ГЛАВА 83

К концу июля зарядили дожди и на охоту выходить стало сложней – на третий день сплошного ливня ноги уже проваливались в грязь по колено. Вопрос с деревней так и не был решён, и хотя дичь пока решала проблему пропитания, дожди с новой силой заставляли думать о том, что делать дальше. По вечерам – почти как раньше – Яр сидел в кресле перед очагом или прямо на полу, держа Яну в руках и прижимая к груди. Яна с началом дождей все вечера проводила в вялой дрёме. От свежего воздуха ей вообще постоянно хотелось спать. Пока она выходила на охоту с Яром, в ней кипел какой-то энтузиазм, но теперь, когда можно было просто сидеть, не двигаясь, она то и дело засыпала. Яр гладил её по волосам и иногда целовал за ухом. Яна только морщилась и трясла головой, будто отмахиваясь от налетевшей мухи. После того раза, когда Яр провёл с ней ночь, Яна как-то сама перебралась спать к Яру в кровать. Потом ещё раз, и ещё. Яр был рад, что ему не пришлось просить. С Яной под боком спалось куда лучше, а просыпаясь, можно было прижимать её к себе. Это «прижимать» становилось наркотиком – «прижимать» хотелось вечером, утром и даже днём. На охоте было тяжелей всего, потому что «прижимать» было нельзя, иначе сама охота превращалась в какую-то непонятную романтическую прогулку, и вся дичь уходила из-под носа. Зато вечером они возвращались домой, и Яну снова можно было «прижимать». Яна послушно подставлялась под любые ласки, прогибала шею, когда её касались поцелуи, так чтобы предоставить губам Яра больше места. Раскрывалась навстречу и эта покорность будила в Яре давно забытую, клокочущую злость. Он сам до конца не мог понять, что именно так злило его. Не было чувства победы, которое он привык испытывать, когда пуля входила в добычу. Яна будто бы сдавалась заранее, и невольно опять просыпались мысли – а какой она была с другими? Она также прогибалась и ластилась к каждому касанию губ? Яр помнил, что да. Он так и сяк старался отгонять от себя эти мысли, но, когда Яна таяла в его руках, невольно начинал думать о том, что если получит это тело в свою полную власть – если, конечно, она может быть более полной, чем теперь – то снова сорвётся. Он не хотел причинять боль. Сам понимал, насколько бессмысленно вспоминать старые обиды сейчас. И потому сдерживал себя, ограничиваясь поцелуями и ласками. Просто наблюдая за Яной и стараясь держать себя в руках. – Надо решать, что делать дальше, – сказал Яр как-то, когда они сидели у очага, а в окно стучался бесконечный дождь. Это «надо решать» было странным. Он не помнил, чтобы когда-либо в жизни ему приходилось решать вместе с кем-то, и это сковывало его, заставляло буксовать. Даже в детстве, после смерти отца, он всегда решал сам – за себя и за мать. Советоваться было тем более странно, что у Яны тоже не было никаких идей. Стоило признать, что в целом они бывали, и иногда Яне в голову приходило то, чего никогда бы Яр не придумал сам. Но именно сейчас Яна молчала, и стоило заговорить о будущем – впадала в какой-то потусторонний транс. – Я не хочу уезжать, – сказала она упрямо и сейчас. Даже выпрямилась, выбралась из объятий и замерла, положив руки на колени и глядя в огонь. – Ты хоть представляешь, что тут будет зимой? – спросил Яр. Яна повела головой. Она явно ничего не хотела представлять. – Яна, – Яр тоже сел и попытался притянуть её обратно к себе, а когда Яна ускользнула, просто ткнулся лбом ей в плечо. – Ты же не сможешь здесь жить. Яна поджала губы и упрямо повторила: – Я не хочу уезжать. Помолчала какое-то время и добавила: – Ты станешь таким, как раньше, Яр. Если мы вернёмся назад. У тебя опять будут деньги, сделки… Партнёры… – Яна со свистом втянула воздух через нос. – Я не хочу возвращаться назад. Яр обхватил её за плечи и, мазнув носом вдоль плеча, нащупал в вороте свитера основание шеи. Уткнулся туда, в тёплое от кожи Яны и колючее от шерсти, и зажмурился. Он понимал, о чём говорит Яна. Может, не до конца, но понимал. Он и сам не хотел назад. Здесь так легко было верить, что в мире нет никого, кроме них, а значит – никто не может