Глава 12

Запрыгнув в шевроле шефа, я словно дома очутилась и, даже замурлыкала от удовольствия. Мы заскочили в ближайший торговый центр, где я довольно быстро подобрала себе джинсы, джемпер, пару нижнего белья, самого обычного хлопкового. И кеды. Какой же оказался кайф, скинуть уже ненавистные ботильены. Я даже начала пританцовывать, когда мы, загруженные пакетами спустились на подземную парковку.

— Вознесенская, ты такой ребенок иногда. Жаль, что так редко. — улыбнулся наг.

— Почему? — я честно удивилась этому.

— Я не видел тебя такой с нашей первой встречи. Ты всегда такая настороженная, с грустно-каменным выражением лица. И боль в глазах. Все время думаю о том, что ты меня никогда не простишь за то, что я втянул тебя в наш мир. За то, что решился первый раз быть самим собой, попытаться узнать каково быть обычным человеком…

Мы стояли на плохо освещенной площадке, немного не доходя до автомобиля Вика, очень близко. И неожиданно столько тоски прозвучало в его голосе.

— К-к-как это? Ты же наг, ты же все чувствуешь… мне Лева объяснил… — я удивленно хлопала глазами.

— Не все. Иногда мы встречаем тех, кого не можем «услышать» … Мда. Мы встречаем таких людей на своем пути, крайне редко… Но для нас это, словно глоток свежего воздуха… — он дернул рукой с пакетами и сделал от меня несколько шагов по направлению к машине, потом остановился и повернулся. Наг что-то еще хотел сказать, но резкая трель телефона, заставила его отвлечься.

— Да, едем уже. А что? Что? Когда? Где? Кто нашел? Угу, будем через час максимум. — шеф засунул в карман свой мобильник и развернулся, крикнув на ходу: — Лиз, быстро садись, Макса нашли.

Я рванула к автомобилю, кинула, вслед за Виком пакеты на заднее сиденье и пристегнула ремень.

В унылое и пугающее меня здание морга, мы ввалились буквально через сорок минут. патологоанатом сидел на подоконнике своего кабинета и курил в форточку.

— Селиваныч, приветствую! — Виктор распахнул дверь без стука, зашел, сделав широкий шаг и следом затащил слабо сопротивляющуюся меня — в чем дело?

— Во всем, Полоз. Это же какой-то капец! — ответил полуэльф и затушил окурок о раму окна.

Я удивленно уставилась на нага, а тот, в свою очередь, на мужчину на подоконнике. Патологоанатом повернулся к нам, кинув пристальный взгляд на наши сцепленные руки, он ехидно растянул губы в некоем подобии оскала. Должно быть это означало улыбку, но от нее мурашки расползлись по спине.

— Селиваныч? — чуть угрожающий тон нага напугал меня. Полуэльф спрыгнул на пол и подошел к столу, поднял с него две тонкие папки и сунул их в руку шефа.

— А на словах? — скептически хмыкнул Вик.

— Не могу на славах, Витя. Читай. — при этом кивнул нам на стулья, стоящие рядом с его столом. Шеф отпустил мою руку, подошел и сел, раскрывая на ходу одну из папок. По мере чтения, его брови ползли все выше на лоб. Он оторвался от бумаг и посмотрел на доктора:

— Это шутка?

— Ага, обхохочешься! Видишь ржу так, что третья пачка в ход пошла. — Селиваныч махнул рукой на подоконник, на котором я только сейчас заметила две смятые пустые пачки из-под сигарет и стакан, наполненный давленными окурками.

— А второй? — наг уже открыл вторую папку, но не спешил читать.

— Читай, чертов стражник. Читай, мать твою, и объясни мне какого дьявола тут происходит!? — от рыка полуэльфа я испуганно сжалась и сделал шаг ближе к шефу, а Селиваныч хищно зыркнув в мою сторону, зашипел: — вот, теперь вкуснее, а то все эти "розовые сопли", слишком приторный вкус, девочка.

