Глава 70

Следующие несколько дней я посвятила своему полному выздоровлению и восстановлению, оставаясь в комнате, во избежание официальных выходов к столу на завтрак и ужин, и делая короткие вылазки из замка для прогулок, ну и присмотра за моими садово-огородными посадками. Естественно, всё это я смогла делать в сопровождении и только после одобрения и разрешения Ставара, который даже прослушал мои легкие, используя очень странные предметы.

Один — не очень широкий металлический цилиндр, судя по цвету, скорее всего из орра, который был чем-то похож на литровую банку. А другой — длинная палочка с шариком на одном конце тоже из такого же или похожего металла.

Мой наёмный лекарь, сначала прослушал моё дыхание с помощью цилиндра со стороны спины, а потом и с другой стороны, но уже одновременно постукивая по грудной клетке шариком на палочке.

Удовлетворившись услышанным, он разрешил мне кратковременные прогулки на свежем воздухе во второй половине дня с постепенным увеличением времени нахождения на улице.

— Только вы сразу не спешите. Сначала просто выйдите и постойте рядом с замком, а потом, если будете себя хорошо чувствовать, то можете и немного пройтись.

— Хорошо, как скажете док… лекарь, — поморщилась я, произнося непривычное для меня обращение. — А что это у вас за приб… эм… штучки? — решила я поинтересоваться местным медицинским оборудованием.

— А, это? Это стубб, — показал он мне цилиндр. — А это стук, — указывая на палочку с шариком. — С их помощью я могу слышать чистоту вашего дыхания.

— А оно что, может быть ещё и грязным? — улыбнулась я, цепляясь за использованное им слово.

— Нет, что вы, князья, — ответил он мне тоже слегка улыбаясь. — Дыхание может быть грязным только, если вы вдыхаете нечистый воздух. Уверяю вас, что здесь он очень чистый. А это я так выразился, чтобы сказать, что не слышу ничего странного и необычно при вхождении воздуха во внутрь дыхательного органа. У вас дыхание чистое и я не услышал ничего необычного.

— А если бы услышали то, что было бы? — не переставала я со своими расспросами.

— То вы бы продолжали пить настой Вассы и оставаться в своей кровати и комнате.

— Да, тогда бы пришлось ставить уже банки, а не только настои пить.

— Какие такие банки? — удивился он.

Пришлось поделиться моими знаниями в медицине и рассказать, всё что я знала о простых медицинских инструментах, которые можно было сделать и в местных реалиях.

Мысль о банках и горчичниках мне уже приходила во время болезни Милаши, но тогда было не до того. Приходилось использовать то, что было в наличии. Да и с местным лекарем вряд ли бы можно было «сварить кашу», а вот со Ставаром можно было попробовать. Было в нём что-то располагающее к «не грех и поделиться». Чувствовалась его профессиональная заинтересованность и вовлечённость. Вот я и расслабилась, упомянув то, что не должна бы. Или должна?

Жаль, что познания у меня были лишь общими, да и знала я только очень общую информацию про антибиотики, а то бы и ей поделилась. Хотя, была у меня одна идея и на этот счёт, но об этом нужно будет говорить уже с Вассой.

Ставар внимательно меня выслушал и даже попросил кое-что нарисовать, чтобы было более наглядно. Конечно же я сделала несколько схематических набросков. Он внимательно рассматривал мои рисунки и задавал вопросы для уточнения.

— А откуда у вас такие познания, князья? — спросил он как бы между прочим, разглядывая мои художества.

— Точно сказать не могу, но… Где-то что-то слышала, где-то что-то видела, а где и сама предположила, следуя наблюдательности и логике. Я же не лекарь, поэтому особо и не обращала внимания на это, а тут вот вы и… Да, как-то, к слову пришлось, — ответила я, стараясь говорить правду и не вдаваясь в детали о моих познаниях, чтобы избежать вранья.

Врать я не любила и считала, что лучше такого никогда не делать, тогда и не придётся краснеть, когда вдруг откроется правда. А она, как известно, имеет такую закономерность, как появляться в самый ненужный момент и самое неподходящее время. А так я и не соврала, и не совсем или не всю правду сказала. Недосказанность ведь не ложь?

— Логике⁈ — удивлённо переспросил он и очень странно посмотрел на меня.

Я только пожала плечами и сменила тему разговора, перейдя на то, что меня сейчас волновало больше всего — моё здоровье. Мне показалось, что он понял мою уловку, поэтому и не стал возвращаться к неудобной для меня теме.

В дальнейшем мне становилось всё лучше и лучше и этот разговор с местным лекарем отошёл сначала на второй план, затем на третий, а потом и вообще подзабылся. Правда, вот так думала только я, но не мой наёмный лекарь, который не шёл ни в какое сравнение с местным воластуладским.

Через пару-тройку дней я чувствовала себя уже полностью здоровой и готовой к новым активным действиям. Мне даже удалось наведать Осю, которого теперь вместо меня кормил Вет. Птица, видимо, была более снисходительна к своему предавшему её хозяину и принимала его заботу, а вот я пока видеться с ним не хотела.

Но, скрывайся-не скрывайся, избегай-не избегай, а настал тот день, когда я спустилась к совместному завтраку, где меня уже ждали сидевшие завсегдатаи и Вет, то есть князь. Ивана, почему-то за столом не было, хотя, он тоже был князем, пусть и принятым в род, но это был правящий род Срединного княжества.

Интересно, куда запропастилась Искра? Не выгнал же её князь?

Как только я появилась в местной столовой, он сразу же подошёл ко мне, подвёл к моему месту и помог мне сесть. Сам же расположился на противоположной стороне стола, как раз напротив меня. Получилось так, что мы с ним сидели на разных концах, а остальные присутствующие по правую и левую сторону от нас.

Не знаю, была ли это какая-то местная традиция или задумка князя, но протестовать я не стала. А какой смысл? Если ему почему-то захотелось садиться именно там, то почему я должна быть против?

По окончании моего первого совместного после болезни завтрака в уже привычном мне составе, князь поинтересовался моими планами на этот день и попросил уделить ему несколько времени для совместной поездки на Зайгорку. Его предложение было для меня неожиданным и, конечно же, я очень хотела знать зачем ему понадобилась эта поездка, поэтому я не видела никакой причины отказаться. Любопытно же! Да и надоело сидеть в замке и не знать, как там идут у меня дела со стройкой. А так как Савелия я почти не видела все эти дни, то значит дело движется.

— А меня? Меня тозе, — сразу же запросилась Милаша.

Я не успела ничего ответить, как меня опередил князь:

— Конечно же и ты поедешь с нами, и Дмитрий, и Сладьяна, но только если вы будете себя хорошо вести и слушаться.

Дети обещали полное послушание и ангельское поведение, только бы их взяли на прогулку, где можно будет посмотреть не только окрестности.

Всю первую половину дня я была занята своими текущими делами, которые немного запустила из-за болезни, не переставая думать о предстоящей прогулке.

И вот мы, одевшись по погоде, отправились в путь. Подъезжая к моему маленькому королевству, я увидела то, что привело в восторг детей, а меня в полный ступор. Что это? Это князь такое надумал? И как это понимать?