их разделить. Яр вдохнул глубоко запах Яны, пропитавший насквозь грубую ткань, и потянул её назад, заставляя упасть на застеленный овчиной пол. Яна опустилась на лопатки и теперь смотрела на него снизу-вверх. – Возьми меня, Яр, – попросила она. Так легко и спокойно, что по венам Яра снова, вскипая, поднялась злость. Он загнал её в дальний угол и скользнул руками по бокам Яны. Подцепил края свитера и потянул вверх. Яна немного окрепла, но совсем чуть-чуть. В движениях её появилась какая-то новая гибкость – не плавная, как раньше, а резкая, звериная. Яр рывком перевернул её на живот, так что Яна вскрикнула от неожиданности, и злость тут же осела вниз, уступая место всепоглощающей нежности и чувству вины. Яр склонился над Яной и принялся целовать позвонок за позвонком, чувствуя, как снова тает, расслабляясь, тело Яны под ним. Пой¬мал за¬пястья и по¬тянул их, зас¬тавляя Яну вытянуть ру¬ки над головой. Яна тут же вывернулась и, высвободив их, сложила под головой, так чтобы можно было опереться лбом. Ярик запечатлел у неё на спине последний поцелуй и потянул джинсы вниз – Яна выскальзывала легко, только когда пояс прошёлся по напряжённому бугорку в паху, легонько всхлипнула. Яр не спешил раздевать её до конца. Провёл двумя ладонями по спине и подцепил округлые ягодицы, которые так и хотелось тискать, сжимать. Яна прогнулась, бесстыдно приподнимая бёдра ему навстречу, и Яр, не сдержавшись, отвесил ей сочный шлепок. Яна охнула, но ничего не сказала. Яр потянул наконец вниз серовато-синие боксёры и, спустив до коленей, вернулся обратно к самым желанным местам. Развёл двумя руками бёдра Яны в стороны, рассматривая вход. – Ты спала с кем-нибудь, кроме меня? – вопрос вырвался сам собой. Яна дёрнулась, бросила на него косой взгляд и попыталась встать. Яр тут же прижал её за плечи обратно к полу и, наклонившись, потёрся носом об основание шеи. – Потом, – сказал он уже мягче. – Яр… Яр поцеловал её за ухом и, не обращая внимания на недовольство, вернулся к спине, а потом и ягодицам. Его пальцы сразу же проникли в тугой вход, вырвав сдавленное «ох», и, поймав этот звук, Яр замер. Потом сделал пальцами мягкий круг и насмешливо произнёс: – Говори со мной. – Че… ох…. Яр толкнулся пальцами сильней. – Так хорошо? – Яр! – новый всхлип. – Я серьёзно, Яна, – Яр убрал пальцы и, перевернув Яну на спину, заглянул в глаза. – Вернись, а? Яна поёрзала, пытаясь трением о шкуру восполнить потерю, и тут же поймала новую усмешку на лице Яра. – Яр! Яр уселся на пятки и потянул болтавшиеся на бёдрах Яны трусики вниз. Яна прогнулась, позволяя раздеть себя до конца, а как только кусок ткани был отброшен в сторону, Яр пой¬мал её ко¬лени и раз¬вёл ши¬роко в сто-роны, а сам усел¬ся меж¬ду ни¬ми, так что те¬перь Яна вся была пе¬ред ним, рас¬кры¬тая и без¬за¬щит¬ная. – Можешь просто трахнуть меня, а? – Яна к тому же тяжело дышала. – Тебе правда нравится, когда тебя дерут? – спросил Яр, прогуливаясь ладонями по её бёдрам, приближаясь к промежности и снова убирая руки. – Когда ты, Яр! – в голосе Яны звенела обида, такая знакомая, что отголоски её звона Яр услышал внутри себя. Он убрал руки и, поставив их по обе стороны от плеч Яны, склонился над ней, вглядываясь в глаза. – Ты всегда будешь думать, что я шлюха, да? Яр не дал ей договорить, накрыл губы Яны своими, сцеловывая собственное имя с её губ. – Просто скажи это, – произнес Яр, лишь чуть отрываясь от её губ, так что дыхание скользило по губам Яны и будило в теле сладкую дрожь. – Сказать, что я шлюха, да? – Скажи, что тебе нужен только я. Яна прикрыла глаза, но Яр тут же поймал её под затылок одной рукой и сжал, так что глаза открылись сами собой. – Смотри на меня. Яна вывернулась и коснулась поцелуем его губ. Руки скользнули по бокам Яра, проникая под свитер, касаясь голой кожи и сжимая так же сильно, как её саму сжимал Яр. – Мне нужна только ты. – Если я поверю тебе… – Яр сглотнул. – Если поверю, ты меня не предашь? – Я когда-нибудь тебя предавала? Яр покачал головой и обмяк, утыкаясь носом ей в плечо. Яна медленно гладила его по спине какое-то