— Не смей! — спокойны, но при этом не менее пугающий тон нага заставил затаить дыхание не только меня, но и хозяина кабинета.

Тот сжался, словно нашкодивший пес и уже совсем другим тоном произнес:

— Прости, нервы. И вы, милая Елизавета, тоже меня извините. Тут такая хрень творится, что не знаешь уже что и делать… — он резко развернулся к окну, вытащил из кармана полупустую пачку сигарет и вытряхнув одну, закурил, снова пуская дым в форточку.

Наг в это время просматривавший бумаги, резко захлопнул вторую папку и бросил на стол патологоанатома, затем устало прикрыл глаза.

— Как же все это не вовремя! Еще и Большое Собрание на носу, а тут такая засада… — наконец произнес он, потирая виски.

— Что там в бумагах? — подала я голос.

— А ты почитай, девочка, почитай… — бросил мне Селиваныч, пуская очередную порцию дыма.

— Не надо ей это читать. Что-то еще было, необычного? Не только с телами, но в жизни? — наконец, наг поднялся со стула и сделал несколько шагов в сторону эльфа.

— Да нет, мне и этого выше головы! А что? Ты в этот раз начальник Стражи? — потом стрельнул в меня быстрым взглядом, прищурился и снова посмотрел на Вика — а девочка не в курсе? Да?

— Нарываешься, Селиваныч. — спокойно ответил наг — ладно, если еще хоть что-то будет звони.

— Хорошо. — просто кивнул патологоанатом и снова отвернулся к окну — кстати, с чего вдруг Барских звонил мне? Спрашивал о Максе и Картофе. Он с какого боку?

— Ммм, не знаю, наверное, на общей волне… Хотя, в этом году он в роли нейтральной стороны на Собрании. Вот и старается быть в курсе всех проблем.

— Наверное, — задумчиво кивнул Селиваныч, закусив ноготь большого пальца, — наверное…

Наг ухватил меня за руку и вывел из ненавистного здания, которое теперь не иначе как черный замок с жутким эльфом я себе представить и не могла. Молча добрались до припаркованной у ограды машины и так же в тишине тронулись с места.

— Вик, куда едем? — искоса глянула на нага.

— Пока не знаю, мне надо просто подумать, а потом на двадцать девятую линию поедем. — нехотя ответил наг и снова замолчал.

Хотела спросить, что на двадцать девятой линии, но промолчала. Сейчас шеф совершенно точно не хотел ничего озвучивать, такое с ним иногда случалось, и я постаралась просто не мешать ему. Уже приготовившись к долгому, молчаливому автозабегу, как Вик неожиданно заговорил:

— Послезавтра в нашем городе состоится Большое Собрание глав кланов. Большое, я тебе скажу событие. Готовились к нему не один год, может даже покруче кубка Европы… — шеф резко крутанул руль и под недовольные сигналы других участников дорожного движения, перестроился в другой ряд — для этого в город уже съехались со всей матушки России самые большие боссы. При этом кто они, большая тайна и в нее посвящены только такие же главы.

— Как это? — удивленно спросила его — они же главы…

— Безопасность, Лиза, безопасность… Она на первом месте. Никто не знает, как в мире реально выглядит глава. Но он защищает интересы всего клана перед другими главами. Отстаивает границы и сферы влияния, потому что он самый сильный. — Вик выразительно глянул на меня, увеличивая скорость в потоке автомобилей.

— Но как же? Вы ведь чувствуете, кто самый сильный среди вас…? — непонимающе развела руками.

— Да, но только у главы, есть, так сказать, второе дно. Тварь может быть главой клана и работать обычным официантом. Быть в иерархии не самым первым, не самым заметным. Безопасность главы — на первом месте. Кто он — может узнать только его приемник. Чаще всего, это приемник в прямом смысле, то есть наследник.

— Зачем ты мне это рассказываешь, разве это не тайна? — я неуверенно передернула плечами.

