Глава XXXIV. Маша

Выписавшись из больницы, я дала себе обещание, что впредь буду думать только о себе и детях. Мужчины, переживания, тревоги были сейчас ни к чему, и с этим Светлана Ивановна согласилась на все сто процентов. Я накупила себе всякой полезной еды, дождалась доставки до квартиры и, заперев дверь за курьером, блаженно выдохнула. Все! Отныне просто прогулки, много фруктов и овощей, какие-нибудь глупенькие комедии по телевизору и больше ничего.

Так я думала ровно до тех пор, пока не увидела на экране телефона входящий вызов от Агаты. Божечки! Сердце мое пустилось вскачь, да так резво, что едва не выскочило из груди.

— Я слушаю, — осторожно ответила на звонок, решив, что положу трубку сразу же, как только пойму, что Полянская звонит мне с плохими намерениями. Но услышав голос Агаты, успокоилась.

— Маш, привет. Как твои дела?

Странно. Обычно начальница редко интересовалась моим житьем-бытьем, но я списывала это на то, что Полянская держала дистанцию с подчиненными. Такая субординация, ничего больше. Но ведь сейчас я уже не вхожу в список стаффа Агаты, может, дело в этом?

— Добрый день. У меня все хорошо. — Я сделала паузу, решая, стоит ли задавать следующий вопрос, но в итоге сделала это: — А у вас?

— У меня тоже все хорошо. Скажи, мы могли бы где-нибудь встретиться?

Этот вопрос застал меня врасплох. Встретиться мы конечно же, где-нибудь могли, вот только зачем?

— У вас ко мне какое-то дело?

— Только разговор и больше никаких дел. Так что?

Вообще-то нам не помешало увидеться. Официально я все еще считалась трудоустроенной к Агате, и это нужно было тоже как-то обговорить.

— Можем где-нибудь в кафе посидеть. Только, если вам удобно, поближе ко мне.

— Удобно. У тебя там Чай-Хауз был рядом, я сейчас подъеду. Полчаса на сборы хватит?

Голос Полянской был вполне дружелюбным, и я успокоилась окончательно.

— Хватит, да. Я буду через полчаса.

Я положила трубку и озадаченно уставилась на свое отражение в зеркале. Чего от меня хотела Агата, я знать не могла, но собиралась выяснить это в ближайшее время.

— Ты хорошо выглядишь, — кивнула мне Полянская и оглядела с ног до головы. Немного задержалась взглядом на животе, но тут же отвела глаза. — Присаживайся.

Я устроилась напротив Агаты. Она тоже выглядела, как и всегда, роскошно. Даже неудобно стало из-за того, что я толком не накрасилась перед этой встречей. Да и плевать! Уже давно привыкла, что когда мы рядом, все взгляды достаются Агате Эдуардовне.

— Вы хотели меня видеть по какому-то делу? — осторожно поинтересовалась я. Агата кивнула и улыбнулась.

— Мы с тобой плохо расстались, когда виделись в последний раз. Она наморщила нос, так и не пряча улыбки, а я залилась краской.

— Я не думала, что все получится именно так, — призналась я и уделила внимание меню. Подошедший официант ненадолго избавил нас с Полянской от необходимости продолжать разговор, а когда отошел, Агата заявила:

— Что было, то прошло. Раз уж все повернулось так… — Она неопределенно помахала ладонью в воздухе. — И все же я хотела бы ясности.

— Ясности в чем?

— В том, как это получилось. Каким образом ты умудрилась забеременеть от Давида. И главное — когда?

Первые пару минут я просто сидела, смотрела на свою начальницу и не знала, стоит ли рассказывать обо всем. Она же не подгоняла меня, не настаивала ни на чем, просто ждала ответа. И я решилась.

— В этом нет ни моей вины, ни тех, с кем я провела ночь. Все случилось на той вечеринке… на мальчишнике, помните?

— Я помню, — кивнула Агата, и прищурила глаза. — И ты сказала «тех». Их что, было много?

— Нет! Нет, что вы… Их было двое.

И я рассказала ей все. Как меня приняли за шлюху (весьма ожидаемо, надо было сказать), как я выпила вина с афродизиаком, о котором ничего не знала. И как переспала одновременно с Алексеем и Давидом. И у меня как будто камень с души упал. Вот, что мне нужно было сделать сразу же, как только я вернулась с мальчишника!

— Значит… они трахнули тебя вдвоем, — утвердительно произнесла Полянская, и голос ее дрогнул.

— Мы все не виноваты. Я собой не владела, а они думали, что с ними шлюха.

— Понятно. — Агата откинулась на спинку стула, сложила руки на груди и посмотрела на меня изучающе. Не знаю, что уж там хотела увидеть, но я была с ней честна.

— Значит, ты можешь быть беременна не от Давида, а от Алексея? — уточнила она.

— Да. Или от обоих сразу. У меня будет два ребенка.

Брови Полянской поползли вверх, но она быстро совладала с собой. А вот мне стало не по себе. Вдруг она решит использовать эту информацию в своих целях? А хотя, что она может сделать? Дети уже имелись, а от кого я их носила, станет известно, когда они родятся.

— Хорошо, — наконец кивнула она. — Я благодарна тебе за то, что ты была со мной искренна. Хоть и немного запоздало, — криво улыбнулась Агата.

— Я просто не знала, как вам в таком признаться.

— Я понимаю. Но ты знаешь, я даже рада, что твой дядя не выдержал и пришел на нашу свадьбу со своими новостями.

— Правда?

Я ошарашенно посмотрела на Полянскую, но, кажется, она отвечала искренностью на мое признание.

— Правда. И если тебе нужны услуги хорошего гинеколога, ты можешь обратиться ко мне. Я найду самого лучшего.

— Нет, спасибо. Вы только не обижайтесь, но у меня отличный врач.

— А мне-то что обижаться?

Агата подернула плечами и, взяв сумочку, поднялась из-за столика.

— До встречи, Маша, — попрощалась она напоследок и, не успела я ей ответить, ушла, оставив меня в легком недоумении и с надеждой на то, что сегодня я не совершила фатальную ошибку, когда давала согласие на эту встречу.