Глава 28

Но мне не впервой делать вид, что все в порядке, даже если это не так. Попробую вести себя, словно ничего особенного не произошло.

– Запомнила, – кивнула я. – Вот только не все поняла. У меня есть вопросы.

– Обещаю ответить, – улыбнулся Дарт. – Спрашивай, расскажу, что могу.

Я глянула на Дарлера, застывшего в кресле, а потом на Мирленора, который, вытащив из сейфа кипу бумаг, что-то быстро писал за столом.

– Знаешь, то же самое ты говорил и демонам. Для них разговор закончился не очень хорошо.

Дарт наклонился, опираясь на подлокотники, и заглянул мне в глаза.

– Я не причиню тебе вреда, помнишь? Все то, что я сделал сейчас, было именно для того, чтобы защитить тебя. Когда я просмотрел память Панирава, и увидел, что они замышляют… и как хотели поступить с тобой… я разозлился. Хотя, возможно, стоило предоставить тебе самой решать, как ты поступишь с заговорщиками. Ведь они твои подданные.

– Тогда объясни, что именно ты сделал? Как у тебя получается обходить защиту артефактов? – спросила я. – Ведь то, что на голове у Дарлера, не простая безделушка.

– Да, – Дарт подошел к демону, застывшему в кресле, и снял с его головы диадему. – Этот артефакт сродни твоему венцу разума. Только венец усиливает мощь ментальной атаки, а этот, наоборот, дает дополнительную защиту разуму.

– Но для тебя не помеха ни этот артефакт, ни венец разума, верно? – спросила я.

– Понимаешь, Рина, – Дарт посмотрел на меня. – Невозможно придумать защиту, которая убережет от всех опасностей. То же самое можно сказать и о том, что на любой меч найдется свой щит. Вы, демоны, считаете, что достигли высот в магии разума. Но ты должна всегда помнить, что на любую силу всегда есть другая сила.

Да, я помню, что Дарлер сказал, что Панирав – один из самых могущественных менталистов среди ригаров. И еще он добавил, что Дарт сильнее, раз с такой легкостью занял его тело.

А теперь вопрос на миллион долларов – какой же мощью обладает обычный с виду дроу, если демоны считаются априори сильнее эльфов?

Или поставим вопрос иначе – кто такой Дарт, если ему нипочем даже ментальные артефакты высшего уровня?

Я нахмурилась и покосилась на безмолвного и неподвижного Дарлера. У него-то как раз есть ответ на этот вопрос. Только Дартаэль, или его тьма, очевидно, не хотят, чтобы он прозвучал.

Ладно, исходим из фактов. По словам самого Дарта, он тут направо и налево демонстрирует свою мощь только для того, чтобы защитить меня.

Ну… в детстве я всегда считала, что у золотой рыбки нужно просить не три желания, а силу, чтобы эти самые желания исполнять для себя самой.

– Что будем делать дальше? – спросила я, с милой улыбкой глядя на Дарта. – Мы ведь не оставим этих демонов просто так? Им ведь нужно… по крайней мере, стереть память?

– Все верно, ученица, – ответил эльф, протягивая мне руки и поднимая с кресла. – Ты сделаешь это сама?

– Я бы хотела научиться обходить защиту артефактов так, как это делаешь ты, – сказала я. – Научишь меня?

– Да, – легко согласился Дарт. – В тебе есть моя тьма, поэтому это не должно составить труда. Смотри, что нужно делать…

Эльф подошел к Дарлеру, надел на него диадему, и принялся за объяснения.

Со слов Дарта, все было очень легко и просто. Но уже через пять минут демонстраций  у меня нещадно разболелась голова. Эльф при помощи нескольких пассов создал в воздухе многоуровневую трехмерную проекцию того, что он назвал «хранилищем воспоминаний», и начал показывать, как сделать так, чтобы заменить одни события на другие, вымышленные. Главная сложность была в том, что воспоминания переплетались между собой, и чаще всего, стирая одни, приходилось сильно «редактировать» и другие.