— Хочу, чтобы ты понимала, что будет происходить. Ты же знаешь, что я наг, я защитник, я должен… понимаешь? — такая странная мольба в его голосе.

— Нет, Вик, пока не понимаю… — поджала губы и поторопилась исправиться — подожди, Селиваныч и Мастер называли тебя главой стражи… то есть ты должен быть на этом мероприятии? Ты глава стражи… то есть ты Начальник Охраны там, да?

— Да, Лиз, все верно. И я хочу отменить встречу. Нельзя сейчас. Слишком опасно. — мужчина снова сделал довольно резкий маневр, чем вызвал новую волну клаксонных гудков.

— Вик, но ты же не самый главный наг, да? Я же помню, ты рассказывал, что самые сильные "защитники" занимают самые высокие посты в полиции и в армии..?

— Да, Лиза, ты права, я не самый сильный.

Виктор замолчал и больше ничего не сказал, но то, что и осталось не озвученным, шарахнуло по моим нервам. Вик не самый сильный, занимает не самую высокую должность и, в принципе, в иерархии нагов средний такой середнячок. Но именно он Глава Стражи. То есть у Вика есть двойное дно, та самая скрытая сила.

Я закусила ноготь на указательном пальце, стараясь переварить эту информацию.

— Шеф, а что было в документах о Максе и Картофе? Что такого необычного? Из-за чего Селиваныч, а мне сдается, что он человек, то есть эльф очень черствый и жесткий, так распсиховался?

— Смерть обоих тварей. Все дело в ней. — Вик нахмурился, внимательно следя за дорогой и плавно повернул на набережную. — Картоф умер от многочисленных болезней. У него был цирроз печени, рак легких, рак мозга, даже рак простаты и это только то, что я сейчас навскидку вспомню.

— Но… — непонимающе пожала плечами — что в этом необычного… К сожалению, такое случается…

— Только не с нами, Лиз, — тихо добавил шеф — только не с нами…мы не умираем от болезней. Мы ими, даже не болеем. Иногда, такое случается с полукровками, но не с чистыми. Понимаешь, судя по степени поражения тканей, он умер очень быстро. Словно рак сожрал его за мгновение.

— Так разве бывает? — я в шоке уставилась на шефа.

— Нет, потому Селиваныча и клинануло. Это невозможно, тем более с нами.

— А Макс, этот, Воротов? Что с ним? Почему его не могли найти?

— Потому, что он был в изнанке…, его так же отравили, как и Риту, но потом спрятали на той стороне, в подвале Ритиного дома.

— То есть, он все же в тот день был Лисовской? — я села ровнее, прижавшись лопатками к спинке — Но кто же с ним смог справиться?

— Правильный вопрос, Лиза… Умер он так же, как и Рита, только его спрятали. И знаешь, для чего? — странным тоном спросил шеф, скорее из проформы, чем ожидая услышать от меня реальный ответ.

— Зачем? — подыграла ему.

— Чтобы подставить меня. Макс, наверное, помешал этому плану, потому после того как его ослабили, его затащили в изнанку и убили уже там, хотя в изнанке он был сильнее… Но зачем зацикливать все на меня? И как они умудрились не оставить следов?

— Они? Ты так уверен, что это были они? Не он и не она? Может кто-то из бывших… — я споткнулась о его хмурый взгляд — … из бывших коллег? Ты сам сказал двое высших вампиров, это ведь не хухры — мухры…

— Именно, Вознесенская. И именно они. И это не высшие. — сжав челюсти так, что на его лице скулы проступили сильнее.

— Да почему же? — я не понимала.

— Они не оставили шлейф. Каждая сильная тварь оставляет шлейф своей силы. Мой шлейф не перекрыт, значит те, кто были у высшей — слабые. Низшие. Именно по этой причине на меня и была открыта охота. И теперь я хочу знать специально или просто «повезло» — с издевкой закончил наг, паркуясь на узенькой улочке.