время. Возбуждение спадало, но жажда не девалась никуда. Она скользнула ниже, под джинсы, сжимая ягодицы Яра и притискивая его к себе, пах к паху, живот к животу. – Если ты не трахнешь меня сейчас, то я сама трахну тебя, – прошептала он на ухо Яру. – Не могу больше. Ты всё время рядом. Я всё время тебя хочу. Яр сдался. Он не заметил, как руки Яны стянули с него джинсы и бельё – только то, как сам подхватил Яну под бёдра, закидывая её ноги высоко, даже не себе на плечи, а просто сгибая вдвое. Ткнулся головкой в тугой вход и тут же вошёл до конца. Яна охнула, и Яр ощутил, как её тело пульсирует внутри, силясь принять. Секунду он смотрел, как плотно обхватывает его член тугой вход, а потом наклонился и поцеловал Яну в губы. – Говори со мной, – прошептал он. – Просто трахай и всё! – Яна вцепилась в него двумя руками и дёрнулась навстречу, насаживаясь ещё глубже, так, что яйца Яра шлёпнулись о её бёдра. Яру казалось, что он разделился на две части. В одной бушевали ярость, похоть, неутолимое желание вбиваться без пощады, проткнуть насквозь. Другая смотрела как бы со стороны. Её затопила всеобъемлющая нежность. Эта, другая, смотрела в глаза Яне, тянулась целовать её, тонула в ней с головой. Яр качнул бёдрами, врываясь ещё раз – и ещё. Яна судорожно цеплялась за него и дёргала бёдрами навстречу, с трудом попадая в ритм, но делая от этого каждое движение болезненней, острей и вкусней. – Ещё… – прошептала она, заметив, что Яр замедляет ход. Поймала его ягодицы и толкнула в себя с такой силой, что Яра накрыло бушующим оргазмом. Яна тихонько взвыла и тоже утонула в наслаждении. – Чёрт… – выдохнула она. – Мало. Мало тебя. Хочу ещё. Яр рассмеялся – он слышал свой смех будто бы со стороны, будто бы смеялся не он, потому что сам он всем своим существом был ещё в Яне и не мог думать ничего. – Столько лет, Яр… Зачем было мучить меня столько лет… Яр покачал головой и уткнулся носом ей в плечо. Потом Яр ещё долго смотрел, как обнажённая и распалённая после секса Яна дремлет у него в руках. Ему не хотелось ничего – разве что заламинировать этот момент, вставить в рамочку и остаться в нём навсегда. В конце концов он всё же растолкал Яну и полусонную потащил наверх, уложил на кровать и, укрыв одеялом, забрался к ней сам, но уснуть так и не смог. Яна завертелась, когда за окном уже забрезжил рассвет, перевернулась в его руках и, подложив локоть под голову, посмотрела на лежащего на боку Яра сверху-вниз. – Ты опять не спишь? Яр покачал головой и откинулся на спину, глядя в потолок. – Это хотя бы не из-за меня? Яр снова качнул головой. Какое-то время царила тишина, а затем он произнёс: – С тобой я почти могу уснуть. Так было всегда. – Всегда? Яр кивнул. Помолчал, а потом просунул руку под бок Яны, подтягивая к себе, и продолжил: – Всё время какая-то дрянь в голове. Понимаешь, Яна… Яна подождала продолжения, но когда оно так и не прозвучало, накрыла живот Яра свободной рукой, погладила и произнесла: – Хочу понять. Яр поджал губы на секунду. – Стены давят. Засыпаю, просыпаюсь и кажется, что я опять там. – Там было так плохо? Яр качнул головой. – Сначала – нет. Да и потом… Всё, в общем-то, обошлось. – Тогда что? Яр облизнул губы. – Я просто… Ничего не мог. – Ярик… – Впервые в жизни я вообще ничего не мог. – Ярик, – повторила Яна и накрыла его рот рукой, заставляя замолчать. – Я рада, что ты вернулся ко мне живой. Я рада, что это ты смог. Яр прикрыл глаза и шумно выдохнул ей в ладонь. Прижал её на секунду плотнее, целуя, а потом убрал. – Разве я буду нужен тебе, если не смогу тебя защитить? Если не могу защитить даже себя? – Ярик, я не маленькая. Меня не надо защищать. Яр посмотрел на неё. – Тогда что? Что тебе нужно от меня? – Ничего, – Яна пожала плечами. – Просто ты. Она замолкла, не зная, как ещё объяснить. – А что тебе нужно от меня, Яр? Яр смотрел секунду молча, а потом усмехнулся и покачал головой. – Просто чтобы ты была. – Ну вот и всё, – Яна убрала локоть из-под щеки и опустила её Яру на плечо, а потом добавила: – Я не могу без тебя, Яр. Я пробовала. Не получилось ничего.