Глава 36

Кристиан       

Передавил. Сам знал, чем это все может закончиться, и ничего поделать с этим не мог. Если до этого терпения у Кристиана оставалось на донышке, то труп полицейского, убитого воплоскурами собственной студентки иссушили эту, казалось, огромную чашу до дна.

Дейзи же умудрилась пробить и это дно, и Кристиан был готов если не убить девушку, то точно выпороть, как грозился до этого. Но эта дурочка мелкая сама себя наказала еще хуже. Восприняла его слова о горохе всерьез, и пока он тащил кокон с трупом в чащу, а потом рыл глубокую яму заметая следы, спасая жизнь одной не очень умной особы, постоянно влипающей в разного рода неприятности, эта самая особа мучилась от боли, стоя несколько часов на горохе.

Красивая она выросла, хоть и дурная! Не поскупилась матушка-природа. Губки пухлые, глазки блестят как у красавицы ведьмы какой! Волосы длинные, шелковистые! Кожа… кожа как у лепестка розы, вот серьезно! И пахнет так же, только лучше! Но с мозгами беда… и неприятности собирает, как как черный бархатный сюртук всю возможную пыль и мелкие соринки! Хорошо, что Кристиан у нее есть! Не то совсем бы сгинула в этом огромном враждебном мире. Интересно, она сама хоть догадывается, на что идет Кристиан укрывая ее с воплоскурами в собственном доме, избавляясь от трупа и проведя тот самый обряд?

Нет, скорее всего, она с детства бед не знала, и не может оценить поступки Кристиана, в полной мере, не потому что неблагодарная, нет. Дейзи просто не знает, с чем сравнить, не чувствует берегов…

Но Кристиан помогает ей отнюдь не за ее благодарность. Он делает так, как велит его сердце! Иногда вопреки не только разуму, а вообще, всему вопреки!

Когда вернулся после закапывания ямы, и увидел как она успела себя изуродовать к этому времени, чуть снова не убил ее! Она совершенно отбитая! На всю голову! Стояла на этом проклятом горохе и не сошла, хотя умирала от боли. Вот ненормальная! Он спасает ее шкуру, из кожи вон лезет, покрывая ее и уничтожая улики, а она! Наговорил гадостей в сердцах! Сорвался! Во всех смыслах! На поцелуй сорвался! Бешенный и неистовый! Просто приникнул к этому источнику райского блаженства и жадно испивал живительный нектар, и чувствовал как силы его постепенно восстанавливаются. Как пробуждается куда большая жажда. Жажда желания, обладания! Жажда взять свое и никуда более не отпускать! Без оглядки на общество, которое конечно не одобрит связь уважаемого ректора, дворянина, не последнего человека в королевстве и обычной простолюдинки, дочери хоть и богатого, но безродного нувориша, своей собственной студентки в конце-концов!

Она боится. И это хорошо. Хоть что-то смогла ее напугать. Может хоть немного думать начнет, прежде чем совершать очередную дичь… да и Кристиан тоже хорош. Считал ведь последние эмоции у покойника. Страсть, похоть, желание надругаться, осквернить, очернить беззащитную девушку. У Дейзи просто не было другого выбора. Если бы не ее воплоскуры, то лежать бы ей сейчас поруганной и оскверненной в сырой земле вместо этого подонка! А Кристиан еще отругал ее. Надо смягчиться. Срочно. Девушка много всего пережила, и ей снова нужно сильное плечо, которое ректор предоставит ей с превеликим желанием!

Своим намерением позаботиться о нем, она растрогала его… Кристиан смывал с себя комья грязи под ледяной водой душа, но даже она не могла унять жар его тела, который породила близость рыжеволосой девушки. А может, правда, довести обряд до конца? Консумировать брак, официально представить ее своей знатной родне и всему Королевству? Ну да, косые взгляды будут, куда уж без них, но это ничего. Это Кристиан переживет. Игра стоит свеч, а возможность связать Дейзи узами брака и того подавно! По быстрому родить с ней ребенка, и воспитывая малыша, у нее не останется ни времени, ни желания творить очередные хулиганства!

Спокойнее, да так будет определенно спокойнее! Кристиану настолько понравилась эта мысль о консумации, что он позвал девушку к себе, в ванную. Не захочет она, он настаивать не будет. Не насильник в конце-концов! Сделает вид, что ничего не было и все будет как раньше… Но Дейзи на удивление согласилась! Неужели она тоже к нему испытывает хоть что-то?