Глава 6

Аллийская академия силы. Кабинет ректора

За окном кружила буря. Да такая, какой в столице не было уже долгие годы. Злая метель бросала в окна комья снега, наваливая сугробы выше человеческого роста за несколько часов.

Лёд расписывал узорами стекла, белесыми дорожками наползал иней.

— Дарк остановись! Ты переходишь уже всякие границы! — тот, кого называли Ильданиром Стужей, сделал шаг вперёд и замер, не решаясь подойти к застывшей спиной к роскошному столу из темного дерева фигуре.

Льдисто-белая коса балансирующего на грани полукровки злобно шевельнулась.

— До него не достучишься, оставь. Мы тут все хороши, — мужчина в темном дорожном плаще, который так и не успел снять, устало потёр виски, откидываясь на спинку ректорского кресла.

Айсар Тарелл вернулся в Академию вчера поздним вечером. И успел как раз к началу бури.

— А что прикажете делать, когда он выйдет от ярости из себя? — ядовито бросил альгарил.

И получил в ответ почти безразличное:

— Полно, мальчик отлично себя контролирует. Иначе тут был бы не снег, а Второе нашествие Тьмы.

Не надо второго. Тут ещё от первого не знаешь, как конюшни разгрести.

— Аргонар знает? — ледяной был дивно корректен и даже почти не плевался ядом. В конце концов, в одной яме сидят. И косточки императорские личи у обоих если что обгладывать будут.

— Тут трудно не заметить, — боевой некромант задумчиво разглядывал свои черные когти. Неужели не подточил какой? — Даркарен очень талантливый мальчик.

— И? Я должен тебя пытать?

— Это было бы забавно, — хихикнули из-под капюшона. Тот, наконец, спал, и на начинающего тихо звереть ледяного уставились два наглых бордово-золотых глаза, смотрящих с лица мальчишки лет пятнадцати от силы.

Еще немного — и начнет ногами в воздухе болтать.

— А ты опять омолодиться решил? Не надоело? Ещё и мозгами двинулся? — раздражение прорвалось неуместной грубостью.

Стужа перевел взгляд на закаменевшую спину Дарка и сжал зубы.

— На все воля Тьмы Великой. Ты же не станешь упрекать свою Мать за то, что она заботится о неразумных детях? Вот и не лезь, куда не понимаешь! — звонкий голос разрезал вязкую атмосферу напряжения.

Подросток спрыгнул с кресла и оглушительно хлопнул в ладоши. В тот же момент воздух за окном зазвенел, запел, зашептал что-то, окутывая душу ледяного магией зимы, и…

Воздух там, за окном, буквально кишел духами. Их были сотни. Тысячи. Маленькие ледяные трилле, светло-серебряные авай, куколки с острыми зубами, бабочки, стрекозы, снежинки, парящие над землёй невиданные птицы и напружинившиеся звери с оскаленными пастями…

И все они послушались тёмного мага!

И начали сами успокаивать бурю.

Белая коса Дарка чуть качнулась и начала стремительно чернеть.

Ректор сделал ещё шаг — и бесцеремонно похлопал молодого мага по плечу:

— Ну хватит сырость разводить. Ты о людях подумал, а? Сам пташку упустил, змеев под боком проморгал. Хватит зубами скрежетать. И не сверкай глазами, ученик, со мной тебе не сладить. Но… можешь попробовать!

Нежная усмешка на детском личике в один миг обернулась хищным оскалом.

И в этот момент Даркарен обернулся.

Ильганир полуприкрыл глаза, сжав пальцы в кулак. В нём всё же было слишком много тьмы. Наследие отца брало верх над материнским, несмотря на воспитание.

Чернильно-черные глаза без малейшего проблеска белка и зрачка сияли на лице, испещренном черно-серебристыми движущимися узорами.

От сжатых кулаков расходились волны тьмы.

Один удар сердца. Два. Три. И тьма уходит, оставаясь лишь на донышке глаз.

Маг едва слышно вздыхает, скашивая глаз в сторону окна, где не осталось ни следа туч — и уже ярко светило зимнее солнце.

— Умеешь ты подбодрить, Айс. Что известно по текущему расследованию? Местоположение удалось установить? — голос тёмного звучал невыразительно и тускло, с какой-то жуткой ноткой. — Как проникли? Кто помогал?

— На самом деле всё довольно просто, — ректор чуть склонил голову, отчего непослушные волосы тут же легли на глаза. Всё ещё слишком короткие, — хотя Ирий сейчас сообщит нам подробности, но могу тебе сказать сразу — охрана не виновата. Не того уровня ребята, чтобы предотвратить подобное вмешательство. Действовали довольно топорно, но с огоньком — зелье эйфории в вине. От него многие начинают вести себя чрезмерно неадекватно, но никакого подозрения подобные шутки даже на балах не вызывают. Сам знаешь — не сумел защититься от такой мелочи — сам и виноват. Но дело даже не в этом. А в том, что все утверждают — девица в полном здравии дошла до собственных апартаментов и после легла спать. А её сопровождающий вернулся на праздник.

— Морок? Материальная иллюзия? Когда обнаружили, что это не так? — отрывистое.

— Обнаружили скоро, но не мы сами, — юное лицо дарха Тарелла исказилось от злости, — духи зимы подняли тревогу и расцарапали куклу. Вот только это оказался искусно созданный голем. Вместо сердца — кристалл с кровью.

— Вот как, — мужчина прикрыл глаза.

Прячет злость. Раньше бы действительно все разнёс в пыль. Молодые темные сохраняют контроль над силой с огромным трудом.

— Да, кто-то неплохо порылся в родовых хранилищах, а может и в главном имперском, — раздался холодный, чуть насмешливый голос проклятийника с порога.

Ирий Шаэрон замер. Потом коротко поклонился, словно отдавая дань уважения присутствующим. И подошёл к Дарку.