Глава 38

Он тренируется. Красивое бронзовое гибкое тело вздыбливается мышцами под кожей, от которой клубится пар. Потому что Кристиан разгорячен тренировкой, а воздух вокруг холодный. Зрелище просто фантастическое. Я стою у окна и с замирающим сердцем слежу за упражнениями ректора.

Голый по пояс он подтягивается на турнике, что стоит в глубине двора, а я его, этот турник, и не замечала даже. Зато теперь Господин Ротенбергский выписывает на перекладине такие кульбиты, что мне остается лишь застыть с приоткрытым ртом.

Какой же он все-таки красивый, мой ректор! А золотистый отблеск рассвета на его влажной коже заставляет ее буквально искрить. Прямо ангел, а не мужчина! Хотя, очень порочный ангел! В нем столько же животного, даже звериного непреодолимого магнетизма, сколько и возвышенности и знаний.

А потом, после изнуряющих упражнений на подтягивание и отжимание, мужчина подходит к озеру. Вода, скорее всего ледяная, но это его не пугает. Мгновение и брюки летят вниз. Кристиан с разбега бросается в воду, разбрасывая вокруг себя мириады искрящихся брызг. В десяток сильных гребков мощными раскаченными руками мужчина оказывается на противоположном берегу, а потом так же быстро возвращается обратно. Надо запретить это. На законодательном уровне запретить таким красивым мужчинам купаться в водоемах! Иначе держать себя в рамках приличий девушкам будет сложнее и сложнее.

Подхватив одежду, мужчина возвращается обратно. Я же, загипнотизированная плавными сильными движениями красавца-ректора отмираю и со всех ног несусь в кровать. Закрываю глаза в тот момент, когда он заходит в комнату.

Сплю я, господин Ротенбергский! Сплю, да. Что, говорите, кто-то подсматривал тайком за вами в окно? Нет, это вам показалось, Дейзи Сандерленд не пускала на вас слюни, нет, она спала! Как убитая! Прямо вот как сейчас!

Тяжелые шаги слышатся уже около шкуры. Мощное разгоряченное тренировками и плаваньем тело склоняется надо мной. Оно не касается меня, но я с закрытыми глазами чувствую эту сбивающую с ног энергетику. И его запах тоже слышу. Мускусно-морской, свежий, приятный, ммм…!

Его шершавая подушечка пальца, растрескавшаяся от упражнений на перекладине, проводит по моей щеке, ласково и нежно, убирает прядь волос, спустившихся мне на глаза. Из последних сил мне удается не реагировать на его прикосновения, успешно претворяясь спящей красавицей. Тогда Кристиан спускается еще ниже и целует меня в висок. Это так нежно, мимолётно и трогательно, что сдерживаться я уже не могу.

Открываю глаза.

– С добрым утром! – улыбается Кристиан.

В его глазах плещется нечто такое, что притягивает меня и пугает одновременно. Я бы назвала это нежностью, но зачем ректору так смотреть на свою самую проблемную студентку? Правильно, не зачем. А значит, мне все это показалось.

– Вставай Дейзи, я приготовлю нам завтрак.

Ректор и правда замаячил на кухне, а по всему дому поплыл аппетитный аромат поджаренного хлеба и кофе.

Я быстро собрала постель, сходила освежиться в ванную. Запахи витали уже нестерпимые и мой животик голодно и жалобно урчал, требуя немедленно его покормить. Вышла на кухню. Кристиан сервировал деревенский столик аккуратно и со вкусом. Две большие чашки дымились наполненные кофе, у Кристиана он был черным, для меня же был разбавлен молоком. На блюде исходились паром аппетитные, покрытые румяной корочкой гренки, рядом с ними в креманках благоухал малиновый джем. Так же стол радовал сырной и колбасной нарезками, оливкам и отварными яйцами всмятку на специальных подставках.

– Как все вкусно выглядит! – захлопала я в ладоши в предвкушении.

– Садись, Дейзи, – радушно предложил щедрый хозяин. – нам с тобой нужно хорошо подкрепиться перед тяжелым днем.

– Тяжелым днем? – я подозрительно уставилась на Кристиана. – Не очень радушная перспектива. А почему вы не на занятиях? Обычно же уходите пораньше.

– А потому, моя милая Дейзи Сандерленд, – улыбнулся мне ректор, – потому что седьмой день недели. Мой единственный выходной. Который я готов потратить на то, чтобы у одной горе-студентки стало чуть меньше проблем.