Глава 1

Сентябрь 2017

Виктор, разрывая оболочку мира и открывая вход в изнанку, резанул пространство перед нами. Быстро схватил меня за руку, и, сильно дернув, затащил в открывшийся разрыв. Чернота накрыла сразу, а через секунду зрение уже прояснилось и я, поправив лямки рюкзака, поспешила за шефом.

Темные, монохромные улицы городской изнанки пугали бесчисленными тенями, появляющимися то тут, то там. Побывав тут, с легкой руки Вика, уже не раз, все никак не могла привыкнуть к этим теням — призракам реальных людей из Мира. Бесконечный бег сильно утомлял, особенно, если учесть, что поспевать мне, обычной девушке за нагом, приобретшим на изнанке свой истинный вид было довольно сложно.

— Вик, Ви-и-ик, подожди, я больше не могу бежать. — вконец запыхавшись, прохрипела в спину уползающему нагу. Остановилась, и, согнувшись пополам попыталась отдышаться. Рюкзак съехал и больно ударил по голове, скинув на землю кепку. Мою любимую, подаренную Виком еще в день нашего знакомства в экспрессе Санкт-Петербург — Москва. — Ви-ик…!

— Лиза, бегом! — не оборачиваясь крикнул шеф и поспешил дальше.

— Змей подколодный! — прошептала я, поднимая и снова натягивая кепку. Разогнулась и придерживая правый бок, который уже изрядно кололо, поспешила за ним. По имени шеф меня называл крайне редко, а значит, что сейчас надо стиснуть зубы и бежать за ним.

Змей, нетерпеливо елозя мощным хвостом по брусчатке, ждал меня на другом конце улицы. В правой руке он держал свои джинсы, футболку и кроссовки, левой выплетал какое-то замысловатое заклинание. А, понято, смотрит кто уже успел прорваться за нами в изнанку.

Вид он имел сказочно-классический. Волосы, чуть ниже плеч, милого болотного оттенка! Такие же глаза с золотистым вертикальным зрачком. Пара ядовитых зубов, расположенных близко друг к другу и совершенно невыносимый характер.

В реальном мире его можно было спокойно назвать красавчиком. Среднего, для мужчины роста, около ста восьмидесяти сантиметров, темные волнистые волосы, закрывающие уши, темные сине-серые глаза. Всегда легкая, едва заметная щетина. Стиль в одежде — как придется. Иногда Вик неделями мог ходить в джинсах и футболке. Потом вдруг переезжал в классику, а потом снова менял, комбинируя пиджак и джинсы.

Я снова засмотрелась на то, как он ловко орудует рукой, сплетая поиск. И, как в фантастическом кино, перед нами раскрылась карта города, с линиями — улицами и несколькими цветными точками, движущимися к центру карты. Там в центре была одна зеленая и одна яркая, белая, словно чужая, даже на этой стороне реальности.

— Черт, как они меня высчитывают!? Что за тварь натравила на нас высших!? — мужчина зло и нетерпеливо вглядывался в ту сторону, откуда мы прибежали.

Я снова согнулась и уперлась руками в колени. Почему-то отдыхать именно в такой позе было легче. Тут же получила очередной удар тяжелым рюкзаком по голове.

— Сшшш — прошипела, потирая ушибленное место. — шеф, не хочешь помочь?

— Хочу, Вознесенская! Только сама знаешь, что вся вода всегда должна быть с тобой. ВСЕГДА.

— Да, помню, помню. — недовольно пробурчала.

Без воды я в изнанке не продержусь и дня. Тут воды нет. Совсем. Нигде. С первого дня, как мы сюда попали, Вик заставил меня таскать бутылочку воды с собой. Даже в туалет. Так как никогда не знаешь, откуда меня затянет в изнанку…

— Шеф?

— М? — не отвлекаясь от своего занятия спросил Вик

— ШЕФ!

— Что, Вознесенская!? — Виктор недовольно оторвался от созерцания магической карты и посмотрел на меня. А я, словно рыба, выброшенная на берег, открывала и закрывала рот, тыча рукой на свою правую штанину, по которой в этот момент ползла какая-то жуткая изнаночная тварь, похожая на обычную сороконожку с хвостом скорпиона.

