Глава пятая. Болтовня об аниме

– Ты заснула, а я как приличный хозяин принес тебе подушку, – поведал Михаил на Ритин вопрос. Она отпила латте и с детским предвкушением обратилась в слух. Уже давно покончили с яичницей, поболтали почти обо всем на свете, но спросить про футболку решилась только сейчас.

– И что?

– Потеребил тебя за плечо, ты открыла глаза, заявила, что устала как собака и хочешь спать. А потом заметила, что лежишь в костюме, – он театрально закатил глаза. – И выдала, что не можешь спать в одежде, потому что завтра тебе гулять в ней полдня, а выглядеть она будет как полотенце из ослиной задницы. Заметь, это цитата. Я побоялся интересоваться подробностями судьбы бедного животного и быстренько организовал тебе постельку со сменой белья.

– А лифчик где? – осторожно поинтересовалась Рита. Догадывалась, что вопрос звучит странно, но надежда отыскать недостающую деталь туалета в одиночку растаяла почти сразу.

– Ничем помочь не могу, ты раздевалась без меня, – Михаил развел руками. – Я же приличный мужчина, а не какой-нибудь зеленый пикапер-недоучка.

Рита отпила еще кофе и ухмыльнулась. Нелюбовь к пикаперам Михаил пронес через годы. Помнится, ему и раньше не нравилась сама идея прагматичного подхода к отношениям. Поймала его взгляд и почувствовала, что краснеет. Отвела глаза. И подумать не могла, что с Мишей будет так легко. Казалось, боль и обида не отпустят никогда, не верила, что сможет даже просто заговорить с бывшим, но нет. Сидит на его кухне в трусах и дурацкой футболке, пьет кофе и смеется над его шутками. И самое страшное – никуда не хочет уходить. Может, все происходящее – это какая-нибудь ловушка подсознания и не стоит связываться вовсе? А сейчас самое время уносить ноги? Понять бы. Еще одного удара по самолюбию ей точно не выдержать.

Картинно посмотрела на часы на плите и вздохнула.

– Мне пора в душ и на выход, а то опоздаю на встречу.

Михаил залпом допил кофе и нахмурился.

– Что ты собралась так долго делать в душе? Спать? Ты говорила, тебе к полудню, идти двадцать минут, а сейчас без четверти девять.

– Не знаю, – Рита пожала плечами и тоже допила латте. – Неудобно тебя стеснять.

– Понял, – он поднялся из-за стола. – Душевая в гостевом санузле. Если хочешь по старинке, то ванна есть в том санузле, где спальня.

– Я бы по старинке, – Рита поняла, что снова краснеет. Чувствовала себя наглой девицей, которая мало того что напросилась ночевать, так еще и выбирает, где мыться.

– Погоди, сейчас найду тебе зубную щетку. У меня есть штук десять для залетных гостей.

Вышел из кухни.

– Смотрю, ты прямо бесплатную ночлежку здесь организовал, – кинула ему в спину. – Со всеми удобствами.

– Отчего нет? – раздалось откуда-то из недр коридора. – Три комнаты, я один. Только бесплатна она не для всех. О! Нашел.

Вернулся на кухню и протянул Рите одноразовую зубную щетку в прозрачной упаковке, вроде тех, что дают в поездах.

– Гель бери любой. Пасту тоже. Там все есть. Полотенце сейчас принесу. Пойдем!

Увлек за собой в коридор. Они прошли мимо закрытой двери, Рита подозревала, что за ней прячется кабинет, зашли в другую и оказались в спальне. Здесь все было проще некуда: в углу стоял шкаф, по центру двуспальная кровать, а ближе к окну большое кресло. Бросились в глаза тяжелые шторы с блэкаутом, и Рита попыталась отогнать воспоминания . Михаил, видимо, так и остался любителем поспать подольше.

– Тебе вон туда, – он подвел ее к неприметной двери около шкафа. – Я сейчас разберусь с полотенцем.

Рита направилась в ванную. Скинула одежду, включила воду и нырнула под горячие струи. Распаковала зубную щетку и с детским предвкушением выдавила на нее какую-то мятную пасту. Еще пять минут, и снова станет человеком, потом сбежит подальше от искушения, немного погуляет, заберет ключи от квартиры и подумает, чем заняться в перепавший выходной.

Успела намылить голову, когда скрипнула дверь.

