Глава 25

– Пупсик, ты напрасно упрямишься. Я привыкла всегда получать то, что хочу, – напускная невинность и беззащитность слетела с неё точно шёлковая маска, клычки удлинились втрое против прежних размеров.

– Отстань от меня, ненормальная. Терпеть не могу чистокровных белобрысых вампирок. К тому же я умею считывать чужие эмоции и воспоминания. Меня не интересуют брёвна, детка. Я уже давно вышел из того возраста, когда гонятся за количеством. Качество наше всё. Иди к Кану. Раз уж ему выпала горькая судьбина быть твоей Истинной парой, крошка.

– Я превращу твою жизнь в ад, наглец, если ты не уступишь мне! – Илимэ никак не могла взять в толк, что её маска выглядит куда привлекательнее для мужчин, чем вот эта воинственная беспардонность закоренелой амазонки с большим приветом, которая никогда не дружила с собственной головой и не планирует это делать в обозримом будущем.

– Отстань от меня ненормальная. Мне нет дела до того, что если твоего папашу прибьют, ты унаследуешь «Поцелуй вампира». У меня есть свои владения, только все старые подружки мне порядком приелись. Встретить же женщину своей мечты мне пока не удалось. Точно знаю, что это точно не ты, детка. Проваливай, пока я не рассердился и не отшлёпал тебя, дурында, как глупую сопливую девчонку, только недавно вошедшую в возраст любви.

– Нахал, у тебя совсем нет вкуса! – прошипела Илимэ, но поймать жертву своего произвола ей не удалось.

– Сестрёнка, ты достойна всего самого лучшего. Любить таких мужчин, на которых уже клейма ставить некуда, удел таких полукровок, как я. Поверь мне, моя госпожа, – наши с Чаром колдовские плетения уже распахнули коварную медовую ловушку для владетельного Хурира. Он никогда не позволит тебе совершить страшную ошибку. Демоны совсем неподходящая пара для вампиров. Они быстро надоедают друг другу. Моя мама суккуба вынуждена была уйти и оставить меня тут. Неужели ты хочешь такой же судьбы для своих детей? К тому же, таких потомков, как я, никто не признает законными. Ведь в наших венах течёт не только аристократическая кровь рождённых в браке вампиров.

Илимэ и так, и этак подумала, и не нашла к чему придраться. На Хурира было смешно смотреть. Ненужный сейчас лоск слез с него точно рваный носок со ступни. Чёрный язык вывалился набок. С него обильно капала слюна. Точёная блондинка со смуглой кожей и распутными глазами оттенка красного янтаря оказалась именно той, о ком он бредил долгими одинокими ночами последние лет триста.

Наследница владельца «Поцелуя вампира» брезгливо наморщила чуть курносый носик и нехотя согласилась под тяжёлым и обещающим хорошую порку взглядом собственного отца:

– Пожалуй, Маримма, ты как всегда совершенно права. Мне совершенно не к лицу увлекаться всякими рогато-копытятыми ничтожествами. Фу, какой стыд! Увидел полукровку незаконнорождённую и превратился в сливочный овечий сыр! Какое бесстыдство! – только Кан ей уже порядком надоел, а люди в этот ночной клуб, по вполне понятным причинам, и носа не казали. – Ладно, пойду я посплю одна для разнообразия. Сегодня в Гостевой зале нет ни одного достойного моего внимания мужчины, – и она ушла к себе, грациозно покачивая соблазнительными бёдрами, туго обтянутыми эластичной юбкой коротенького платья из изумрудной парчи.

Тут зеркало показало нам сначала, как Хурир забрал свою находку в свои владения. Больше этот демон не посмотрит ни на какую другую красотку. Ведь даже на миг оставить без присмотра знойную брюнетку означало только то, что к ней под бочок тут же кто-нибудь завалится. Никто в здравом уме и не подумает, что суккуба будет хранить верность даже собственному Истинному. Это противоречит её природе. Поэтому единственным выходом из пикантной ситуации было постоянно держать Маримму рядом. Лучше и провести через свадебный обряд. Тогда никто не сможет разевать пасть почём зря. Ведь даже у демонов муж всегда имеет требовать ласки от собственной супруги в любое время дня и ночи, а та не имеет права ему отказать ни при каких обстоятельствах.