И все-таки я не успела достаточно быстро привлечь его внимание и тварюга таки ткнула меня своим хвостом. Наг внимательно проследил за ней, и пока я голосила “А-а-а-а-а-а”, подхватил за тот самый хвост и закинул в рот. Вытаращив глаза, я смотрела, как мой кумир, самый потрясающий Шеф, предел женских мечтаний, герой моих снов и так далее и тому подобное, усердно работая челюстями и, похрустывая хитином, сжирает эту мерзость.

Я старалась. Вот правда, очень старалась. Но не смогла. Жуткий звук “буэ” прокатился из глубин моего горла. Нет, меня не вывернуло, но была крайне близка к этому! Зажав свой рот руками, хлопала глазами на моего героя и мечтала об одном: не блевануть.

— Вознесенская, не смотри на меня так, будто я у тебя последние деньги отнял и пропил их… Эй, эй, Вознесенская, а ну стоять! Не сметь в обморок падать! Мне тогда придется свои вещи тут бросать, Мать, твою! Елизавета…

Но последнее я уже не слышала, так как благополучно рухнула в темноту. И не знаю, то ли от того, что он ЭТО съел, то ли яд уже начал действовать…

Очнулась потому, что меня трясли. Сильно, при этом хлопая по лицу тяжелой мужской ладонью

— Вознесенская приди в себя на минуту, а? Мне ключи нужны, срочно! Вознесенская! Мать твою! Ключи где!?

— К-какие…?

— Твои, от квартиры!

— В кармане… — еле сдержалась, чтобы не отрубиться сразу.

— Елизавета, девочка, моя зеленая… В кармане чего? У меня тылы подмерзают, знаешь ли!

— Джинс… — все, больше говорить не могла, так как по горлу снова подымалась горечь, грозившая перейти в большое “буэ”.

Виктор опустил меня на холодный бетонный пол. Потом начал шарить по мне руками, оттягивая все карманы, что попадались ему на пути. Наконец, маленький ключик был обнаружен в самом маленьком кармашке, и мужчина натужно сопя, старался протолкнуть туда свои пальцы, чтобы выудить искомое.

Вот меня снова подняли и закинули на плечо. Живот больно передавило, рюкзак, застегнутый карабинами на мне поперек груди, дернулся вперед и больно саданул по темечку. Охнув, открыла глаза и все! Пропала! Перед моим носом было совершенство! Прекрасное! Удивительное! Неповторимое совершенство! Голая задница Виктора Гадича Полоза!

Да, не оригинально, зато как звучит! Вообще-то он Гадович, но все его не иначе как Гадичем и не зовут. Я самая лояльная, зову его Виком или Виктором Гадовичем.

Мышцы на филейной части Полоза перекатывались под кожей по ходу того, как он поднимался по лестнице. А я, не забывая постанывать от накатывающей дурноты любовалась тем, что в обычной жизни мне видеть было не суждено.

Через минуту, осознала, что ног не чувствую вовсе, через секунды чувствительность потеряли руки, живот, грудь. Еще немного и онемение поднялось к шее.

Наконец, отвлеклась от разглядывания попы начальства и заметила знакомые выбоины в бетонном полу. О! Мы на месте! А что мы тут делаем? Это же мой подъезд! Мой Этаж!

Язык уже с трудом ворочался, словно я ходила к стоматологу на удаление всей челюсти и меня под завязку накачали “заморозкой”

— Э-э-э, Шеф — проблеяла я с его плеча — а мы, что, ко мне домой пришли?

— Да, Вознесенская…

— А почему… — я не успела закончить, но меня перебили

— Так ты помираешь….

— Фэфф…? — я с ужасом поняла, то слюна начала вытекать изо рта… — А фы фего говый…? — вот еще секунда и она капает на его оголенный филей. Вот, что значит пускать слюни на задницу начальства. Мне сейчас даже стыдно не было.

— Вознесенская, не падай в моих глазах до уровня Гали, хоть сдохни нормально, а?

Последнее, что я услышала, был звук вставляемого в дверь ключа и щелчок замка. После этого я снова провалилась в черноту.

Очнулась в своей кровати. Попыталась открыть глаза — безрезультатно! Заворочалась, пытаясь повернуться на бок. Мне очень хотелось писать. Нет, не так. Мне ОЧЕНЬ надо было в туалет!

