Глава 30

Мне не то, чтобы не хотелось отвечать – я просто не смогла. Оказалось, что чертов запрет действует даже на простой вопрос о том, знаю ли я Гедраина. Придется переводить тему, и быстро, пока Дарт чего-нибудь не заподозрил.

Нужно как можно скорее разобраться с этими ментальными заморочками. Есть подозрение, что заперт воздушника при помощи тьмы можно снять также просто, как отредактировать воспоминания…

– Дарт, давай вернемся? – попросила я. – Как ты и предложил, покажем письмо Альрему, подумаем, что можно сделать с другими не в меру ретивыми кандидатами в женихи… Признаться, для меня это немного слишком…

– Что именно слишком, Рина? – эльф критически осмотрел меня с ног до головы сканирующим взглядом. – Да, вижу, у тебя ментальное истощение… и признаки эмоционального выгорания… Не думал, что наши уроки настолько тебя измотают. Согласен, тебе срочно нужно отдохнуть. Об этом Гедраине расскажешь потом. А прочих женихах не волнуйся, я возьму их на себя.

– Что значит, возьмешь на себя? – нахмурилась я, наблюдая за тем, как вокруг Дарта снова сгустилась тьма.

– Им придется отказаться от своих намерений и планов жениться на тебе, – пожал плечами эльф, направляя черный туман сначала на Мирленора, а потом и на Дарлера. – Я позабочусь о том, чтобы каждый демон узнал, что ты уже сделала свой выбор.

– Не нужно ничего предпринимать за моей спиной! Я хочу знать обо всем, что касается меня!

Может, Рина, когда вернется в свое тело, захочет выбрать кого-то другого, а не Дарта и не Альрема. Или ей будет мало всего двоих эльфов, и она пожелает разбавить свой гарем еще и демонами.

Я тихонько вздохнула. Ни дроу, ни светлый эльф совершенно точно не пара простой человеческой женщине. Чем скорее я найду способ разорвать нашу связь, тем будет лучше. Для всех.

– Теперь знаешь, – невозмутимо сообщил Дарт. – Я только что рассказал о том, что собираюсь делать. Идем. Мы и так провели здесь больше времени, чем я планировал.

С этими словами эльф легонько подтолкнул Мирленора, и тот громко позвал начальника тролльей стражи. Демон велел троллю проводить нас в покои Мариты, а затем и к выходу из дома.

Я не стала пока спорить с Дартом или отстаивать свою точку зрения. Может, и зря, конечно, но я решила, что сейчас не время и не место.

Оказавшись в покоях девушки, я первым делом заглянула в ванную, и оделась. «Отпустила» Мариту, выйдя из ее тела, и отдала приказ собрать самые необходимые и памятные вещи. Мы с Дартом решили пока «не будить» ее, а объяснить все, когда окажемся на новом месте. Заглянув в ее воспоминания, я убедилась, что мы поступаем верно. Марита была несчастна в гареме Мирленора, ведь такая жизнь никак не походила на ее мечту – иметь любящего мужа и много детей.

Это немного притушило пожар, который полыхал на месте моей растревоженной совести. Все-таки, Мариту так никто и не удосужился спросить – а хочет ли она менять свою какую-никакую, но налаженную жизнь, и отправляться в неизвестность? Да еще и строить отношения с незнакомым мужчиной? Хотя о чем это я? В случае с истинными парами, как у Тарима с его будущей невестой все будет просто – сразу свадебка и постель, а там и деточки. Никаких «давай поближе познакомимся» и «сначала сходим на свидание. Хотя бы».

Сбор вещей много времени не занял – Марита взяла лишь самое необходимое. Всем остальным ее обеспечит комитет по Контролю, чтобы девушка выглядела достойно для встречи с избранником. Само собой, Альрем не будет тратиться просто так, а стребует с огненных демонов достойную компенсацию.

Когда мы уходили, нас проводили, как и приказал Мирленор, и никто не чинил препятствий. Марита в сопровождении лорда Панирава отправилась в ближайшую гостиницу, где Дарт, наконец, отпустил демона, предварительно почистив ему память. Но если я надеялась, что учитель, сам установив у меня ментальное истощение, сжалится и отпустит меня отдыхать, я жестоко ошиблась. Дарт мало того, что заставил наблюдать и запоминать процесс чистки памяти у ментального мага, он еще и пригрозил устроить экзамен по этому «предмету» в ближайшем будущем.

Затем Дарт, нисколько не обращая внимания на то, что я устала, заставил меня медленно, вдумчиво и скрупулезно отредактировать воспоминания Мариты. Он показал, как создать у девушки нужный настрой, и убедить ее в том, что она страстно желает встречи с будущим женихом. Под конец работы, которая заняла несколько часов, я не чувствовала ничего, даже усталости.

