Глава 32. Ничего не кончено

Кристина

Я вбегаю в квартиру, еще недавно бывшую мне домом. Теперь же она поросла грязью и стала похожа на медвежью берлогу.

– Ева! – кричу что есть силы.

Мне не отвечают, и тогда я вбегаю в гостиную, оглядываюсь по сторонам.

Из кухни слышится какое-то движение, я спешу туда.

Застаю жуткую картину того, как моя дочка прямо в белых колготках и школьном платье сидит на грязном полу с тряпкой в руках. Личико зареванное, взгляд несчастней некуда.

– Мама! – тихо шепчет она и снова начинает плакать.

Мне становится до такой степени ее жаль, что в эту минуту даже Рафаэль не понадобился бы – сама бы удавила Максима, окажись он рядом. На этот раз хватило бы сил.

Я опускаюсь на пол рядом с ней, забираю тряпку из рук.

– Мама, почему ты меня сразу не забрала? – Ева уже хнычет в голос, утыкается лицом мне в плечо. – Я так испугалась!

Я обнимаю ее, глажу по голове и прошу:

– Прости, пожалуйста, что у меня не получилось сразу тебя забрать. Но я обещаю, что больше он тебя никогда никуда не заберет…

Дочка жмется ко мне, ее худенькое тельце вздрагивает от рыданий.

Я кое-как поднимаюсь на ноги, помогаю Еве встать, обнимаю ее за плечи и вывожу из квартиры.

– Слава богу, все кончено, – шепчу ей на ухо.

Мы идем к лифту, спешим на первый этаж.

Однако уже через пять минут мне звонит Рафаэль.

И тут я понимаю – нетушки. Ничего еще и близко не кончено, ведь господин бывший король класса еще даже не начал на меня орать.

* * *

Рафаэль

Я сижу за большим столом, делаю вид, что читаю по планшету один важнейший документ, на самом же деле наблюдаю за тем, как Кристина накрывает на стол в моей гостиной.

Да, да, я поймал эту мадам за уши и приказал, чтобы сегодняшней ночью она осталась с детьми у меня, и вообще лучше пусть какое-то время поживет тут. Здесь-то ее бывший муж уж точно не достанет, ни на одну из дочек не позарится. А в ее однушке, которая оказалась ее лишь чудом, все возможно. Мне что, больше делать нечего, кроме как раз за разом выручать эту дурищу? Проще действовать на опережение, поэтому и забрал девчонок к себе.

Кристина даже толком не упиралась. Она сегодня вообще ведет себя как кроткий ягненок.

Еще бы… После такого-то.

Однако ее поведение ни в коей мере не умаляет лютого гнева, который испытываю, стоит только вспомнить, что она натворила.

Мне не помогло успокоиться даже то, как отменно я наподдал по морде бывшему мужу Кристины. Его трусливые вопли ничуть меня не разжалобили.

Впрочем, на моем месте любой бы кипел от злости.

В какой вселенной это нормально – сбежать от отца ребенка и ни слова ему про малыша не сказать? Я не идеал, даже не претендую. Но и не конченый подонок, чтобы скрывать от меня беременность.

Может, в восемнадцать я бы малышке не очень обрадовался, не знаю, тут врать не буду. Но от ответственности точно бегать не стал бы, не так воспитали.

А она вместо этого что? Засунула язык в задницу и выскочила замуж за другого, как так и надо. Ладно бы нашла кого достойного, так нет. Упыря, который думает исключительно о собственном достатке. Как она вообще с ним жила? И главное – как могла позволить, чтобы он воспитывал мою дочку?! Это-то и бесит больше всего.

Хотя… В Кристине меня бесит все. Даже то, как она пытается мне угодить и накрывает ужин, который сама же приготовила.

Не помогаю ей.

Вся моя энергия уходит на подавление злости, которую я попросту не могу на нее вылить сейчас, поскольку мы окружены детьми. Вот лягут спать, тогда уж… Я ей вставлю такого дрозда, что она думать забудет еще хоть что-то от меня скрывать в этой жизни!

Она у меня попляшет.

Она запарится просить прощения!

Достойную месть я для нее еще не придумал, но к концу вечера наверняка что-то изобрету. Главное – не прибить ее, пока буду выяснять с ней отношения.

Кристина заканчивает накрывать на стол, в гостиную гуськом тянутся дети.

Ева, другие дочки Кристины и наконец мои близнецы – все рассаживаются за столом.

С невозмутимым видом наблюдаю за действием.

Кристина берет тарелку у каждого, наливает из супницы суп. Каждому по два половника – именно столько влезает в небольшие белые тарелки.

Вижу, как кривятся мои близнецы. Про себя усмехаюсь: с блюдом Кристина мрачно лопухнулась. Они сроду суп не ели, его в них даже бабушка запихать не может. Мои бандиты питаются исключительно наггетсами, пельменями и сосисками. Этого добра в моей морозилке неиссякаемый запас.

– Они не едят суп, – заявляю с хмурым видом.

– Почему? – она искренне удивляется. – Детям нужен суп.

Мадам у нас с принципами.

– Ну вперед, накорми их, – усмехаюсь уже открыто.

Неожиданно Кристине на подмогу бросается младшая дочка, заявляет с уверенным видом, очень несвойственным четырехлетней малышке:

– Это вкусный суп.

– Тут зе звездочки! – вторит ей вторая маленькая мадам с косичками.

Как будто наличие звездочек из макарон и морковки разом делает блюдо восхитительным.