— Елизавета, хватит, крутиться!

Замерла, услышав знакомый и такой любимый голос практически над самым ухом. Вот, вот оно — мое спасение!

— Молодец, а я теперь спи… — недовольно буркнул мужчина

— Я писать хочу… — еле выдохнула.

— Вознесенская, а потерпеть?

— Я не наг, я не могу потерпеть…я писать хочу… — нет, стыдно мне не было, мне хотелось писать и на этом фоне отступали даже воспоминания о прекрасной заднице Вика и того, что он, похоже, лежит рядом.

— Блин, ну вот какого-ж, а?! Только заснул…

— Виктор Гадович, вы ж не спите, вы наг — почему-то после мысли о нем в моей постели, я резко перешла на официоз.

— Вознесенская, вот зануда ж ты…И я сплю…Иногда

— Я не зануда, я лучший сисадмин Питера и еще писать очень хочу….

И да. Кстати. Я сисадмин. Поверьте, у Виктора Полоза — сисадмин уже тот, кто знает, как нажать кнопку вкл. на кофемашине! И я знаю! Я жму ее по двадцать раз на день за бешенную, по моим меркам зарплату. А все остальное — это так. В удовольствие!

В удовольствие я копаюсь в компе и ищу информацию в мировой сети. В удовольствие бегаю вместе с ним по изнанке. В удовольствие часами сижу в его крутой тачке и слушаю музыку во время слежки. В удовольствие покупаю новые гаджет ништяки, которыми сам Виктор Полоз пользоваться не умеет и не хочет! А зачем, если есть я!?

— Вознесенская, але! Тебе еще надо или ты, наконец, уже померла, и я могу спокойно почитать новости?

— Надо! — наконец, я вырвалась из раздумий.

— Тогда не визжи.

— Что? Да я молчу… А-а-а-а-а-а-а! — знал же гад, о чем говорит.

Я завизжала. Не от осознания, что меня подхватили на руки и понесли в санузел.

А визжала я потому как поняла, только когда с меня стянули одеяло, что я голая!

Совсем! Везде! Холодный воздух коснулся кожи и волоски на всем теле встали

дыбом.

— До чего ж у тебя голос противный!

— Шеф! Почему я голая!!??

— Тебе жарко было…

— Ше-е-еф, проблеяла я, это все сюрпризы? — Наконец, я справилась с паникой. Ну и ладно, что голой! Я его тоже видела. Даже оценила! По достоинству! А вдруг и он меня оценит уже, наконец!?

— Вознесенская, давай ты с одной проблемой справишься, а потом к другим перейдем.

Вот теперь мне страшно стало по-настоящему. Значит есть еще проблемы.

— Вик.

Он замер.

— Что?

— Что у меня с глазами? — мужчина явно расслабился и ответил

— Я тебе их заклеил. Пока нельзя на свет смотреть. А у тебя окно огромное в комнате и штор нет…одна тюль.

— И?

— Давай сначала, реши насущный вопрос, потом поговорим…

И голос такой. Усталый, что ли. Со мной что-то сильно не так.

Мужчина опустил меня на пол, аккуратно поддерживая за спину, направил к тому самому фаянсовому предмету.

— Справишься сама? — голос совершенно серьезный. Никаких насмешек и подколок. Я гулко сглотнула. Даже так? Мне уже страшно.

— Д-д-да

Меня отпустили и подождали секунду, похоже, дабы проверить, что не упаду и еще мгновение спустя я услышала, как аккуратно закрылась дверь.

В собственном санузле я ориентировалась спокойно. Потому, небыстро справившись со всеми делами, аккуратно схватила махровый халатик с крючка на двери и завернулась как сумела. Нерешительно направилась на выход. Остановилась перед дверью, нашарила ручку и открыла дверь.

Прямо перед собой услышала тяжелый, грустный вздох.

— Позвать было нельзя? Надо самой, да?

— Виктор Гадович, я умру?

— Пойдем, Вознесенская, поговорим. — меня тут же подхватили на руки и понесли, нет, не в комнату!

Меня внесли на кухню и пристроили на стул. Услышала, бульканье.