Очень сложный, энергоемкий и требующий невероятной внимательности и сосредоточенности процесс. Я очень сильно старалась запоминать все в точности, ведь от знаний, как ни крути, может зависеть моя жизнь.

– А теперь самое главное, Рина, – сказал Дарт, подытоживая, – то, о чем я сейчас говорил, базируется на воздействии при помощи мысленных усилий. Этот метод должен быть тебе хорошо знаком, ведь им пользуетесь вы, демоны. Я же сейчас действовал немного иначе…

Говоря это, эльф сделал в воздухе небрежный жест кистью, и за его пальцами потянулся словно шлейф черного густого дыма. Он сформировался в жгут тьмы, который полетел к Дарлеру и, словно в фильме ужасов, впитался демону в глазницы.  

– У большинства существ нет и не может быть защиты от изначальной тьмы, – сказал Дарт. – Для нее нет препятствий, ни ментальных, ни физических. Именно поэтому попытки закрыться артефактами от меня ни имеют ни малейшего смысла.

Черт. Вот это новости. Я подумала-подумала и решила спросить прямо. Терять мне все равно нечего – все, что могло случиться, уже давно произошло. Нужно просто иметь смелость взглянуть правде в глаза.

Я и посмотрела. В глаза Дарту. И произнесла:

– У меня все не идут из головы слова Мирленора о том, что для тебя сломать волю принцессы Риниссии, и отдать ей любой приказ не составит никакого труда. Скажи, Дарт, что из того, что я думаю и чувствую – мои собственные мысли и эмоции, а что – внушенные тобой?

Я еще хотела добавить – а знаешь ли ты, кто я на самом деле? Но вот странность – не смогла. Ага, сюрприз – запрет, наложенный Гедраином, по-прежнему был на месте и, гадство такое, работал!

– Ты ошибаешься, Рина, если думаешь, что я смотрел твои сокровенные воспоминания, или отдавал тебе приказы, – мягко произнес Дарт. – Ты сама – могущественный демон, и это – одна из причин, по которой я выбрал тебя. Для таких существ, как я, нет никакого интереса в том, чтобы внушать любимой чувства. А вот когда влечение, симпатия, и любовь возникают по доброй воле и по велению сердца – это великая ценность.

Просто прекрасно. Что сделает Дарт, когда узнает, признавался в любви вовсе не могущественной демонице, а простой человеческой душе, предсказать не берусь. Не обрадуется точно. Но думать об этом сейчас не стоит. Может он и не читает мои мысли, но выражение лица видит уж точно.

А еще у меня и так куча проблем, и вешать на себя еще размышления о том, что будет с эльфами, когда они узнают, с кем умудрились связать себя помолвочными узами, сейчас совсем ни к чему. Сперва нужно разобраться, как вернуть себе тело, а потом уж думать о чьих-то там чувствах, в подлинности которых я очень сильно сомневаюсь.

Нет, ну правда, Дарт признался мне в любви после всего-то пары дней знакомства! Смешно. Что он может знать обо мне? По его же собственным словам сейчас, он не читал моих воспоминаний, а значит – ни-че-го.

И хватит уже думать об этом.

– Если ты закончила систематизировать новые сведения, пора применить полученные знания, – сказал объект моих размышлений. – Рина! – позвал Дарт, и я снова очнулась.

– Да? – я подняла глаза, и обнаружила, что эльф стоит возле стола рядом с Мирленором, и читает какую-то бумагу.

– Наш добрый хозяин только что подписал документ, по которому Марита получает свободу, – сказал Дарт. – Поэтому мы можем с чистой совестью покинуть этот гостеприимный дом. Разумеется, мы сделаем это после того, как ты уберешь из головы Мирленора все лишние воспоминания. Можешь приступать, ученица. Ты ведь запомнила то, что я сделал с Дарлером?

– Я видела, что ты делал, – осторожно уточнила я. – Но вот повторить то же самое… не уверена, что у меня получится.

– Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь, – отрезал Дарт. А после добавил, вызвав у меня холодную дрожь по позвоночнику: – В крайнем случае, если ты что-то напутаешь, у него просто поджарится мозг. Ничего страшного. Насколько я успел проанализировать, твой дед не очень ценит этого подданного, так что невелика потеря.

– Что? Я не хочу повредить ему! – возмутилась я.

– Тогда тебе просто придется сделать все правильно, – улыбнулся Дарт. – И поторопись, Рина. Мирленор оставил охрану за дверями, а как ты помнишь, горные тролли не отличаются большой сообразительностью. Хозяин должен отдать им новый приказ – пропустить Панирава и Мариту, и проводить нас к выходу. А если Мирленор будет не в состоянии этого сделать, мне придется сражаться с ними.

– Тогда сотри ему память сам! Я совсем не уверена, что у меня получится. Ты ведь хочешь, чтобы я воспользовалась твоей магией тьмы?!

– Да, Рина, именно, – кивнул эльф. – Потому как вашим демонским методом ты будешь возиться с заменой воспоминаний до нашей свадьбы. А тролли за дверью, напомню, столько ждать не будут…

Дарт подошел ко мне и, взяв за руки, поднял с кресла. Подвел к столу, и кивнул на Мирленора – приступай, мол.

– Я уверен, у тебя все получится с первого раза, – прошептал Дарт мне на ухо, вызвав приятные мурашки. Он встал позади, положив ладони мне на талию, и легко прикоснулся к шее горячими губами.

– Перестань отвлекать меня, – попросила я, пытаясь понять, как вызвать магию тьмы. Что делать после, я представляла очень смутно. Дарт со своими неуместными нежностями только отвлекал. Да еще и тело совершенно предательским образом выдало непроизвольную реакцию – тут же вспомнилось, что делал эльф со мной совсем недавно, и низ живота тут же налился сладкой тяжестью…

– Не обращай на меня внимания, – предложил Дарт. Он самым наглым образом запустил руку мне под рубашку, скользнул пальцами по животу, и собственническим жестом накрыл лобок. – Хочу тебя, – прошептал он. – Как жаль, что у нас так мало времени. Тебе и так нужно торопиться, Рина…

– Тогда убери руки! – рявкнула я, оборачиваясь. – Я не могу сосредоточиться!

– Тебе и не нужно, – Дарт сжал меня в объятиях. Уже совершенно не стесняясь, его пальцы скользнули мне между ног и принялись ласкать, – просто расслабься и сделай то, что нужно. Ты слишком много думаешь, а это лишнее. Я помогу тебе…

– Ты не помогаешь, а только мешаешь, – прошептала я, делая попытки отстраниться. Получалось плохо, потому что все, чего теперь мне хотелось – это сорвать с Дарта одежду и опрокинуть на пол, а самой оседлать его. Но так, конечно, мы никуда не уйдем.

– Поторопись, Рина, – жесткий тон Дарта прямо противоречил его нежным ласкам, – времени у нас все меньше.

Я снова попыталась высвободиться, но эльф легко удержал меня.

– Как учитель, я велю тебе выполнить задание. А как жених я просто реализую свое право, о котором тебе прекрасно известно – я собираюсь брать тебя всегда, когда захочу. 

Возмущение, ярость и стыд – вот, что я почувствовала в этот момент. Ведь в кабинете, кроме нас, находились еще двое демонов. Дарту, как будто, было все равно – он прижал меня ягодицами к своему паху, запустил под рубашку уже обе руки, и начал ласкать еще и грудь. Находясь в теле Мариты, я мало что могла ему возразить – девушка была намного слабее демона, в которого вселился Дарт.

А быстро же я привыкла к силе Риниссии, и к ее способности частично трансформироваться! Когда снова стану собой, придется снова учиться жить всего лишь слабым человеком… Как говорится, почувствуй разницу…

Сейчас, конечно, мне ничего не остается, кроме как попытаться сделать то, что велел эльф, и выполнить это максимально хорошо. Потом я обязательно отомщу своему жениху за его подлые методы, но как именно – придется решить позже.