Шеф развернулся ко мне в пол-оборота и внимательно всмотрелся в мое лицо. Потом отстегнул мой ремень и кивнул головой на выход:

— Выходим, Вознесенская.

— А что тут? — я с удивлением выглянула в окно и разгадывала старинное здание, таких в центре было полно. Красивых, пропитанных духом родного города.

— Скоро узнаешь! — весело ответил наг и наклонился вперед. Потянулся и открыл бардачок, расположенный в моих ногах и, достав оттуда что-то вроде ключницы, обмотанной кожаным шнурком, вылез из автомобиля.

Мне оставалось только последовать его примеру и покинуть уютный салон Шевроле. Через минуту мы, без проблем попав в парадную, поднялись на третий этаж и остановились перед новой железной дверью. Виктор замер, смотря на дверь в упор, словно собирался с мыслями или пытался прожечь ее взглядом.

— Что такое? — я нахмурилась, не понимая его взгляд, направленный на неприступный кусок стали.

— Ты знаешь, даже низшие могут оставлять следы. И мы их поищем.

— Что? — не понимая до конца, что же происходит. — ты же только недавно сказал обратное.

— Мы сейчас поищем то, что могли пропустить другие… Низшие, они как люди. Потому мы будем искать то, что пропустили другие.

— А… — я развернулась двери рядом с которой мы остановились, когда до меня, наконец дошел смысл — Ты что решил проникнуть в ЕЁ квартиру?

— Да, Лиз и ты со мной. — кивнул он совершенно серьезно.

— Вот еще! Катись туда сам, если хочешь — зашипела в ответ — я туда не пойду!

— Пойдешь, Вознесенская! Ты меня не бросишь! — совершенно спокойным и уверенным голосом произнёс наг.

— Нет, шеф, ни за что! Лезь туда сам! Я подожду в машине! — и если начала я, зло шипя, то закончила уже заискивающе — А? Ну правда, а если кто узнает? Вызовут полицию! Вик, давай не будем, а?

— Не волнуйся, никто не узнает! Давай Вознесенская, ты же хочешь поиграть в детектива! Я знаю! — он одной рукой притянул меня ближе к себе, а сам присел напротив замка на корточки. Вытащил из кармана куртки кожаный футляр, который буквально пять минут назад достал под моим удивленным взглядом из бардачка.

То, что на первый взгляд показалось ключницей — оказалось «отмычницей». Повозившись минут пять, Полоз аккуратно щелкнул замком и приоткрыл дверь. Затем затащил меня, молчаливо сопротивляющуюся, в квартиру и прикрыл ее за нами.

— Держи — протянул мне пару тонких медицинских перчаток, голубоватого цвета — одевай и осматривайся.

— Я не хочу, я тут постою. — прошипела ему в ответ, отмахиваясь от предложенного.

— Лиз — наг взял меня за плечи и развернул к себе лицом, — Лиз, мне без тебя никак. Понимаешь? У тебя свежий взгляд. Что-то такое, что может помочь нам! Пожалуйста Лиз?

— Ты понимаешь, что мне кроме того, что страшно, так еще и неприятно? Это ты способен понять? — шепотом ответила ему, отведя взгляд в сторону.

— Понимаю, прости, маленькая, но сейчас у нас нет вариантов. Если мы не узнаем хоть что-то новое….

— Хорошо — буркнула в ответ и дернула плечами освобождаясь от хватки нага. Выдернула из его рук перчатки, натянула их и двинулась по коридору, сопровождаемая хмурым взглядом.

Аккуратно открывала двери и заглядывала. Туалет и ванная комната ничего не принесли мне. Шкафчики, забитые различным чисто женским барахлом, баночками и пузырьками. Туалет так же не привлек моего внимания. Зайдя на кухню, начала открывать дверцы и изучать полки.

