти от привычных яблок и хрусталей и занялись животновод… эм молоком и мясом? — спросила я у моих помощников.

— Так ещё нашим далёким предкам достались тут земельные наделы, вот и пришлось думать, как на них жить, а хрустали и яблоки и так можно добыть, а вот молоко и мясо всем надо. Вот с тех времён и совмещаем, тем более других-то и нет.

Как оказалось, и у мясника, и у молочника, как и у почти любого жителя княжества, который владел хоть каким-то земельным наделом, был свой небольшой сад, приносящий сезонную прибыль. Ну и конечно же всем желающим, достигшим пятнадцати лет, разрешалось добывать хрустали и сдавать их в воластулад, оставляя себе одну жемчужину из сотни. Это я тоже выяснила у Альяна, после того как заметила, что некоторые жители обменивали свой жемчуг у торговцев. К моей великой радости он об этом знал и мне не пришлось ехать в воластулад на разговор с уважаемым уладелом.

Всё это было, конечно же неплохо, но точно не дальновидно. Поработал весной и осенью, сдал жемчуг и яблоки и живи на полученное, ничего не делая, до следующего сезона. Красота! Только вот такое складывание всех яиц в одну корзину хороший хозяин вряд ли бы допустил, вот поэтому я и хотела показать, что есть ещё и другие полезные занятия, которые могут очень даже пригодиться если вдруг что-то пойдёт не так.

На ярмарке не было большого выбора семян и саженцев, потому что такие товары не пользовались особой популярностью. Их покупали в основном горожане, у которых в семье или не было добытчиков хрусталей, или было всего несколько яблонек в саду.

Я купила все виды семян, что имелись в наличии у торговцев, даже некоторые мной неопознанные, а также несколько кустов малины и, если не ошибаюсь, смородины и крыжовника, и ещё два вида кустиков-загадок. Все это было рассортировано и распланировано, где и как сажать.

Так как огородницей я никогда не была, хотя и имела кое-какие представления о том, что и как делать, решила всё же не рисковать и нанять местного «профессионала», для того чтобы получить хоть какие-то результаты, а не «полное» фиаско. Я тут человек новый во всех смыслах, поэтому глупо надеяться только на себя и свой опыт, потому что ещё не факт, что он будет полезным в местных реалиях.

Вот так у нас и появился Сарафим — пожилой, но ещё довольно крепкий и бодрый мужчина на вид хорошо за шестьдесят. Я почему-то ожидала увидеть женщину, но, как оказалось, не угодалось, потому что всеми приносящими заработок в семью делами тут в основном занимались мужчины, а женщины «сидели дома на хозяйстве». И только вдовы, отлучённые от семьи или отделившиеся от неё бессемейные могли работать для своего и своих детей обеспечения. Исключением был лишь осенний сбор яблок, в котором принимали участие все, достигшие первого совершеннолетия, потому что нужно было всё очень быстро собрать за короткий период времени, чтобы не «упустить» урожай.

Всё «посадочное» время мы с Сарафимом, тремя пареньками и любопытными маленькими носами пропадали на призамковой территории, занимаясь нашим огородом.

Строительство на Зайгорке застопорилось, потому что строители ушли на недельную добычу хрусталей, что и обсуждалось заранее. Поэтому у меня и было время на сад и огород, а ещё и на остальные хозяйские дела, которые никто не отменял. Когда схлынет основная «волна» жемчужной лихорадки и останется вылов только мелких жемчужин, тогда и продолжится основная работа на заячьей горе. Надеюсь, что к этому времени и подтопление уменьшится, а может и совсем спадёт.

— Варвара Дмитривна, — начал обеспокоенно Альян, отрывая меня от увлекательного занятия по посадке цветочков с Милашей и Сладой. — Они так и продолжают, как и раньше принимать хрустали.

Он как раз вернулся из города, куда ездил для проверки работы волустоладских бездельников по моим новым образцам «приходов и расходов», начавших поступать хрусталей.