– Я полотенца принес, – бодро сообщим Михаил, – глаженные. У ослика на них были планы, но пришлось уступить мне.

– Спасибо! – хихикнула Рита над печальной судьбой животного и продолжила терзать намыленную шевелюру.

Прошипела по рельсе пластиковая штора ванной, и Рита охнуть не успела, как Михаил встал за спиной. Обнял, привлекая к себе, и наклонился к уху.

– Надо проконтролировать, все ли ты правильно делаешь…

А потом запустил обе руки в Ритину шевелюру и, помассировав голову, пробежал мыльными пальцами по шее, плечам, лопаткам. Задержался на талии и скользнул к груди.

– С ума сошел… – выдохнула Рита, когда поняла, что не может толком пошевелиться. Михаил прижимался торсом к ее спине и, по-хозяйски ухватив за грудь, гладил соски большими пальцами. Водил их по бесконечному сладкому кругу. Нежно, но уверенно и настойчиво.

– Да… сошел… – он сжал грудь сильнее и проложил дорожку из поцелуев от шеи к плечу.

Рита прикусила губу. Михаил, похоже, превосходно помнил слабости бывшей и собирался ими воспользоваться.

– Надо нормально смыть шампунь, – осторожно заметила она, пытаясь отсрочить неизбежное, – будет щипать глаза.

– Будет не до глаз, – прошептал он и, выпустив женщину на мгновение, чуть поправил душевую лейку.

Рита ахнула. Сначала от нахлынувшей воды, а потом оттого, что Михаил повернул к себе лицом и впился в губы жадным поцелуем.

Ответила с такой же жадной настойчивостью, прикусывая за губу и вовсю хозяйничая языком. Целовала, обнимая и прижимаясь так сильно, как позволяли границы тел. Блуждала ладонями по его спине и плечам, наслаждаясь упругостью мышц и невесть откуда взявшимся ощущением, что, несмотря на долгий перерыв, с Мишей все получится великолепно. Сама теряла разум от его прикосновений и хотела, чтобы он тоже забывал обо всем рядом с ней.

Михаилу удавалось сохранить хладнокровие. Он не спешил. Будто пытаясь вспомнить все прелести бывшей, методично и тщательно изучал ее тело. Нежными, едва ощутимыми поцелуями проходился по шее, уверенными движениями гладил спину и ягодицы, безжалостно терзал грудь. Рита стонала и крепче сжимала сильные плечи. Кусала губы. Хотелось кричать и приказывать действовать сейчас. Запретить тянуть кота за хвост, когда все тело ноет в ожидании единения.

Перестала замечать воду и тесноту ванны, вся сосредоточилась там, где тела касались уверенные руки, бесстыдные губы и твердый член. Выгибалась навстречу каждой ласке и нетерпеливо ухватывала Михаила пониже спины, давая понять, что готова принять его без лишних проволочек.

– Пожалуйста… – прошептала, когда стало окончательно невмоготу.

– Тс-с… – отозвался он и захватил в сладкий плен губ ее левый сосок. Приласкал языком: сначала осторожно и мягко, а после перешел на дразнящую, бесцеремонную игру.

Рита откинула голову и снова закрыла глаза. Из горла вырвался стон, и появилось стойкое ощущение, что сейчас она воспользуется мужчиной, не спрашивая его согласия.

Михаил ненадолго задержался у правого соска, а потом приподнял Риту за бедра и резко, почти грубо насадил на себя. Женщина прикусила губу и крепче ухватила его за плечи. Маловероятно, что он уронит ее, но прерываться из-за мелочей не хотелось. Напротив, Рита жаждала терзать его, пока хватит сил, ощущать его в себе и не думать ни о чем, кроме горячего единения тел.

Каждое его движение отзывалось внутри томной нежностью, туже и туже закручивая жгут предвкушения. Каждое касание губ напрочь уносило разум, оставляя только животное желание и томительное ожидание разрядки.

– Ты на гормональных? – некстати поинтересовался Михаил.

– Да, – не до конца понимая, о чем он спрашивает, ответила Рита.

Собралась уточнить, но не успела. Мужчина ускорился, и все ее тело превратилось в одну пульсирующую наслаждением жилу.

– О боже, – выдохнула Рита, прежде чем повиснуть в его руках безвольной тряпочкой.

