Глава 40

— И как же вы пришли к такому чудесному выводу? — спросила я, приподнимая бровь.

— Сейчас расскажу, — ответил герцог, хватая Уитмора за плечи и коленом к выходу: — Давай-давай, не задерживайся тут, пока глаза целы.

— Тяжела доля дворецкого! То угрожают, то выгоняют, — театрально вздохнул Уитмор, а потом бесцеремонно спросил: — А ключи от комнаты где?

— Держи, — герцог всунул ему связку. — И не забывай, что ты же уволился, так что нечего жаловаться на свою долю. Свободный, вольный человек, который может не работать! И у которого, если судить по тому, как я тебе платил, состояние как у короля маленькой страны.

— Все равно жизнь уволенного дворецкого еще тяжелее. Все-все, я ухожу! — Уитмор открыл дверь, которая, разумеется, рухнула. Поднял ее и прикрыл с обратной стороны вход.

— Ваша Светлость, вы издеваетесь? — спросила я, когда герцог по-хозяйски устроился в кресле.

— Над Уитмором? Разумеется! Но, заметьте, он тоже, так что не делай из меня злодея, Крис.

— Вообще-то, я имела ввиду себя. Идите в свою комнату! — я попыталась выгнать герцога, воззвав к его разуму. — У вас нет ни одной причины оставаться здесь.

— Ни за что, — безапелляционно заявил герцог. — А причины? Послушай, леди Крис, ты меня не убедишь уйти. Я же говорил, что здесь опасно? Говорил. Говорил, что тут шастают всякие странные и опасные личности? Говорил! А ты ответила, что все будет хорошо, никто в твою комнату не попадет. И только я услышал, как сработала магическая ловушка на окне, так сразу застал в твоей комнате непонятного мужчину.

— Прекращайте этот цирк! — я с трудом удерживала себя от того, чтобы начать говорить громко, поэтому получался громкий и злой шепот: — Вы Уитмора называете непонятным мужчиной?

— А что такого? Уитмор не мужчина разве? И сильно ты его понимаешь? А насчет опасности и странности вообще молчу — это не требует доказательств, — сощурился герцог, приводя меня в недоумении: он снова играет или же действительно ревнует? Ревнует… Тьфу, как вообще такие глупые мысли могли прийти в голову.

— В любом случае, здесь только одна кровать. И вас на нее я не пущу, потому что это моя комната! — привела я аргумент, а потом хитро усмехнулась: — Сомневаюсь, что вам удастся выспаться в кресле, а из мест, где можно поспать, остался только пол. О, тут даже коврик есть возле моей кровати. Наверное, специально для таких случаев, — с сарказмом закончила я. — Посмотрите, какой длинный, а? Словно специально под ваш рост подбирали.

— А ты права, леди Крис, абсолютно права. Отличное место для сна, — сказал герцог. — Все, забирайся в постель, не смущай меня своим видом, а то я, как и всякий мужчина, начну думать не о том.

— Если вы начнете думать не о том, — сказала я, откидывая одеяло, — то я вам это «не то» отобью.

— Вот именно поэтому я собираюсь оставить свои мысли максимально приличными и светлыми. То, что тебе «не то», мне очень «то» и дорого как мужчине и наследнику целого герцогства, — сказал герцог, а потом подошел ко мне. Я уже влезла на кровать и внутренне приготовилась ко всему: и что он на кровать присядет, и что сделает что-нибудь не то, но…

Герцог поправил выбившуюся прядь волос, схватил покрывало, лежавшее на стуле рядом с кроватью, и лег прямо на коврик, про который я шутила!

— Спокойной ночи, леди Крис.

Пожелания герцога не сбылись: ночь была какой угодно, но не спокойной. И я сейчас не о появлении Уитмора. Сначала я не могла заснуть, потому что думала о странном поведении герцога, а вот когда начала засыпать, то услышала стон герцога. Чем он там, черт подери, занимается?!

— Леди Крис, леди Крис, — прошептал герцог, — ты там спишь? Леди Крис, ну-у-у-у леди Крис!

— Благодаря вам теперь не сплю.

— Леди Крис, на полу ужасно…

— Да-да, спокойной ночи.

— Леди Крис, не засыпайте! — взмолился герцог.

— Почему? — вздохнула я, переворачиваясь на другой бок — как раз так, чтобы если герцог встанет, то я смогла взглянуть в его бесстыжие глаза.

— Потому что я не могу спать, тут слишком холодно! И у меня бок болит — пол жесткий, а ковер ничуть не помогает, — пожаловался герцог.

— Идите к Уитмору, — отрезала я.

— Там одноместная кровать. Если я попробую туда лечь, то Уитмор лишит меня самого дорогого. Если что, я про голову, леди Крис.

— Я так и подумала. Но от меня вы что хотите, Ваша Светлость?

— А можно мне к вам…

— Нет.

— … на самый краешек…

— Нет.

— Леди Крис! Не будьте жестоки, вы меня даже не заметите! А на полу я замерзну, окоченею, простыну и умру.

— Ваша Светлость, вас вылечат быстрее, чем вы успеете второй раз чихнуть. Можем вызывать лекаря прямо сейчас, — предложила я, всерьез размышляя о том, чтобы положить подушку на голову и, наконец, заснуть. Вот именно сейчас спать захотелось неимоверно. И даже то, что наличие герцога в одной комнате немного… будоражило, не мешало моему истовому желанию поспать.

Я сдалась. Через сорок минут, когда жалобы герцога стали почти невыносимыми, я поняла, что ради сна готова на все: и убить герцога, и впустить его на кровать. Убийство — это плохая идея, как ни крути, да и говорить о нем я могла лишь в шутку, потому оставалось позволить герцогу улечься в мою кровать. Разумеется, под свое покрывало, а не мое одеяло.

Герцог забрался на кровать, устроился на ней настолько незаметно, насколько это вообще возможно для мужчины его роста и комплекции. То есть абсолютно не незаметно! Я чувствовала, как он дышит, чувствовала, что он лежит рядом. И, пусть он и замолчал, но заснуть у меня снова не выходило. Я вертелась, крутилась, один раз чуть не въехала в носом в лицо герцога, тихо ругнулась, задумалась о том, можно ли его спихнуть с кровати так, чтобы он не проснулся. Но, к счастью, прежде чем я закончила всерьез продумывать этот способ освобождения кровати, я заснула.