Глава 42. Обиженный

Максим

Я переполнен возмущением.

Я оскорблен в лучших чувствах.

Я, можно сказать, прибит к плинтусу всем тем, что произошло между мной, Кристиной и детьми.

С жаром выплескиваю негодование на кухне у матери. Хожу вокруг стола, за которым она сидит, машу руками.

– Это все воспитание Кристины! – уже практически киплю, как чайник на костре. – Она стопроцентно настроила детей против меня. Ладно Ева, ее не жалко, да и не любил никогда. Но даже близнецы, мои крошечные маленькие девочки, – и те не хотят меня видеть. Меня! Родного отца, который вышел их обнять, хотел провести с ними день…

– А ты их за последние полтора месяца хоть раз навестил? – спрашивает мать, вскинув бровь. – Что-то им принес? Как-то активничал в их жизни?

Чую в ее вопросах подвох, причем немаленьких размеров.

Выдаю контраргумент:

– Я делал главное. Я о них думал!

– Вот оно что… – отвечает мать с некой долей понимания в голосе.

– Ты меня не отвлекай, я тебе тут излагаю факты! – продолжаю возмущаться. – Так вот, я уверен, это Кристина настроила детей. Поди, рассказала им про меня всякие гадости… Напридумывала ерунды!

– Какой ерунды, например? – хмыкает мама. – Что ты жлоб, который плевать хотел на своих детей?

– Вот точно! – хлопаю в ладоши. – Ты как с языка сняла. Стопроцентно она меня таким перед детьми и выставляет, при этом своей вины не видит, все на меня сваливает. Я ж ей и трехкомнатную квартиру предложил, и содержание, а она носом покрутила и сбежала к любовнику. И после этого я – неверный муж и паршивый отец?

– Сынок, – говорит мать, нахмурив брови. – А ты вправду считаешь себя хорошим отцом?

– Естественно, – пожимаю плечами. – Кто их кормил, поил? Кто им купил всю эту одежду, которую я недавно забрал из квартиры Кристины? Каждый девчачий носок и трусы были куплены на мои деньги. Я забрал все подчистую, даже старые игрушки. Ибо не заслужили! Ибо совесть иметь надо! В платьях, купленных на мои деньги, они ходят, а отцу родному квартиру вымыть западло, так получается? Если уж на то пошло, я нашел место, куда можно продать детскую одежду и игрушки. Продам все под ноль и правильно сделаю. Пусть это послужит им уроком…

Наблюдаю за матерью и не могу понять одного – почему у нее вдруг перекосило лицо? Она будто пьет не кофе, а чистый лимонный сок.

– Что я не так сделал или сказал? Что ты на меня так смотришь?

– Вроде бы я рожала человека, – тянет она задумчиво. – Почему же в итоге получился такой олень…

Слышу это и буквально задыхаюсь от злости.

– Кто олень? Я олень?! Мама, я от тебя такого не ожидал! Чтобы ты, интеллигентная женщина, опустилась до подобных оскорблений…

Мать морщит лицо, смотрит на меня с недоумением и отвечает:

– Действительно, чего это я опускаюсь до оскорблений. Шел бы ты, сынок, домой, а? А то от твоих историй как-то подташнивает…

– Ты что, опять? – трясу кулаками в воздухе. – Я пришел к тебе за поддержкой! За помощью, а ты… Ты ведешь себя, извини уж, как стерва!

– Пошел вон! – Мать смотрит на меня уж совсем неприветливо. – Раз я стерва, значит…

В этот момент понимаю, что перегнул палку. Надо срочно налаживать контакт, иначе мне вместо помощи будет дуля с маком. С матери станется, и вправду выставит.

– Мама, ты не можешь бросить меня в такой ситуации, – развожу руками. – Ты просто обязана мне помочь!

– Сколько тебе можно помогать? – возмущается она. – Ты же только и делаешь, что перекручиваешь мои слова и все делаешь наоборот. Помощь идиотам – неблагодарное дело. А ты идиот, Максим!

– Я?! – шиплю с выпученными глазами.

– Ты еще обидься, – усмехается она.

А я бы и обиделся, да очень помощь нужна. Так что я потом пообижаюсь, оптом, за все.

Заламываю руки и снова прошу:

– Я же не справлюсь без твоих советов! Меня завтра разведут, и семья – тю-тю. Но главное, Кристина ж потом побежит подавать на раздел имущества, а это понимаешь, чем пахнет?

Мать непрошибаема, смотрит на меня, как на насекомое.

Не пойму, в чем дело. Чем я ее так достал?

Кидаю главный козырь:

– Мама, я без тебя пропаду… Ты же не можешь позволить, чтобы твой единственный сын пропал?

– Пропадешь, факт, – вздыхает она. – Ладно, слушай, что тебе нужно делать. Только в этот раз без идиотской самодеятельности! А то школьные платья он у второклашки забрал и продать их рад. Только придется тебе, Максимка, в этот раз конкретно потратиться…

Она начинает выдавать новый план.

Чем дольше ее слушаю, тем сильнее мне плохеет.