– Это мой фирменный суп, – защищает свое творение Кристина. – Тут мелко нарезанная грудка, зелень. Он силу дает.

– Силу? Я хочу быть сильным, – вдруг заявляет Артур.

Надо же, мои пацаны ведутся! С интересом заглядывают в тарелку.

А дальше идет новая тактическая мотивация от Кристины:

– Кто слопает суп, получит особый десерт!

Мои за десерт душу продадут, и не по одному разу.

Вся ребятня лопает за обе щеки. А когда съедают, Кристина действительно приносит десерт.

Ха-ха, умора, это сырники! По три штуки на тарелку.

Моя банда их отродясь не ела, жена каждые выходные пыталась их ими пичкать. За этими попытками шли сплошные слезы, крики, ор… Как вспомню, так вздрогну.

Собственно, именно затем, чтобы избежать всего этого ужаса, я и затариваю холодильник так, чтобы там всегда водилась любимая еда моих бандитов. И сладкое им покупаю мешками: шоколадные конфеты, батончики, вафли. Кристина не в курсе, что дети считают вкусным десертом?

Мысленно уже посмеиваюсь, ожидаю, что пацаны пошлют Кристину подальше с ее десертом. Очень уж самоуверенной она выглядит – прямо гениальная воспитательница, которая может убедить детей сделать что угодно, а все вокруг сплошные лохи. Ну, в частности я.

Однако, она и тут умудряется выкрутиться!

Подходит к тарелкам и крутит над ними какой-то фигней. В результате на каждом сырнике образуется аппетитная сахарная пудра. Дальше следует посыпка из разноцветных звездочек.

Точно фея…

– Ой, Ева, мы забыли на кухне розочки из яблок! – говорит Кристина с энтузиазмом.

– Сейчас.

Девочка убегает на кухню и возвращается с тарелкой, на которой и вправду виднеются красивые, аккуратные розочки. Кристина посыпает пудрой и их, потом выкладывает каждому на тарелку в дополнение к сырникам. Блюда получаются на удивление красивыми, прямо как в ресторане.

И близнецы снова ведутся!

С аппетитом смотрят на угощение, ждут своей порции.

Кристина раскладывает все по тарелкам, даже мне достается одна, что уж совсем неожиданно.

Игнорирую десерт, наблюдаю за сыновьями.

Тигран сразу берется за вилку, а вот Артур, как обычно, отвлекается, крутится на месте и… скидывает тарелку на пол. Типа случайно, как он это обычно делает.

– Ой-ой! – стонет он и как по команде начинает рыдать.

Знает, паршивец, что сейчас я задам ему трепку. Сколько тарелок он вот так перекинул на пол – не счесть. Я каждый раз его за это нещадно ругаю, а у него в голове, по ходу дела, вообще не откладывается. Как крутился юлой, так и крутится.

Однако в этот раз я не успеваю даже раскрыть рот, как Кристина подскакивает с места. Она спринтером бросается к Артуру, спешит его успокоить слащавым, сюсюкающим голосом:

– Ничего, мой хороший, не переживай, иди помой ручки, а я все приберу.

Артур настолько сильно не ожидал услышать ничего подобного, что даже сразу замолкает. Он спешит послушать Кристину, уходит в ванную. Она же поднимает тарелку, испорченную еду, уносит на кухню. А когда появляется, со вздохом подмечает:

– Что-то я не подрассчитала с порцией на такую большую компанию, сырников больше нет… Как и розочек.

Не собираюсь идти ей на выручку, советовать дать ему молока с хлопьями. Продолжаю молча наблюдать, как она выйдет из положения.

А она подходит к своему месту, берет свою нетронутую тарелку с десертом и молча ставит ее Артуру.

Мой сынок возвращается из ванной. Довольный, что его не поругали, он садится на свое место, хватает сырник рукой, игнорируя вилку, и начинает с аппетитом есть.

– Кушай, кушай, солнышко, – улыбается ему Кристина, прихлебывая из кружки чай.

– Мама, а ты? – вдруг начинает беспокоиться Ева.

– Да я ничего, мне полезно без десерта, – машет рукой она.

Однако старшая дочка с ней не согласна. Она тут же бросается на кухню и возвращается оттуда с чистой тарелкой. Потом берет из своей порции сырник и кладет матери. Младшие дочки как по команде тоже тянутся вилками к своим сырникам, кладут ей по одному.

Но умиляет меня даже не это.

Тигран!

Мой парнишка хватает пухлой ручонкой вырезанную из яблока розочку со своей тарелки, тем самым безжалостно сминает тонкие лепестки. Потом вскакивает с места, спешит к Кристине и кладет эту облапанную розочку на стол рядом с ее тарелкой.

– Тебе, – гордо заявляет.

Поделился от души…

– Спасибо тебе, мой хороший, – благодарит его Кристина, гладит по голове.

Тигран очень горд собой и доволен. Он возвращается на место, с улыбкой продолжает есть.

Все остальные тоже начинают за обе щеки уписывать десерт. И вкусно им. Мне становится любопытно, цепляю румяный кругляш на вилку, откусываю. Надо же, и вправду вкусно. Нежнейший сырник, чем-то даже похож на чизкейк. И питательно, и детям нравится, как и ее подход, манера вести себя.

Хоть в чем-то мне с Кристиной повезло. Нашел для детей отличную няню.

А впрочем…

Почему только няню? Кажется, я только что отыскал им потенциальную новую мать.