Когда Дарт, к невероятному моему облегчению, сообщил, что мы возвращаемся, я просто уже ничего не соображала. Обратный путь в памяти не отложился. Вроде бы, я соединилась со своим телом (телом Рины, конечно же) и тут же отключилась.

Однако спокойно поспать не вышло.

Мне стали сниться очень красочные сны.

Словно я бреду по темному тоннелю, и собираюсь с кем-то встретиться. Меня в прямом смысле слова ведут на встречу.

Вот только с кем? Предвкушение, ожидание, и небольшое волнение были вполне себе ощутимы. Помню, я порадовалась, что не разучилась испытывать эмоции.

В конце тоннеля из тьмы, как водится, забрезжил свет, и я вышла на небольшую зеленую поляну, где меня ждал… паучок. Такой пушистый, с черной блестящей шерстью, восемью мохнатыми лапками и сверкающими глазами-бусинами. Очень симпатичная ми-ми-мишная зверушка с кошку примерно размером.

Нет, я не арахнофоб, но и в восторг при виде этих восьмилапых насекомых раньше не впадала. Тем удивительнее было мое умиление и неодолимое желание погладить черную шерсть паучка. Что я и сделала тут же, увидев, что ему очень нравится такая незамысловатая ласка. Он чуть ли не урчал, подставляя мне спинку.

Вдоволь нагладив паучка, я отправилась дальше. Сон становился все более интересным. И реальным, если можно так выразиться. Я, зачерпнув в ладони немного тьмы со стенок тоннеля, шагнула прямо в кабинет Альрема.

Самое интересное, что все действия я совершала, с одной стороны, по наитию, а с другой – как нечто само собой разумеющееся. И было сильно похоже, что все, что я вижу вокруг – более, чем реально. Но эльфы в кабинете на мое появление никак не отреагировали.

Дарт, сидящий за столом напротив Альрема, с довольным видом потягивал зеленый напиток из высокого бокала, а светлый что-то увлеченно разглядывал в фиолетовом кристалле.

– Наша девочка точно уснула? – спросил Альрем. 

– Да, – подтвердил Дарт. – Я отнес ее в постель. Она слишком вымоталась. Не нужно было так ее нагружать… С непривычки ей тяжело даются некоторые ментальные приемы…

– С непривычки? – Альрем скептически посмотрел на темного. – Ты все такой же доверчивый, мой друг! Ты видишь перед собой очаровательную наивную девушку, но это всего лишь одна из ее масок. Она демонесса из королевской семьи! Ее с детства обучали ментальной магии, как бы она ни пыталась сделать вид, что это не так. Для нее не может быть ничего сложного в том, чтобы выжечь кому-то мозги, или полностью заменить воспоминания. Скажи, Дартаэль, ты ведь так и не смог полностью восстановить эпизод вашего знакомства?

Дарт отрицательно покачал головой.

– Тьма не всегда повинуется мне так, как я того желаю, ты прекрасно знаешь об этом. Некоторые воспоминания удалось воссоздать, а другие по-прежнему покрыты мраком. Кстати, это странно. Дело не в том, что Рина воспользовалась венцом разума, а в чем-то другом.

– Да уж, нелегко, наверное, быть носителем Силы, которая сама решает, когда и как ей действовать, – усмехнулся Альрем.

– Думаю, не сложнее, чем владеть божественной способностью наделять магией жизни, – пожал плечами Дарт. – Ты закончил с письмом этого Гедраина?

– Да. Занятный тип, – поморщился Альрем, откладывая кристалл. – Честно сказать, я удивлен, что он выжил. Думал, из той дыры, куда его засунул в последний раз Илирамиан, не выбраться…

– Кто он такой? И почему Рина не захотела говорить о нем? Хотя его имя было явно ей знакомо?

– Он – брат по матери дяди Риниссии, – сказал Альрем, проводя в воздухе рукой, отчего между эльфами возникло что-то вроде трехмерной таблицы. Имена, написанные фиолетовыми и голубыми буквами, соединялись светящимися линиями. – Побочная ветвь королевского рода навиров, воздушных демонов. А еще он – отец дочери Рины. Ты же знаешь эту историю? Дариана отказалась от престола демонов земли, и король Илирамиан назначил кронпринцессой Риниссию, которую прежде исключил из списка престолонаследия за попытку организовать переворот…

– Повтори, что ты сказал! – выражение лица Дарта не поддавалось описанию.

Не знаю, что там чувствовал темный на самом деле. А вот я, фигурально выражаясь, пыталась отыскать на полу свою челюсть.

– Сейчас объясню, – усмехнулся Альрем. – Согласен, генеалогия у демонов весьма запутана. Интереснее только наша, эльфийская. Так вот, – светлый ткнул пальцем в ряд фиолетовых имен в светящейся таблице, – у короля Илирамиана два сына, причем от разных матерей, Виадан и Иллиар. У Виадана сын и дочь – Ренир и Риниссия. О Ренире мы ничего не знаем, кроме того, что его исключили из наследников давным-давно. Оба сына Илирамиана отреклись от престола демонов земли еще раньше, каждый по своим причинам…

– Ты, вроде бы, сказал, что у Риниссии есть дочь? – задал Дарт тот вопрос, который волновал меня саму. – От этого… Гедраина?