Удивительно, но обычных коробок с крупами и кашами я там не увидела. Зато несколько упаковок чаев, банка растворимого кофе и море различных бутылок с алкогольными напитками. Столь огромную коллекцию я видела разве что в стеклянных полках ночного клуба. Чистая, блестящая раковина, и две чашечки, перевернутые вверх дном на небольшом кухонном полотенце.

Проверив нижние кухонные шкафчики обнаружила абсолютно новые кастрюли и сковородки, посудомоечную машину, наполненную грязными стопками, стаканчиками и фужерами.

Затем отправилась осматривать остальные помещения. Открыв очередную дверь, наткнулась взглядом на огромную шикарную кровать. Смятое белье и скомканное одеяло резанули мои внутренности неприятной болью. Все осталось так. Неужели с того самого дня?

Сердце упало, внутри все оборвалось, а кончики пальцев начали дрожать. Боже, Лиза, ты же понимаешь, что это прошлое. Но отчего там больно, неприятно? От чего хочется разреветься, будто застала что-то неприличное. Неожиданно дверь перед носом захлопнулась.

— Нет, Лиза, не надо туда ходить. — тихий, чуть злой голос нага.

А я просто развернулась и пошла обратно в прихожую. Села на небольшую кушетку и просто закрыла лицо ладонями.

Мне нужно было успокоиться. Черт, глупо сейчас думать о них. Глупо и неправильно. У каждого из нас есть прошлое. У кого-то оно далекое, как мое. А у кого-то близкое, как у Вика. Я же пообещала себе не думать об этом и не реагировать.

Я так глубоко ушла в свои грустные размышления, что не заметила Полоза, присевшего передо мной на корточки.

— Ли-и-из, ну прости, слышишь? Это было идиотской идеей, тебя сюда тащить. Слышишь? Лиз, не молчи… Я не могу ничего изменить, но, если бы у меня была эта… — он замолчал, так как я протянула руку и закрыла ему рот ладошкой.

— Тсс, молчи. Просто дай мне — сглотнула взявшийся откуда-то в горле ком — подумать.

Он аккуратно ухватил мою ладонь своими пальцами и сидел рядом, держа за руку.

— Нашла что-то необычное? — наконец не выдержал он.

— Нет. Вик, я же не знаю, как живут твари. Тем более вампиры. Ну то, что у нее нет холодильника — это нормально?

— Да.

— Хмм, а то, что нет никакой еды, никакой бакалеи, это тоже нормально?

— Да, Лиз, они же не питаются дома, тем более не едят… — мужчина чуть запнулся — …обычную пищу.

— Хмм, тогда все. Я больше ничего сказать не могу. Хотя пьет она много…

— Да, есть такое, алкоголь, это, пожалуй, единственная жидкость, кроме, кхм, крови, что употребляют высшие.

— Понятно — добавила тише — мы можем уйти? Ты уже осмотрел все, что хотел?

— Да. — Виктор поднялся.

— Подожди — я схватила его за руку, — а где ее нашли? Тут?

— Да, в комнате… — он махнул рукой, и я дернулась в ту сторону, но была остановлена — Нет. Вознесенская, там тебе делать нечего!

— Но я должна посмотреть! — попыталась настоять — если уж ты меня сюда затащил. Пусти.

— Вознесенская! — услышала окрик, когда уже стояла на пороге еще одной, пока не осмотренной мной комнаты.

Открыла дверь и сделал шаг. Тут смердело. Жуткая, плотная вонь, словно кисель обступила меня со всех сторон. Я прикрыла нос и попыталась дышать ртом, заглатывая сгустки воздуха.

Вик резко дернул меня за руку, пытаясь выдернуть из комнаты, но я дернула плечом, стряхивая его руку. Сделала несколько аккуратных шагов в комнату. Два больших кресла, между ними стеклянный столик. Одно из кресел залито чем-то бурым. Пятна были не только на самом кресле, но и на ковре, расстеленном посреди комнаты.