– Это всего лишь я, – знакомо отшутился Михаил, осторожно поставил ее на ноги спиной к себе, но из объятий не выпустил.

Рита почувствовала вдруг, что из душа по-прежнему льется вода. Положила голову Михаилу на плечо и прикрыла глаза, подставляясь под струи.

– Как хорошо… Сейчас только полежать для полного счастья…

– Я бы не отказался от продолжения, – Михаил поцеловал ее в висок. – Для полного счастья. Знаешь, как говорят мудрецы? Если ты счастлив сам, подари радость ближнему.

– Это какие такие мудрецы? – поинтересовалась Рита и чмокнула его в плечо.

– Какие-то, восточные, наверное, – хохотнул Михаил и потянулся выключить воду. – Сейчас я тебя вытру, и мы сможем поискать, где я это вычитал. Если захочешь.

Рита рассмеялась: уже заранее представляла, чем закончатся эти поиски.

Помог выбраться из ванны и завернул в огромное пушистое полотенце. Промокнул волосы. Запечатлел на губах неторопливый поцелуй. А потом еще. И еще. Рита не возражала. Происходящее напоминало ей сон, и совсем не хотелось просыпаться.

Кажется, целовались целую вечность. И целовались бы еще, но тело успело отдохнуть после горячих водных процедур и настойчиво затребовало продолжения. Михаил поманил за собой в спальню. Уселся на огромное кресло и, прихватив Риту за руку, потянул на себя.

– Иди сюда, – произнес будоражаще хрипло, – последуем мудрым советам.

Рита остановилась на миг полюбоваться им. Невольно облизнулась, мужчину хотелось потрогать. Наверное, если бы на античных статуях не стеснялись изображать людей во время любовной игры, они бы походили на Михаила. Крепкая шея, мускулистые руки, накачанная грудь, торс с наметившимися кубиками, сильные ноги и готовый к бою член. Соски знакомо заныли, и Рита высвободила руку. Погладила его плечи.

– Ты похож на хентайного тирана. Властного правителя, грозу соседей и охотника на девственниц.

– Хентайного? – Михаил нахмурился. – Хентай – это аниме, так?

– Эротической направленности.

– И что там вытворяет попавшая в плен девственница?

Рита прикусила уголок губы и скользнула ладонью от его плеча к низу живота.

– Покоряется воле господина.

Михаил кивнул, схватил ее за руку и рванул на себя. Усадил сначала на колени, а потом, приподняв за талию, устроил поудобнее. Ровно так, чтобы могла двигаться только либо вверх, утопая в его готовности дарить наслаждение, либо вниз, увязая в ней еще больше.

Рита и впрямь почувствовала себя мультяшной невольницей. Так же, как в мультфильме, сходила с ума от каждой ласки господина и единственное, что могла вымолвить четко, это слово «еще».

Не помнила, как перебрались на кровать, все затмил очередной безумный оргазм. Зато, почувствовав в себе пульсирующий член, вспомнила вопрос про таблетки. Миша, похоже, имел в виду вовсе не те гормональные. Не стала ничего объяснять. Осторожно погладила его спину и подставила лицо, позволяя целовать себя. По-хентайному кричать: «не кончай в меня, я могу забеременеть», было не только поздно, но и бессмысленно. Все равно без операции или ЭКО шансов у нее кот наплакал.

– До чего же сладкий цветочек оказался в моем саду, – проворковал мужчина, укладывая ее себе на плечо. – Так бы и запер тебя здесь навсегда.

Рита, едва касаясь, поцеловала его в шею. Навсегда – это громко сказано, но побыть рядом еще немного она бы не отказалась.

* * *

Михаил проснулся среди ночи от случайно попавшего в окно света фар, да такого яркого, будто там снаружи была летающая тарелка, не меньше. Стараясь не шуметь, осторожно поднялся с кровати и застыл, прикидывая, как потише задернуть шторы. Не хотелось разбудить Маргаритку. После вчерашнего ей точно не мешает хорошенько отдохнуть.

Оглянулся на спящую женщину и довольно хмыкнул. Совсем не так планировал провести эти выходные, но что вышло, то вышло. Осталось найти немного времени на работу и можно считать, что суббота с воскресеньем прошли идеально. Посмотрел на часы. Полтретьего. Рита, должно быть, проснется к семи. Он как раз успеет разобраться с документами.