— Значит решили не сортировать, а по привычке всё в одну кучу ссыпать? — спросила я раздражённо, придумывая как их наглядно проучить и заставит работать на благо княжества.

— Нет, так-то они сортируют, а вот выплаты и получение за продажу ведут, как и раньше.

— Как это, как и раньше?

— Указывают просто монеты, не уточняя какие именно.

Ну, что ж, пришлось прерваться от столь интересных и познавательных занятий молодой селянки-полеводки и наведаться в местную управу для того, чтобы вправить мозги зажравшимся воластуладским бездельникам.

Не знаю, правильно ли я себя повела, но, видимо, отрыв от «производства», то бишь посадок, так на меня повлиял, что я даже особо и ни с кем не разговаривала. Зашла к местному казначею, потребовала показать отчёт по уже принятым и проданным хрусталям и решила сразу же забрать княжью долю, чтобы в дальнейшем не отвлекаться и не ездить в город.

— Вот, князья, — улыбаясь лоснящейся лисьей улыбкой, разложил передо мной «гроссбухи» пухлый лысоватый местный чинуша. — Всё точно, как вы и наказывали.

Я пробежалась глазами по заполненным ячейкам, обращая внимание на то, что хрустали действительно были внесены по установленным мною калибрам с соответствующей оплатой за их получения и продажу, а вот какие монеты выплачивались за них и какие получали от продажи, так и не было указано.

— Хорошо, — спокойно произнесла я, просматривая записи. — Значит, я уже могу взять княжью долю?

— Как пожелаете, князья, — сально улыбался он, бросая мимолётный взгляд на моих сопровождающих.

— Вот и ладненько, нам эти сто больших монет сейчас очень даже как понадобятся.

— Конечно, конечно, князья. Сейчас вам всё выдадут… Что⁈ Сто больших монет⁈ Сто маленьких!

— Почему это маленьких? Вот здесь всё правильно подсчитано — княжья доля сто монет.

— Так маленьких же, а не больших, — покрываясь выступившей испариной, промямлил чинуша.

— А где здесь указано, что маленьких? — я показала ему запись в приходно-расходной тетради. — Вот ваша запись «Княжья доля — сто монет». Если вы не указали каких, значит я могу взять любые монеты. Не думали же вы, что князья будет мелочиться? Выплаты княжьей доли только по-крупному. Не задерживайте меня, уважаемый. Моё время на вес золота — стоит дорого. Так уж и быть, я забираю эту долю большими, а прошлые доли пересчитывать не буду. Пока. Ну, а в следующий раз, надеюсь, всё будет как в аптеке?

Чинуша, красный как рак и обливающийся потом, словно стоял под душем, трясущимися руками отсчитал мне нужную сумму, сложил монеты в специальный мешочек, который я препоручила Вету и клятвенно пообещал, что в следующий раз всё будет точно — и монеты, и хрустали.

— Как интересно вы с воластуладскими разговаривали, — помогая нам с Радолиной сесть в карету, произнёс мой охранник.

— Как и должна разговаривать князья — наглядно. И сразу всё всем стало ясно и понятно. Учитесь, Вет, пока я добрая и ещё можно бесплатно.

— Так вы что ж, за такую науку монеты спросите?

— Пока не знаю, но всё возможно, вот и размышляю…

— И с князя тоже спросите за такую науку?

— А князю-то она зачем нужна? Уж не хочешь ли ты сказать, что он такой глуп… эм… несведущий, что нужно и его таким простым вещам обучать? Не беспокойся, Вет, думаю, князь это и так уже знает.

— Как знать… что он знает… — бросив на меня странный взгляд слегка прищуренных глаз и подсадив в карету, словно что-то обдумывая, произнёс он.

Возвращалась я в замок, потирая ручки и планируя, на что можно потратить честно прихватизированную княжью долю. Целых сто больших монет! Это мне есть на что тут развернуться! Часть, конечно, отложу, на всякий случая, часть пойдёт на обустройство замка, а вот третью часть потрачу на развитие княжества. Осталось только подумать на какое. Но это уже и не столь важно, главное есть на какие средства.