Бонус. Первое сентября

Кристина

Мы с Рафаэлем стоим на школьном дворе, в четыре глаза следим за тем, как проходит линейка, посвященная первому сентября.

Сегодня мы привели в школу целых четырех первоклассников, наших обожаемых близнецов. Им исполнилось по семь лет, уже почти взрослые.

Я с силой сжимаю руку мужа, ласкаю взглядом наших детей.

Они сидят в первом ряду, до такой степени трогательные в своей новой школьной форме, что я хочу бежать к ним и обнимать, обнимать… Одновременно с этим меня распирает от гордости за каждого из них. Ведь получились чудесные девчонки и мальчишки. Красивые, умненькие, читать научились почти без проблем.

Смотрю на них и…

– Крис, – шепчет мне на ухо Рафаэль. – Только плакать не надо, ладно?

Кто плачет? Я плачу? Ах да, я плачу…

У Евы на первой линейке ревела и сейчас чувствую, как по щекам катятся слезы. По-другому не могу, слишком много в душе эмоций, они меня затопили с головой.

Чувствую, как Раф отпускает мою руку, а потом обнимает сзади, еле заметно прижимает к себе. Он всегда так делает, когда хочет поддержать.

Смахиваю слезы, вскользь оглядываюсь на стоящих рядом мамочек. Вижу, что я с мокрыми глазами не одна, и немного расслабляюсь. Вновь концентрирую внимание на наших первоклашках. Они читают стихи по очереди. Сколько мы их учили – отдельная тема.

– Фух, кажется, справились, – шепчет мне на ухо Раф. – Даже Тигран не запнулся. Мы с тобой молодцы, Крис, дорастили их до школы. А там, глядишь, проще будет. Оглянуться не успеем, как они совсем повзрослеют. И, считай, мы отстрелялись, да?

Я киваю мужу, хотя и не очень уверенно.

Отстрелялись, ага…

С этими.

А вот с тем, которого я ношу под сердцем, – еще даже не начали.

Я узнала о беременности неделю назад. Чем еще заняться в тридцать лет, как не залететь. С тех пор как увидела на тесте две полоски, только и думаю, как сказать об этом Рафу.

Мы очень любим детей, но воспитать пятерых – это не поле перейти. Мы с ним столкнулись со всем, что только можно. Ночей не спали, бдели, следили за ними, лечили, учили, кормили, обували и одевали. Как сказал Раф, уже почти отстрелялись, и вот опять…

– Крис, я тут что подумал, – снова шепчет он мне на ухо. – Я понимаю, у нас пятеро. Но они ведь, считай, уже взрослые. Может, ты согласишься родить мне еще одного, чтобы с нуля…

У меня вырывается нервный смешок.

Бойся своих желаний, дорогой Раф.

Маню его к себе и отвечаю так же на ухо:

– Рожу, месяцев через восемь.

Рафаэль поначалу не понимает, о чем это я.

Но вскоре до него доходит вся степень глубины моего многозначительного взгляда.

– Ты серьезно, что ли? – голосит он так громко, что на нас все оборачиваются.

Но мой Рафаэль так рад, что сначала даже не замечает реакции людей.

Он прижимает меня к себе, крепко целует.

Лишь позже вспоминает, что мы не одни, становится рядом и делает вид, что все как обычно.

– Ты, главное, ни о чем не волнуйся, Крис, – тараторит он мне на ухо. – Я тебе во всем помогу, к тому же у нас есть целых пять бесплатных нянек. Оглянуться не успеешь, как мы воспитаем младшего!

И то верно, у меня будет целых пять бесплатных нянек, а еще муж.

– Как знал, не зря покупал дом с семью спальнями! Чтоб у каждого по своей комнате…

Раф очень собой доволен, прямо-таки лучится улыбкой. Стопроцентно уже планирует, как мы будем жить с младенцем.

Улыбаюсь и я.

Все-таки по итогу судьба наградила меня прекрасным, любящим мужем и отцом для наших детей. С таким мужчиной мне в этой жизни ничего не страшно. Даже родить шестого.

Конец