Внезапно стало понятно, о чем говорил Дарт. Как только я перестала напрягаться, и решила просто сделать то, что нужно, в теле мгновенно забурлила магия. Не знаю, какая именно – по ощущениям, это был гремучий коктейль сразу из всех энергий, что смешались во мне благодаря связи с эльфами.

Не понимая толком, что и как делать, я просто попросила магию тьмы откликнуться и помочь мне. Попыталась как можно четче сформулировать в голове, чего хочу – сделать так, чтобы Мирленор не вспомнил ни меня, ни Дарта, а остался в полной уверенности, что он продал свою наложницу по доброй воле и с выгодой для себя.

Но тьма, в отличие от магии жизни Альрема, оказалась своенравной особой. Она не пожелала просто подчиниться – появившись и вылившись из моих рук черным туманом, она потребовала… дань. Тьма была голодна, и хотела, чтобы ее покормили. Питаться, насколько я поняла, она любила чужой магией.

Несколько минут я боролась с ней, можно сказать торговалась, и пыталась запретить сожрать весь магический запас Мирленора. Было подозрение, что разреши я ей это, тьма не остановится, и потребует еще.

Поэтому мне пришлось запретить ей питаться демоном. Взамен я предложила съесть часть моей собственной силы, на что получила неожиданный ответ. От Дарта.

– Ты не сможешь бесконечно кормить тьму своей Силой, Рина. Это не только нецелесообразно, но и неэффективно – так она поглотит всю твою магию, а потом и душу.

– Ты предлагаешь скормить ей Мирленора? – возмутилась я. – Так ты живешь со своей тьмой? Просто периодически приносишь жертвы? И скольких она уже сожрала благодаря тебе?!

Не то, чтобы хозяин Мариты был как-то дорог мне, но позволить тьме съесть его как-то не входило в мои планы. И так оставили демона без наложницы, даже не предложив компенсации… да еще и память собираемся стереть…

– То есть то, как он планировал поступить с тобой – сделать послушной куклой, и подчинить своим приказам, следует оставить без наказания? – поинтересовался Дарт.

– Нет. Но оставлять его совсем без магии я не хочу, – я резко повернулась в кольце рук Дарта. Что интересно, он не стал препятствовать – продолжал обнимать, но теперь я стояла к нему лицом.

– Вот и хорошо, – сказал Дарт, глядя на меня. – А то мне показалось, что я почувствовал твою неуверенность, Рина. Качество, которое может помешать тебе, как будущей правительнице. Проявлять милосердие можно, но только к тем, кто этого заслуживает. А что касается тьмы в тебе… уясни раз и навсегда: или ты научишься обращаться с нею, или она поглотит тебя.

– Напомни, когда вернемся, поблагодарить тебя за такой «прекрасный» подарок, – ядовито произнесла я.

– Поблагодарить можешь и сейчас, – улыбнулся Дарт. – Тьма выбрала тебя, как единственную женщину, что достойна и подходит для меня идеально. Нам с тобой просто предстоит смириться с этим выбором. Я уже упоминал, что меня он полностью устраивает. У моей магии прекрасный вкус.

Я не сразу сообразила, что можно ответить на такое заявление. Дарт пугал своей силой, и тем, что он в любой момент может взломать или вовсе поджарить мне мозги. Но вместе с тем меня непонятно почему тянуло к нему. И вот вопрос – я хотела его потому, что нас связала магия, или есть какая-то еще причина?

Тут в дверь забарабанили, тем самым избавив меня от необходимости отвечать.

Не дожидаясь ответа или разрешения войти, в кабинет ввалился огромный, облаченный в кожаный доспех тролль. Вроде бы он командовал охранниками, когда мы дружной компанией теснилась в камере, где содержали Мариту.

Дарт резко отступил назад, и потянул меня за собой.

– Господин! – обратился охранник к Мирленору. – Прибыл гонец с посланием, и говорит, что должен лично вручить вам его. Что прикажете?

– Оказывается, у тебя еще меньше времени, чем я думал, Рина, – сказал мысленно Дарт. – Возьми Мирленора под контроль, быстро! Прямо сейчас!