Потом парочка ушла, чтобы пройти через особый ритуал. Хурир справедливо опасался, что на его спутницу найдётся множество других охотников. Только делить эту женщину он ни с кем и никогда не собирался. Конечно, это не была в чистом виде любовь, которую способны были испытывать все расы, кроме этой, но и такого счастья достигал далеко не всякий мужчина из его племени.

Потом зеркало показало нам мечущую от злости громы и молнии Илимэ. Тут она увидела, что Кан сладко посапывает на её постели. От такого отнюдь не умиротворившего её зрелища кровососка словно взбесилась. Она схватила беднягу за ногу и без церемоний стащила на не слишком чистый пол. Брюнет с ужасом распахнул глаза и вспомнил, когда в последний раз перед побегом из «дровского рая» его точно так же неуважительно тащила в свой будуар тамошней Владычицы.

Здесь же весь ужас заключался в том, что путь лежал сначала в коридор ночного клуба, потом к заднему входу. Бедняга нижней челюстью пересчитал буквально все ступени десяти лестничных пролётов. Потом Илимэ собрала свои могучие силы и швырнула его прямо в мусорный контейнер. Тот как раз грузили на машину, чтобы вывезти за город и сжечь на полигоне с остальным хламом.

– Бай-бай, пёсик. Не вздумай снова пытаться напроситься на рандеву. Ты глуп как пробка и жуткий неумёха. Поищи другую дуру, которая будет тебя развлекать и терпеть твоё неподражаемое нытьё по поводу, а чаще и без намёка на него. Род аккомпанемент из тоскливого волчьего воя и мерзкого хихиканья вздорной девицы «карета прынца» отчалила восвояси.

Мне даже стало слегка жалко нашего «Великого Помоечного Хана», но только совсем чуть-чуть. Илимэ нас не интересовала, как и парочка с демоном. Ведь главным зачинщиком, который подбил Кару и Макса на откровенную глупость и гадость оказался именно он. Значит, большая часть шишек и тумаков по праву должна достаться именно ему по непреложному закону колдовского отката.

Когда чары вампирши чуть ослабли, оборотень внезапно осознал, что его выкинули точно мешок с разным хламом в канун Нового года. Так его ещё не унижали ни разу в жизни. Даже дровская Владычица Дома Волчьей Луны Олора Алеанур. Он возмущённо рыкнул и пообещал себе, что отомстит кровососке.

В голове раздался голос Владетельного демона Хурира:

– Мерзкая баба посмела мне угрожать. Она обижала мою Маримму. Кстати, приглашаю тебя на Венчальный обряд. Это моя Истинная пара. Никакая другая женщина не будет наполнять мою суть и не подарит мне внутреннее равновесие. Только в таком состоянии моё могущество раскроется полностью. Все мои таланты и способности помогут мне вызвать злобу и зависть других Владык моего народа. Они уже пытались выкрасть мою суженую. Поэтому мне следует поторопиться с церемонией.

– Хорошо, Хурир. Заодно наберу травок, которые почти вышли. Мне надо услать мерзкого дроу туда, откуда сестрёнка его приволокла и наложить лапы на Нессу. Эта кошка проклянёт тот день, когда посмела отказать мне.

– О да, повелитель, они поплатятся за дерзость. Я сварю такое зелье, что все ваши враги превратятся в летучих мышей, а их гаремы достанутся вам, – Кан даже облизнулся от предвкушения милостей, что посыплются бриллиантовым дождём на его черноволосую голову.