— Так, Елизавета. Расклады у нас не веселые — мужчина взял меня за руку и сунул в ладонь прохладный стакан. Я с жадностью присосалась к нему и сразу выпила все. Потом высунула раздвоенный язык и с шипением смахнула с губ последние капельки воды.

— И-и-и-и — пропищала и закрыла рот ладошкой. Потом попыталась что-то произнести, но вместо этого снова выдала — и-и-и-и-….

- Тихо, тихо. Елизавета, успокойся, это буквально еще на сутки.

— Еще? — пропищала я, уже ощупывая своим странным языком небо и зубы.

— Да, одни сутки уже прошли. Яд практически нейтрализован. Еще сутки и все станет как прежде. Я просто не учел, что у тебя такая аллергическая реакция….

— Ал-л-лергическая реакция? — я тупо повторяла за ним…

— Да, Вознесенская. Такая. Аллергическая. Реакция. На. Мою. Слюну.

— Слюну? — снова пропищала.

— Вот чего ты переживаешь! Вечером снимем с глаз повязку. Посмотришь на себя. Ничего непоправимого!

— ЧТО ЕЩЕ?

— Хочешь водички?

— ДА! Что еще?

— Вечером посмотришь?

— Сейчас! Говори!

— Точно водички не хочешь? Ну ладно… Ты такая вся зелененькая! Просто прелесть! Поверь! Тебе идет! Даже обидно, что всего на сутки…

— ВИКТОР ГАДОВИЧ!

— Расслабься. И вообще, мне из-за тебя пришлось голым по лестницам бегать и ту хрень неопознанную сожрать! А тебя цвет зеленый не устраивает! Ишь какая цаца!

— Ше-е-еф — чуть дрогнувшим голосом протянула я — ну я же, я же…вот. — просто закончила, пожав плечами. — а почему сожрать пришлось из-за меня? Я не просила ее жрать. Я просила только спасти меня от нее.

— Да ты и спасти не просила, только визжала. И еще, Вознесенская, ты ту фигню видела вообще? Вот ты сразу смогла бы определить — ядовитая она или нет?

Я помотала головой

— Вот и я не смог. А пока я ее переваривал и выделял составляющие яда, ты мне, между прочим, весь зад обслюнявила!

Я похоже покраснела. Мужчина хмыкнул.

— Отличный цвет вышел, фиолетовый такой.

Заскрипела зубами. Нет. Ну гад ведь подколодный! Знает, что я девушка скромная в принципе, а они, Твари, все более открытые и раскрепощенные.

— Ладно, прости, все время забываю, что ты человек. В общем, переварил, выделил состав и укусил тебя. Противоядие ввел. Но у тебя аллергия, похоже, на меня. Ты теперь словно нага, только без хвоста. Вечером посмотришь.

— Шеф, ладно. Поняла. А чего мы убегали-то?

— Ай, Вознесенская, отстань!

Услышала, как мужчина протопал босиком в комнату, скрипнул диван. Отлично. А меня он тут бросил с заклеенными глазами. Я тяжело вздохнула. Поднялась и наощупь отправилась следом.

В этом был весь Виктор Полоз. Такой, неправильный супергерой. Вроде и умный, и красивый и вообще. Но вот меня за комнатную собачку держит. Я же просто человек.

Итак, добро пожаловать в реальный мир. В мой реальный мир, да, в принципе и в ваш. Просто вы не догадываетесь о нем.

Вообще, как оказалось в родном Питере, как и на всей Земле, рядом с нами живет несколько рас. Вампиры, Оборотни, Гномы, Эльфы, Наги, Лепреконы и еще пара низших. Первые пять занимают самый верх иерархии Тварей. Вампиры занимаются торговлей антиквариатом и все, что с ним связано, просто они долго живут и знают толк в старье. Оборотни держат общепит от самых пафосных ресторанов до самых обычных ларьков с шавермой. Гномы — бизнес шишки и банкиры. Эльфы — представители шоу-бизнеса и искусства. Наги — это войны. Они практически не подвержены соблазнам нашего мира. Занимаются охраной правопорядка в обоих подмирах и Людей и Тварей. Высшие полицейские чины — все сплошь наги. Лепреконы сосредоточили свои качества по различным направлениям. Кто-то из них занимается искусством. Кто-то автомобилями. Кто-то профи по квартирам. В общем — леприки или лепре, как их зовет шеф — лучшие в мире воры! Точнее все лучшие воры — Лепреконы!