– Да, я как раз подошел к этому моменту, – сказал Альрем, соединяя в своей трехмерной таблице два имени: написанное голубым цветом и фиолетовым. – Дочь. У девочки весьма любопытная магия – в ней смешались стихии воздуха и земли. Но она нам не интересна в силу того, что отреклась от престола. Вышла замуж, кстати, за одного из огненных принцев.

– Давай вернемся к тому моменту, что Гедраин сейчас претендует на руку Риниссии, – сказал Дарт. – Ты ведь читал письмо. Он собирает союзников. Насколько велики его шансы вернуть Рину и претендовать на место ее мужа?

– Ты имеешь в виду, не остались ли у нашей невесты к нему романтические чувства? – уточнил Альрем, усмехнувшись. – Тут ничего сказать не могу. Мои данные говорят о том, что ее союз с этим воздушником был основан, скорее, на расчете – они тогда планировали заговор против Илирамиана. Но насколько правдивы отчеты тех времен, сказать сложно – слишком много прошло времени. Конечно, это можно узнать у самой Рины. Особенно, если ты темный менталист, способный своей магией обходить любую защиту… – Альрем многозначительно посмотрел на Дарта.

– Я уже говорил, что не буду взламывать ее ментальные щиты и каким-то образом влиять на нее, – отрезал Дарт. – Мне вот что интересно. Рина вместе с этим Гедраином планировала переворот, так? – Альрем кивнул. – Так почему король ригаров восстановил ее в правах наследования?

– Она раскаялась, – улыбнулся Альрем. – И можешь мне поверить, если Илирамиан простил ее, и даже вернул статус наследницы, раскаяние было искренним. Так что и ты, и я – будущие правители демонов.

– Тебе прекрасно известно, что для меня это не имеет значения. Ты все говоришь о политике, и о власти. Разве тебе не интересно узнать лучше ее саму? Ведь именно с ней, как с женщиной, нам предстоит жить.

– Нет, я оставлю это тебе, друг мой, – улыбнулся Альрем. – Смотрю, ты времени не теряешь, и стараешься узнать Рину как можно лучше. Даже чужие тела тебя не остановили… и камера пыток…

– Ревнуешь? – поинтересовался Дарт. Он как раз допил свой зеленый напиток и,  отставив кубок, поднялся. Если так, то не засиживайся слишком долго за делами. Я тоже устал, и возвращаюсь в спальню. К Рине. Если не будешь идиотом, присоединишься к нам.

– В таком случае я потороплюсь, – кивнув и снова уставившись в фиолетовый кристалл. Пожалуй, ты прав насчет этого Гедраина. Не нравится мне что-то в этой истории.

– Только что-то? – уточнил Дарт.

– Если быть конкретным, настораживает тот факт, что Гедраин объявился именно сейчас. Мои осведомители утверждали, что его давно нет в живых. Пожалуй, стоит сделать так, чтобы это оказалось правдой…

– Если хочешь, я могу заняться им, – сказал Дарт. – Но не сегодня.

– Да, пожалуй, – Альрем оторвался от кристалла и посмотрел на Дарта. – Кстати, просто на всякий случай: пока мы не провели обряд, и Рина не стала нашей женой, я не хочу, чтобы ты спал с ней без меня. Уверен, девочка уже полностью готова принять нас обоих.

– Не хочешь, чтобы моя магия в ней вытеснила твою? – поинтересовался Дарт.

– Разумеется, не хочу, – кивнул Альрем, поднимаясь. – Кому, как не тебе должно быть известно, насколько непросто найти женщину, которая может во время единения принять Силу такого уровня, как моя. Или твоя.

– Что ж, – сказал Дарт. – Насколько я понимаю природу такого единения, стоит нам с тобой взять Рину одновременно, в обряде просто отпадет надобность. Она станет нашей женой и без похода в храм.

– Ты все верно понимаешь, – глаза Альрема сверкнули. – Илирамиан будет в бешенстве, когда узнает о том, что мы не стали выжидать время, которое должно пройти от помолвки до женитьбы, и обошлись без обряда. С другой стороны – победителей не судят. Брак станет свершившимся.

Эльфы понимающе переглянулись.

На этом месте мое сознание заволокла тьма, и я полетела обратно, в тело, которое лежало на кровати, и мирно спало.

За время разговора мне много раз хотелось оказаться в комнате, и задать эльфам миллион вопросов. Но, к сожалению, не я управляла сновидением. Если это вообще был сон.

Уж больно реалистичным он был.