– Да на фиг мне сдались демонессы или другие бабы? Мне нужна только Маримма. С ней вместе мы однажды станем единственными правителями Потаённых Подземелий демонов. Ты же станешь моим придворным колдуном. Оставь Нессу и Чара в покое, если не хочешь, ещё сильнее пострадать от последствий собственной глупости из-за отката.

– Как пожелаете, но мне нужна одна лишь наглая драная кошка Несса.

– Нет. Иначе ты очень сильно пострадаешь от колдовского отката, дурень! – демон начинал злиться. Он даже грешным делом подумал, что лучше совсем никакого придворного колдуна, чем такой полный придурок с напрочь отключившимся чувством самосохранения. – Хочешь служить при нас и как сыр в масле кататься, откажись от этой заведомо провальной идеи.

– И не подумаю, но я превращу всех ваших врагов в летучих мышей, – важно пообещал бестолковый волколак.

– Нет. Уже много тысячелетий мы не посягаем на чужих наложниц и жён, земли, богатства. В такой обстановке каждый получает достаточно прибыли и наслаждается жизнью без опасности получить яд или нож в спину от собственных приближённых и ближайших соседей. Ты можешь собирать травы, когда пожелаешь. Я дал клятву, которую не в состоянии нарушить. В любом случае, ты можешь собирать растения для колдовства. Я благодарен тебе за встречу с несравненной Мариммой. Но…

– Но? – чёрная бровь оборотня вопросительно изогнулась над наглым бесстыжим изумрудным глазом.

– Если мне даже почудится, что ты решил замутить с моей Истинной, от тебя и клочка серой шерсти не останется! Надеюсь, мы поняли друг друга правильно?

– Повелитель Хурир, я предпочитаю неко. Вы можете быть абсолютно спокойны. Я никогда не посягну на вашу избранницу даже в мыслях! – торжественно провыл Кан, приложил ладонь левой руки к сердцу и дал нерушимую клятву, что этого не произойдёт никогда.

После чего с достоинством поклонился и удрал собирать нужные ему компоненты в этой пропитанной тайными силами долинке.

Мы с Чаром немного понаблюдали за тем, как Кан собирает разные травки, корешки, листики, бутоны, веточки, почки, семечки, лишайники и мох. После чего холодно попрощался с будущими супругами и пообещал, что будет на ритуале Слияние Судеб. Затем удалился к себе.

Только отдыхать он не собирался. Редкое сырье следовало промыть, высушить, приготовить порошки и готовые составы, чтобы они не утратили своих полезных для колдунов и лекарей свойств. Поэтому оборотень прилежно привёл всю добычу в годное для безопасного и длительного хранения.

Потом принял ванну, привёл себя в порядок и отправился разбирать накопившиеся за день бумаги и письма. В отличие от своей сестрицы, у него в делах царил безупречный порядок.

Тут он услышал за спиной подозрительный шорох, а потом почувствовал, как ледяные руки с острыми ноготками опустились ему на плечи. Холод ладоней пронял его даже сквозь толстую ткань тёмно-синего махрового банного халата.

– Кто здесь? Проваливай! – угрожающе провыл он, но никак не ожидал услышать приторный голос Илимэ:

– Пупсик, признаюсь, что погорячилась. Только твой дружок не имел права так низко поступать со мной! С ума сойти! Он! Он! Он посмел предпочесть меня полукровке Маримме.

– Детка, ты – совершенная дура! Маримма его Истинная пара. Я вот на своей не женюсь никогда. Уж лучше прямо перед ЗАГСом сожру любые удостоверяющие мою личность документы!

– Кан, кто она?! – светло-золотистые волосы скандалистки встали дыбом, голубые глаза веяли февральской стужей, клыки удлинились настолько сильно, как оборотень ещё никогда не видел за всё время их довольно непродолжительного знакомства.

– Илимэ, проваливай! Ты отправила меня на помойку. Как старую ветошь, когда выбрасываешь мусор и разный хлам в канун Нового года! – он открыл гримуар и прилежно зашелестел страничками, чтобы найти заклятье, что навсегда избавит его от домогательств этой беспардонной блондинки.