Мой шеф тоже раньше работал в полиции, а потом ушел, и открыл свое агентство. До моего появления работал там один. А теперь нас двое. Наг и я. И Галя. Это наша кофемашина. Вот что у нас с Виком общего — это только любовь к кофе! Все.

Ну и еще — я его люблю вот уже полгода беззаветно, а он. А он любит всех остальных.

Итак, все началось как обычно. Сегодня, а точнее позавчера, шеф отправился на встречу с каким-то парнем в бильярдный клуб на Гражданке, а я ждала его в машине. А автомобиль у шефа шикарный, только приметный очень. Шевроле Камаро шестьдесят девятого года, четыре скорости, ручная коробка, 350 лошадей. Так что нас каждая собака в городе знает. Закинув ноги на приборную доску, сделала погроме модный нынче трек Alice Merton — No Roots, отхлебнула капучино и поставила стаканчик рядом в подстаканник. Врубила планшет. Ну что-ж пока Вик общается с продавцом, почитаем новости.

Так, очередная звездочка засияла на небосводе Российской поп-музыки.

Прекрасно, завтра витрины Союзпечати будут пестреть фотографиями прекрасного молодого брюнета. Много ботокса, мало мозгов и полное отсутствие голоса. И да — это парень. Бла — бла — бла.

Ставки по кредитам снова выросли. Куда, блин, уж выше! А я мечтала сделать летом ремонт в мамином доме в деревне. Надстроить второй этаж, ну и по-мелочи.

Такс, ладно, очередной скандал на площадке популярного интернет аукциона. Кто-то купил старый деревянный ящичек, а-ля шкатулка, ручная работа, за совершенно бешенные деньги. Борьба развернулась между двумя покупателями, один “подрезал” шкатулку у другого. Я посмотрела на фотографии шкатулки. Обычная. Таких вон в переходе на Невском дюжина за косарь. Проверила стоимость лота и натурально подавилась очередным глотком кофе! Да на эти деньги можно купить пент-хаус с видом на Петропавловку! Они больные совсем?

Мир сошел с ума. Плюнула и выключила планшет. Прикрыла глаза и подпевая незнакомой мелодии, льющейся из динамиков, вспомнила, как я познакомилась с Виктором Полозом.

Апрель 2017. Питер-Москва

Мы с мамой прожили в Питере всю жизнь, дом-точка в Автово. Одна комната на двоих в общаге на Казакова. Она работала, а я училась. Школа, колледж, универ и мамина мечта для меня — банковское дело! Получила диплом и радостно им помахивая я отправилась строить карьеру в банке! Построила — полгода стояла в зале, рассказывая, как пользоваться банкоматом, а потом села за кассу. Было скучно, чисто женский коллектив удручал бесконечными подставами и кляузами, а начальник, Петечка, навешивал смены в выходные.

Петечка был вообще отдельной темой. Он был одним приличным мужиком на все отделение банка, при том еще и сыном одного из учредителей, потому пользовался беззаветно любовью всего женского коллектива. Его любовницам разрешалось не носить идиотскую розовую форму. Задерживаться на обеде и вообще.

И я была среди тех, кто Петечку боготворил. Тогда мне так казалось, что это любовь! Это сейчас я понимаю, что все это глупости, а тогда… Я все время проводила на работе, только раз в два месяца могла позволить себе путешествия. Выискивая в сети самые дешевые билеты, ездила на один-два дня гулять. Москва, Великий Новгород, Ярославль, Мурманск, Архангельск, Вологда и так далее. Все города я старалась посещать, хотя бы, два раза в год, чтобы сравнить лето и зиму, осень и весну. В эти дни, я словно оживала, выползая из рутинного болота.

