Глава 8.3

Все в ожидании уставились на оставшиеся кареты, в какой-то миг мне даже показалось, что сейчас может начаться драка, но ничего не произошло. По крайней мере дверца открылась только одна — и из нее вначале вышел мужчина в белых одеяниях, с ордененом из драгоценным камней на груди и чалме.

"Индириец" — поняла я.

— Намасте, Ваше Королевское Высочество, — на чистом англиканском произнес он. — От лица Королевства Индирии приветствую вас.

— Намасте, уважаемый посол, Аджид Асну, — ответил принц. — Рад приветствовать вас под крышей этого дома.

— Благодарим за гостеприимство, — отозвался мужчина, делая лёгкий поклон. — С вашего позволения хотел бы представить жемчужину своей страны — принцессу Ганну.

Дождавшись от принца церемониального кивка, посол вновь подошёл в карете и помог выйти оттуда девушке.

Ее белое сари было расшито золотом, руки украшали многочисленные браслеты, так же как и в темную косу, кто-то заботливый велел десятки украшений. Голову принцесса покрыла полупрозрачным платком, за счет которого ее вид становился ещё более таинственным. Ганна степенно шла вперёд, опустив взгляд в землю, но ее прямая осанка и грация заставляли любоваться ею.

— Намасте, Ваше Королевское Величество, — сложив руки перед собой, пропела она тихим мелодичным голоском и при этом с ужасающим акцентом.

Все вокруг сделали вид, что не заметили ошибки принцессы в титуле, который заранее короновал Себастьяна.

Разве что посол с лёгкой улыбкой якобы оправдался.

— Принцесса только начала изучение англиканского языка, но она весьма и весьма прилежная ученица.

— Это похвально, — мне почудилось, что Себастьяну понравилась лесть такого плана.

Он даже лично проводил принцессу к оставшемуся креслу и усадил ее туда.

Роберт же смотрел на действия брата с явным неодобрением. И я понимала причины. В последней карете оставалась ещё одна девушка, и как бы не разразился международный скандал из-за сущего пустяка.

Это заставляло волноваться. И вдвойне я распереживалась, когда из кареты вышел не кто-нибудь — а Амир Махди. Да-да, тот самый посол Персиции, который так активно зазывал меня в свой гарем главной женой.

И находиться в Англикании сейчас он не должен был, просто по той причине, что я видела его несколько дней назад на приеме и он собирался уезжать на родину. Что же теперь выяснилось? Никуда он не поехал, точнее поехал — но не в Персицию, а сюда.

Не люблю обманщиков. Сама такая.

— Ваш знакомый, графиня? — послышался вопрос от Роберта.

— С чего вы взяли? — поинтересовалась я, будучи уверенной, что при взгляде на Амира у меня ни мускул не дрогнул. И все же добавила: — Но вы правы. Дженаб-е Махди выступал послом своей страны в Франциссии, я видела его несколько раз на торжествах.

— Просто он тоже на вас сейчас посмотрел, — ответил Роберт.