Мысленно досчитал до трех и дернул шторы. Кольца едва слышно прошуршали по трубке карниза, и ткань послушно отделила спальню от остального мира. Михаил прихватил одежду и вышел в коридор. Почти бесшумно затворил дверь. Сейчас посидит немного за компьютером, а потом с чистой совестью посвятит воскресенье Рите. Не совсем одноразовая случайная связь, но он и не собирается ни перед кем отчитываться. В конце концов, за полтора года встреч с Лерой он так и не воспользовался своим правом налево и вполне заслуживает небольшой компенсации.

Даже предположить не мог, что захочет согласиться на предложение невесты не хранить верность до свадьбы. Понимал, зачем это Лере: вчерашняя девственница, она, вероятно, боялась ошибиться и выбрать неправильного мужчину, но он-то уже обозрел рынок и мог позволить себе принадлежать одной женщине. Благо, та никогда не отказывала. А потом судьба подкинула встречу с Ритой и самолюбие голодной крысой выгрызло все планы на самоотверженную правильность.

Бывшая повзрослела, потеряла угловатость юности, стала грациознее, серьезнее, строже, но и только. Серые, смотрящие прямо в душу глазищи остались прежними, и улыбка все так же вызывала только одно желание – чмокнуть в уголок губ. Сначала хотелось доказать Рите, что она напрасно не стала бороться за возможность быть вместе. Заставить ее пожалеть о разрыве, о потерянном ребенке. Но потом отпустило, и Михаил решил ограничиться маленьким баловством. Просто продемонстрировать ей, что она потеряла. Во всей красе. Демонстрация, конечно, затянулась, но это момент технический. Так случается, когда в постель к взрослому мужчине попадает податливая и горячая женщина.

Сварил себе кофе и устроился в кабинете у компьютера. Не очень любил финансовую отчетность, предпочитал заниматься непосредственно картинами, но с тех пор как их галерею покинул один из трех партнеров, контроль за финдиректором лег на плечи других владельцев. Не то чтобы Михаил не доверял своим работникам, но и оставлять их без твердой руки считал глупым.

Кажется, увлекся. Очнулся, оттого что в кабинет почти влетела перепуганная завернутая в полотенце Рита.

– Там в дверь звонят, – сообщила она, оглядываясь так, будто ищет место спрятаться.

Михаил сдержал смешок и покачал головой. Даже если она и засядет в одном из шкафов, следов по квартире более чем достаточно. Посмотрел на время на телефоне и снова покачал головой. Шесть пятнадцать. Все правильно!

– Это курьер, еду привез, – поспешил успокоить женщину и, торопливо чмокнув ее в нос, пошел открывать.

Забрал у мужчины пакеты, вернулся в квартиру и принялся распихивать продукты по местам.

– А почему так рано? – поинтересовалась подоспевшая Рита. – Воскресенье, шесть утра.

– Чтобы потом весь день был свободен, – Михаил закинул сыр в холодильник и подошел к гостье. – Раз в неделю приходит, очень удобно. Ты мне лучше скажи, чего так перепугалась?

Прижал ее к себе и уткнулся носом в макушку. От теплой Риты знакомо пахло цветочным гелем для душа, и Михаил поймал себя на мысли, что может стоять так вечность. А потом тело отреагировало на желанную женщину рядом, и Михаил решил, что стоять вечность нужно с перерывами.

– Вы же наши клиенты, – Рита потерлась носом о его грудь и подняла на него глаза, – еще не хватало, чтобы из-за меня случился скандал. Если твоя невеста застанет здесь.

– Не будет никаких скандалов, – Михаил поцеловал ее в нос. – Обещаю. А теперь одевайся и пойдем завтракать на крышу. Посмотришь на сонную Москву.

Рита покачала головой, но не стала спорить. Вероятно, тоже еще не успела толком проснуться. Михаил распихал покупки по местам и взялся за приготовление бутербродов: хотелось удивить бывшую не только своими постельными возможностями, но и заботой.

Планировал пикник на крыше еще в пятницу вечером под звездным небом. Собственно, шел в агентство именно предложить выпить по бокальчику в необычной обстановке. Рита к тому времени уже успела дойти до кондиции с коллегами, и поход на крышу пришлось отложить. Зато у Михаила остались ключи от ведущей наверх лестницы, и сейчас он твердо решил ими воспользоваться.