За тот четверг я с Петечкой “билась” почти две недели. И, наконец, семь утра, я с рюкзаком и огромной чашкой свежесваренного кофе заваливаюсь в скоростной Сапсан до Москвы. Плюхнулась на свое место у окна и поставила картонный стакан, засуетилась, скидывая рюкзак и доставая смартфон, дополнительный аккумулятор, ноутбук, мышку. Заняла практически всю площадь стола. Не сразу заметила, что напротив меня сидит мужчина в кепке и с легким удивлением взирает за всей этой суетой. Я замерла на с занесенной над ноутбуком рукой. Мужчина обводил взглядом все это богатство и улыбка на его лице становилась все шире и шире как, вдруг, глаза остановились на чашке кофе. Он весь встрепенулся, приподнялся и носом потянул, что я залюбовалась. А потом посмотрел на меня, прямо в глаза. Так посмотрел, что я ему эту чашку кофе молча и пододвинула.

Сентябрь 2017

— Вознесенская! — проорали мне прямо в ухо, и я распахнула глаза. Дернулась от неожиданности и уставилась на Вика, который открыл дверь с моей стороны и быстро схватив меня за руку, потянул на себя — выползай, быстро, уходим.

— Шеф, что случилось-то…? — схватив с соседнего сиденья в последний момент свой рюкзак, попыталась узнать, что происходит.

— Заказ пришел, давай же, скорее! — Виктор тащил меня за руку по улице, уводя в темный проулок — Надо попытаться уйти, пока они не просекли…

— Какой еще заказ, ты же… — бежала за ним, путаясь в ногах, и постоянно пытаясь растянуться на мокром асфальте.

— Заказ пришел на меня от высших. Блин, так, давай сюда. — шеф затащил под темный козырек подъезда, прижал к себе и прошипел — не дыши даже!

— Не буду, — прохрипела, млея от его близости. Плевать на всех вампиров. Да я им даже благодарна была. Через секунду меня уже затянули в изнанку.

Сентябрь 2017. Дома.

Бормоча ругательства на разбросанную в коридоре обувь, я ввалилась в комнату и на ощупь найдя диван, плюхнулась на него.

— Шеф, а что там с высшими-то было? Ты узнал, откуда заказ появился?

— Нет, Елизавета, я все это время с тобой сидел, не до них было. — пробурчал он злобно где-то над ухом.

— Шеф, ну наверняка, хоть что-то есть! Ше-е-еф? — заискивающе протянула я.

— Ох, Вознесенская — вздохнул — кофе сделаешь? А? Что-то я никак собрать мысли не могу в кучу.

— Вик, я же, того, как бы до вечера не могу…

И тут почувствовала, как его большие теплые ладони коснулись моих плеч и голос, прямо над ухом, и дыхание:

— Лизочка, девочка моя, ну пожа-а-а-алуйста, ты же знаешь, голова совсем не варит…а, я тебе помогу, ты только спаси меня?

Я вздохнула и по моим ощущениям снова приобрела милый фиолетовый оттенок, так как знал гад, как действует. Поднялась и поползла обратно в кухню. Следом за мной подорвался и Вик, он прошлепал по коридору, потом придержал меня и, судя по звуку сдвинул в сторону, мою раскиданную там обувь, потом поддержал за локоток и проводил до кофемашины.

— Шеф, а там вода есть?

— Ага! — довольный голос у самого уха, мужчина явно заглядываем мне через плечо.

— А чашка стоит?

— Ага!

— А кнопочку нажать не мог? — мой голос полон сарказма

— А, вдруг, сломается!? Не, я эти агрегаты стороной обхожу… сама жми… а пенка будет?

Я тяжело вздохнула, на ощупь достала молоко из холодильника и так же налила в специальный контейнер.

— И как только продержался-то, пока я в отключке была…

— Никак! Я чуть не умер! Одежды нет! Кофе нет!

Вот тут я замерла, гулко сглотнула. Мда, Лиза! Мужчина, самый потрясающий на свете, голый в твоей квартире! И ты, самого его любимого оттенка зелёного и… все равно ничего тебе не светит! Со злостью долбанула по кнопке, и машина загудела. Ещё спустя пять минут, после того, как шеф сделал первый глоток, а я, тоже обзаведясь чашкой чистого кофейного кайфа, наконец прозвучало:

— Кто-то убил Лисовскую Маргариту.

— Лисовская, Лисовская… это же из высших вампиров? Она, вроде, агент, торговля редким антиквариатом? А ты тут причем?

