Глава 56. Новые границы. Мать

Аслан

Хлопнув дверью машины, сделал решительные шаги в дом своего отца. Утренняя тишина гостиной, тикающие на стене часы, цветы на небольшом журнальном столике. Вроде уютно, но пусто.

Открыл на всю плотные шторы, сделал себе чашку крепкого кофе, сел на диван в ожидании, когда семья проснется.

— Аслан, — мать взволнованно выдохнула моё имя. Она всегда рано встает, так что я ничуть не удивился ее появлению здесь в такое время.

— Поговорить приехал, — Валида Зауровна плавно присела в кресло напротив меня.

— Надеюсь, ты передумал насчет Карима? Он же твой брат, — так и знал, что начнет давить на жалость и совесть. Не шелохнулось ни то, ни другое.

— Не говори со мной о нем. Я запрещаю. Карим — предатель. Тема закрыта. Говорить я буду не о нем, а о себе, своей жене и нашем совместном будущем. Мы нарисуем новые границы, и всем их придется соблюдать, чтобы не потерять ту часть семьи, что еще осталась.

— Я тебя не понимаю, Аслан, — мама села удобнее, сложила на коленях руки.

— Ты и сестренки — моя семья. Как единственный мужчина, я буду продолжать о вас заботиться, обеспечивать, помогать всем, чем смогу. НО! И это очень важное «но», мама. У меня есть Аня. И это тоже моя семья. Мне не нужна вторая жена. Я хочу одну — свою маленькую Амирову. Быть только с ней, любить только ее, растить вместе детей. Это и есть граница, мама. Вы — это одна половина моего сердца, Аня — вторая. Вы не можете существовать друг без друга, ведь человек не может жить только с половиной сердца. Нужна лишь гармония, чтобы оно билось ровно, не задыхаясь от постоянных раздоров. Не надо постоянно упрекать ее. Ты должна уважать мой выбор и принять его. Не влезать в наши с ней отношения и нашу постель. Мы в состоянии разобраться сами. Я хочу приезжать в гости, собираться всем за одним столом и не быть громоотводом для двух дорогих мне женщин — матери и жены. Ты можешь научить ее мудрости без давления, упреков и обвинений, а Анюта внесет немного свежести в этот дом. Хочу привозить к тебе внука, а он у тебя обязательно будет и это тебе тоже нужно принять. И ты будешь баловать его, как и положено бабушке, но не пытаться учить нас, как воспитывать этого ребенка. Если мне нужен будет совет, я приду и спрошу. Хочу, чтобы Аня перестала бояться сюда приезжать и когда ей понадобится женский, материнский совет, могла приехать к тебе, и вы будете говорить. Пусть она жалуется на меня, если я не прав. Я прошу тебя принять ее и поддержать.

В просторной комнате повисла тишина. Мать нервно потирает ладони, сгибает, разгибает пальцы, сжимает губы в тонкую бледно-розовую полоску. Даю ей время все обдумать, разложить в голове. Просто пью кофе наслаждаясь теплыми лучами солнца, заглянувшими в гости через окно.

— Асик приехал! — обрадовалась младшая сестренка, сбежала со ступенек, обняла сзади за шею, чмокнула в щеку. — Мам? Все хорошо? Вы опять поругались? — щебечет Амина.

— Нет, — глажу ее по руке. — Все хорошо. — Покормишь старшего брата?

— Конечно, — мелкая соскучилась. Она снова чмокнула меня в щеку и умчалась в сторону холодильника. — А ты чего хочешь, Ас?

— Пофиг. Все сожру, — улыбнулся ей.

Давно мне дома не было так легко. Сам виноват. Сам допустил. Слишком много всего свалилось после смерти отца. Не вывез, но я наверстаю. Мне есть ради кого это делать.

— Аслан, — заговорила мама. — Но ведь люди говорят… Старший Амиров без наследника. Я хотела… — она подбирает слова оправдания.

— Мне плевать, что говорят люди, мама. Гораздо важнее, чтобы у нас в семье все наладилось. (3303c)

Она снова замолчала. Я не давлю. Ей надо это переварить и принять, выбора просто нет.

Амина накормила меня завтраком. После бессонной ночи глаза стали закрываться сами.

— Иди поспи, — мать погладила меня по волосам выдергивая из дремы. — Все будет хорошо, — ее сухие губы коснулись моего виска. Я ответил ей поцелуем в макушку. Крепко обнял эту маленькую вредную упрямую женщину и ушел спать. За руль в таком состоянии нельзя, а у меня до вечера еще одна важная встреча.