Сложил в рюкзак бутерброды, сок и пару пледов, дождался, пока Рита приведет себя в порядок, и потащил ее за собой.

На крыше, скрытая выходом вентиляции от посторонних глаз, стояла скамейка. Дул по-утреннему прохладный ветерок, где-то чирикали птички, а в воздухе пахло смесью аромата сирени и духа остывшего асфальта. Жильцы частенько использовали это местечко для посиделок. В управляющей компании, конечно, ругались и грозили штрафами, но за небольшую плату давали умыкнуть ключи. Естественно, с тем условием, что, случись что, управляющая компания ни при делах.

– Смотри, – Михаил обнял Риту со спины, заставляя повернуться в нужную сторону, – говорят, Москва никогда не спит. Чушь. Спит, и еще как. Летом. По воскресеньям. С утра.

Она хихикнула, и Михаил поцеловал ее в макушку. Прижал сильнее и поцеловал снова. Хотелось кричать. Было страшно хорошо стоять с Ритой вот так и любоваться пустыми тихими улицами. Будто в сказочном городе неизвестный шалун-волшебник заколдовал прохожих, и теперь там могут гулять только кошки и решившие пройтись пташки.

– Миша, – осторожно затянула Рита, – давай есть. Я голодна как зверь. Мы не ели со вчерашнего обеда.

– Уговорила, – благодушно согласился он и полез в рюкзак. Только сейчас понял, что тоже голоден. Как так вышло? Отлично помнил, что они собирались поужинать в уютном местечке, но отчего-то туда не дошли. Вот и получалось, что обед, после того как они забрали Ритину сумку, так и остался последней трапезой.

– Расскажешь, что у тебя происходит? С личным, – поинтересовался вкрадчиво, когда с бутербродами было покончено и Рита сидела рядом и тихонько посасывала через трубочку вишневый сок из яркой упаковки. – Решил навести справки и выяснил, что у тебя насыщенная жизнь.

Спросил и застыл в ожидании. Не решался поговорить о ее разводе раньше, но отчего-то казалось, что сейчас самое время удовлетворить любопытство.

– Что именно тебя интересует? – Рита отвлеклась от сока и посмотрела Михаилу в глаза. – Наверняка же знаешь бо́льшую часть.

– Твоя версия.

Рита махнула рукой.

– Банальная история. У меня проблемы с детьми, осталось осложнение после аборта. Чтобы зачать, мне нужна или операция, или ЭКО. Само собой может выйти, но шанс ничтожен. Муж не стал ждать и возиться, сделал ребенка другой. Уж не знаю, повод мои сложности или причина, но факт остается фактом.

– Меня больше интересует имущественный вопрос…

– Ты и об этом знаешь? – удивилась Рита и знакомо приподняла левую бровь. А потом грустно усмехнулась и сдавила пустой пакетик из-под сока. – Ну да, всесильный Рокотов-старший… Муж хочет признать мою квартиру совместно нажитым имуществом на том основании, что сильно потратился на ремонт. Смета, естественно, подделана. Будем разбираться в суде.

– А что за компания?

– Этого тебе отец не рассказал?

– Нет, – Михаил пропустил шпильку. Черт с ними, с подтруниваниями, сейчас важнее было узнать все наверняка.

– ООО «Милый и уютный дом». А тебе зачем?

– Интересно. Мне казалось, вас с братом такие вещи просто не коснутся. Из-за отца… – он пожал плечами и потянулся поймать Риту в объятия. – Какие планы на сегодня? У меня никаких, и я бы с радостью провел день с тобой.

– Я хотела вечером пойти в клуб поиграть в настолки. Лекцию еще собиралась посмотреть. Но по большому счету ничем не занята.

– Предлагаю компромисс, – он прижал Риту к себе, наслаждаясь ее теплом, и осторожно прикусил мочку уха. – Лекцию вычеркиваем, в клуб идем вдвоем, а взамен ты остаешься у меня на ночь. Хочу провести эти выходные с тобой.

– Но…

– Лера приезжает только через неделю.

– Хорошо, – выдохнула Рита, видимо, окончательно потеряв волю к сопротивлению.

– Вот и славно, – подытожил Михаил и с жадной нежностью коснулся ее губ поцелуем. Прикрыл глаза. Утро начиналось просто чудесно.