— Именно, и вот вопрос правильный, почему Риту убили и почему вампы ко мне пришли? Свои проблемы они решают на своем уровне. В крайнем случае, привлекают высшие чины! Но вчера они искали именно меня! И именно для того, чтобы убрать.

В голове очередным контрольным выстрелом прозвучало «Рита». И я вспомнила, что с Лисовской у Вика была пару недель назад встреча. Высветилась в нашем общем электронном календаре. И больше ничего не было написано. Только дата и время.

— Шеф, а у тебя и этой Маргаритой встреча была недавно, да?

— Да, она просила забрать один важный заказ у лепре.

— Что?? — я была в шоке, высшая заказала что-то у лепре? Разве это возможно? Что я и поспешила озвучить

— Как это? Вампирша, из высших, связалась с обычным лепреконом? Это же просто невозможно! Если бы кто-то узнал, ее бы тут же вытолкали взашей!

- Именно поэтому она и попросила меня. К тому же у нее были какие-то сомнения по поводу продавца и самой шкатулки.

Слово шкатулка что-то всколыхнуло в моей голове, но ненадолго, так как Вик запросил еще кофе, потом еще и еще. И остановился только когда я заявила, что зерна заканчиваются, молоко на исходе, а впереди у нас утро! А утро без кофе — это наша дружная мучительная смерть! И не ясно пока, кто будет умирать громче, я или наг.

Наконец, спустя, часов пять моих мучений, мне разрешили отправиться в ванную комнату и снять повязку с глаз. К этому времени я уже выяснила, что это большой белый платок, приклеенный по краям на лейкопластырь. Я была в ужасе, так как понимала насколько мне будет больно отдирать лейкопластырь от лица.

Собрав волю в кулак и заставив-таки шефа надеть на себя мои старые треники, я была сопровождена в ванную комнату.

— Ты главное, не волнуйся, все завтра уже пройдет — наставительно вещал Вик.

— Хорошо — пробубнила я

— Когда снимешь повязку, сразу не кричи, а то у меня бошка и так не варит… — недовольно добавил мне в спину, когда я уже зашла в ванную комнату автоматически закрыла дверь за защелку.

— Это еще зачем? — прилетело мне в закрытую дверь.

— Чтобы не убить тебя сразу… - недовольно пробубнила я и наощупь приблизилась к зеркалу. Откинула назад волосы и аккуратно, шипя и осыпая ругательствами голову любимого во всех смыслах шефа, начала отдирать от лица полоску пластыря.

Откыть глаза я решилась только когда полностью избавилась от повязки. Сначала аккуратно приоткрыла один глаз, затем второй и уставилась на свое отражение.

— Так вот ты какая, женщина-халк… — шепотом протянула я внимательно вглядываясь. Лицо и тело, милого темно-салатого цвета, виднеющееся из махрового халатика надетого на голое тело. Изумрудные брови, невероятно пушистые и густые ресницы и волосы. Вертикальные зрачки, совершенно не искажающие привычного взгляда на мир.

Я развязала пояс халатика и скинула его на пол.

— Ого — так же шепотом произнесла я и с тоской добавила — это же просто класс! Жаль нельзя остаться такой, раз ему понравилось.

— Эй, Лиза, ты жива там? — стук в дверь, сопровождающийся немного взволнованным голосом.

Ого, если Вик волнуется, значит и правда переживает! Я ухмыльнулась, сейчас я могу совершенно честно поиграть на нервах любимого мужчины, показав себя во всей красе. Уже представила, как выплываю из ванной комнаты и весь вечер томно на него смотрю! Точно, так и сделаю! Я схватила с пола халат, накинула его снова на себя и открыла дверь. Мужчина стоял напротив, подпирая спиной стену. Заметив меня, он кивнул своим мыслям и развернувшись прошлепал босыми ногами в сторону комнаты. Я замерла и гулко сглотнула ком в горле. Да, он был в одних широких трениках, еле прикрывающих его зад.

— Э-э-э, Вик? — я недовольно притопнула ногой, дала себе мысленную затрещину и последовала за ним.

Пройдя на середину, он развернулся и, даже не дав мне рот открыть, произнес:

— Елизавета, раз с тобой все в порядке, то нам надо срочно решить пару вопросов.