Кроме этого, в комнате была только плазма, висящая на стене и и пара кадок с цветами. Я сделала несколько шагов к столику, чтобы рассмотреть блюдце с крошками.

Я резко развернулась и торопливо вышла из комнаты. Захлопнув дверь, прижалась к ней спиной и постаралась отдышаться. Воздух в коридоре показался мне сладким, более чистым, хотя вонь, словно приклеилась и не отпускала до конца.

— Мусор — выдохнула я, наконец, хмурому шефу, стоящему напротив меня.

— Что?

— Где мусорное ведро?

Виктор не стал задавать лишних вопросов и просто направился на кухню, а я оторвалась от двери и последовала за ним. Подойдя к одному из шкафчиков, распахнул его и присел на корточки напротив пустого мусорного ведра. Я заглянула через плечо и увидела, в общем-то ожидаемую картину — ведро было пустое, а рядом с ним лежал моток мусорных пакетов.

— Пусто. — произнес наг.

— Да, пусто. — кивнула и тяжело вздохнула — еще раз, Вик, чем питаются высшие вампиры.

— Только кровь и жидкости, типа алкоголя. — терпеливо повторил наг.

— Хорошо, — я снова вздохнула и посмотрела поверх его плеча на две чашки, все еще стоящие на столе — тогда скажи, пил ли ты что-то с Лисовской, когда был у нее… С ней… У нее в гостях…?

— Коньяк — каким-то чужим голосом произнес мужчина.

— Ок, — я снова посмотрела на чашки — а печенье, хлеб? Типа того?

— Нет, Лиза, никакой твердой пищи…

— Итак, тогда объясни мне, кто ел печенье в той комнате — я махнула рукой назад, а потом указала на посуду на столе — и пил чай или кофе, если не ты? К тому же помыл чашки и поставил их на полотенце. Вик, это может быть женщина?

— Почему именно женщина? — удивленно спросил Полоз, уже поднявшись на ноги и встав за моей спиной.

— Потому, что раковина насухо вытерта, никаких разводов, видишь? Ты часто так делаешь? Потом чашки, помыты и перевернуты на столе. Я так делаю, когда бываю в гостях, понимаешь, это самый простой способ, когда не знаешь, куда вернуть посуду.

— Нет, но это могла сделать и Рита…

— Ну, смотри, ты сам сказал, что она пьет только алкоголь и кровь. Первого в шкафах полно, а вот чая или кофе, буквально по одной упаковке. Явно, держиться тут для, кхм, гостей… И посуду она предпочитает ставить в посудомойку, посмотри. Полно фужеров и цикл еще не запускался. — я махнула на одну из кухонных дверец нижнего ряда шкафчиков.

— То есть ты думаешь, что это была женщина? — переспросил Вик

— Я не думаю, шеф, но ты сам говорил, что высшие вампиры очень умные и очень сильные! Заметь, я думаю, что их было как минимум двое, и один из них — женщина, которая прибрала на кухне, как сумела. Ну и как минимум один из них — что-то ел в комнате. — я резко выдохнула — боже, я надеюсь не в то время, как она там…ох.

— Тшш, тихо, спокойно, Лиз. Все, уходим отсюда. Не думай об этом. — наг аккуратно обнял меня и потянул прочь из кухни.

— Вик, как не думать? Ты пойми — я развернулась в объятиях и слезы появились сами собой — они, могли пить чай и есть печенье, пока она умирала… Это кошмарно, ужасно… Боже…

— Все, маленькая, идем отсюда… пойдем домой, да? Лиза?

— Угу — уже всхлипывая ответила ему. — домой…

Виктор потянул меня на выход из квартиры. Аккуратно выглянул на лестничную площадку, перед этим как можно тише открыв дверной замок. Затем, прикрыл дверь и повел меня на улицу. Я молча плакала и все не могла успокоиться. Эта жуткая мысль все крутилась и крутилась в моей голове, никак не отпуская. Насколько же надо быть ужасным и черствым существом, что бы совершить подобное.