— Д-да? — с удивлением произнесла, чуть стискивая ворот халатика, прикрывая грудь и шею.

— Да! И самое первое! Надо заказать доставку кофе и молока на дом! — он лукаво улыбнулся — А потом будем выяснять кто же это нас с тобой по изнанке гонял и за что, ты, зелёненькая моя, пострадала!

Тяжело вздохнув я села за комп. Первое — доставка продуктов на дом. Второе — новости в мировой сети. Третье — прекратить витать в облаках. Хотя это должно быть первым…

Вечер мы провели в попытке получения информации о высших и стараясь узнать хоть что-то о смерти Маргариты Лисовской. Я искала в интернете, а Вик висел на телефоне, прозванивая своих друзей и знакомых. При этом, он, не отрываясь от разговоров, хватал меня то за ногу, то за руку, притягивал к своему лицу и глубоко вдыхал. Вид у него был совершенно деловой и серьезный, словно он колбасу в супермаркете выбирает. А я надолго выпадала из реальности.

Я очень много думала на эту тему раньше и, даже все бы поняла, если бы Вик был эльфом. Эльфы питаются эмоциями. Для них наши чувства сродни наркотику. Именно поэтому они занимают в нашем мире нишу связанную с искусством. Звезды кино и музыки, художники, владельцы галерей, а также врачи. Да-да!

Но Виктор был нагом. Ел бургеры, пил кофе, любил красивых женщин. И я никак не могла понять, почему он так странно ко мне относится. Словно я карликовый шпиц с дополнительными функциями. Обожающий его, откровенно виляющий хвостом карликовый шпиц.

Примерно четыре часа спустя Вик с самым серьезным выражением лица, в очередной раз схватил меня на руку. Задрал рукав халатика, лизнул, вогнав меня подобным поведением в полнейший ступор, и вынес вердикт:

— К утру совсем пройдет… Эх! — затем вернулся к собеседнику — Лева, запиши адрес: Новолитовская девять, квартира тридцать шесть. Пригонишь? Да, заправь, будь другом…угу…да…не, не надо! Стой, сумку из офиса захвати! Ага, спасибо!

Я вышла из ступора и сглотнула. Лева. Черт. Левон Мирный, лучший друг Вика, эльф из высших. Психотерапевт с шикарным кабинетом в центре. Три месяца назад я отправилась к нему по настоятельному совету шефа, заподозрившего у меня депрессию. Я все время была в плохом настроении, срывалась на окружающих и грустно вздыхала. Да, конечно я понимала, что зря страдала по твердолобому нагу, но к терапевту под напором обожаемого мужчины отправилась. И с какой же счастливой улыбкой я выпорхнула из его кабинета! Наконец, я смогла хоть с кем-то поделиться своими проблемами, излить душу, нареветься вдоволь. А потом, пару недель назад узнала, что Левон и есть тот самый Лева…Кошмар и ужас!

Он вошел в наш маленький, но безумно уютный офис, расположенный на пятом этаже бизнес центра у Горьковской. Улыбнулся мне так радостно и даже нежно, а когда, из кабинета Вика послышалось: “Лева, заваливай, давай скорее сюда!”, я поняла всю глубину попадалова. За это время я успела “слить” доктору все свои проблемы, девяносто девять процентов которых состояло из моих страданий по шефу.

И да, больше ноги моей не было в его приемной. А теперь Вик позвал его сюда! Кошмар и ужас!

— Зачем ты его сюда пригласил!?

— А ты предлагаешь мне до офиса и машины добираться в этом? — он скептически хмыкнул, вытаскивая руки из обширных карманов, при этом выворачивая их и растягивая треники в стороны. Широкий пояс из-за подобных манипуляций сполз ниже, обнажая темную полоску полос пониже пупка.

Я резко отвернулась и просипела:

— Нет, конечно. Но ты мог бы добраться до дома по изнанке и переодеться там…

— Не мог бы — серьезным голосом отрезал наг — я вещи потерял в изнанке, а прошло уже, почти, двое суток, они истлели. Там была одежда и ключи.

Точно, я забыла об этом. Грустно вздохнула и напустив на себя самый деловой вид, постаралась не думать о том, что Лева скоро будет тут.