Глава 24

Папа уехал через пару часов, оставляя нас с Эльтионом одних. Но предварительно родитель позаботился о том, чтобы мы не голодали. Он забил холодильник всевозможной едой и привёз кучу вредных вкусностей, сказав, что мне это сейчас необходимо.

— Вы ведь пробудете на Земле какое-то время? — поинтересовался он напряжённо. Я могла понять его чувства. Хотя отец храбрился, но ему тоже было нелегко.

— Да, до того момента, как Есении не станет лучше.

«Ага, пока я не решусь на консумацию брака», — подумала хмуро, но вслух ничего не сказала. Мне страшно было подумать, что придётся вернуться на Микару, поэтому я собралась оттягивать этот момент.

— Мы ещё увидимся, — пообещала отцу, который тут же заметно расслабился.

И вот мы остались с Элем вдвоём. Даже на Спутнике-15 я не испытывала такого напряжения, как сейчас. Хотя там была негостеприимная планета, а тут родной, уютный дом. Возможно, в этом причина. В чужом мире моей опорой и защитой был Эльтион. А здесь я закрылась в удобном коконе, воспринимая принца чужеродным, враждебным элементом. Как вирус, атакующий организм. Принц это чувствовал. Даже общаться в своей язвительной манере перестал. Хотя, возможно, я легче воспринимала бы подколы и пошлость, нежели серьёзные, виноватые речи. Мне попросту было непривычно.

Сейчас мы расположились на большой кровати перед экраном телевизора. По краям необъятного матраса. Эльтион боялся принуждать меня к более близкому общению, помня о том, как я реагировала в последние разы.

— Скажи, если бы ты не полюбил меня, стал бы с пониманием и чуткостью относиться к моим чувствам, давая время?

— Нет, — честно и довольно прямолинейно ответил принц. И снова меня этим поступком удивил. — Мне было бы плевать на твои чувства. Я был так воспитан, Есения.

— Понимаю, — кивнула, включая фильм, который давно хотела посмотреть: «1000 лет желаний».

Мы поглощали чипсы и молча смотрели кино. Под конец я не смогла сдержаться и разрыдалась. Плакала со вкусом, не стесняясь Эльтиона и не сдерживаясь. Мужчина напряжённо замер, когда у меня началась истерика, не зная, как ему поступить. А потом осторожно пододвинулся и принялся гладить по голове. И было в этом жесте столько тепла и уюта, что я поддалась, утыкаясь ему в грудь и обильно пропитывая майку слезами.

— Что тебя так растрогало? — поинтересовался он, когда я немного успокоилась.

— Это так красиво и печально. Она его ждёт, а он бережёт любовь, покидая мир, где ему хорошо, чтобы побыть с ней. Женщина, которая всю жизнь провела в иных идеалах, которая не верила мужчинам… Она смогла открыть сердце… — прошептала.

Эльтион молчал, продолжая гладить меня по голове.

— А у меня получится снова поверить мужчинам? — вскинула лицо, заглядывая в глаза мужу. — Поверить тебе?..

— Я не знаю, малыш. Если ты захочешь. Я надеюсь, что у тебя получится. Даже готов побыть джинном для тебя, — он подмигнул, хотя голос его был пропитан грустью.

— А тебе фильм понравился?

— Орогоры взращиваются в иных ценностях. Но суть я уловил и даже прочувствовал. Возможно, я не такой чёрствый как тебе кажется?

Поднялась, снова увеличивая дистанцию.

— Всё может быть, — пробормотала, откладывая чипсы и устраиваясь поудобнее под пушистым одеялом.

— Можно мне остаться? — тихо спросил Эльтион.

— Если не будешь спать голым, — хмыкнула.

А ночью меня разбудил шорох. Я вскинулась и быстро щёлкнула выключателем, зажигая ночник. Эльтион надевал комбинезон, стоя посреди комнаты.

— Ты чего? — похлопала сонно глазами, успокаивая лихорадочное сердцебиение.

— Мне пришёл вызов из флота Микары. Новая атака двуликих. Я должен быть на передовой.

— И ты хотел уйти, не попрощавшись? Не сказав мне, куда направляешься? — не верила ушам и глазам своим.

— Я… — Эльтион замолчал. — Думал, что ты не сильно расстроишься. В любом случае теперь ты жена наследного принца. У тебя есть иммунитет от двуликих.

— Но не от орогоров. Они ведь поймут, что я не впитала силу мужа!

— Это так, — нехотя ответил Эльтион. — И я продумал этот момент, когда мы ещё были на Микаре.

— И?

— Я попросил своего друга позаботиться о тебе в случае моей гибели.

— Что? — вскочила с кровати и заметалась по комнате. — Я не ослышалась? Ты попросил какого-то мужика оттрахать меня в случае чего?

— Есения, не утрируй.

— Но это так!

— Он не причинил бы тебе вреда, не поставил бы метку. Разделил ложе всего лишь раз для защиты твоей жизни, а после дал бы свободу, если ты того захотела.

— Вы ужасны! — прошептала. — Ваши устои отвратительны! Ты хоть понимаешь, как это выглядит с моей стороны? — подлетела и стукнула кулаком в грудь Эльтиона. — Я не вещь! Не смей распоряжаться моей жизнью! Слышишь?

Принц замер, снося удары, а потом перехватил мою руку, резко притянул и поцеловал.

— Мне одна мысль об этом невыносима, — прошептал в губы. — Я сгорал изнутри, когда пришёл с подобной просьбой к Сиаргону. Ненавидел себя и весь свой народ. Есения… — хриплый шёпот ударил по оголённым нервам. — Я люблю тебя. Безумно, а жажду ещё сильнее. Кажется, ты — моё наваждение. Но я не хочу отягощать тебя обстоятельствами, вынуждая разделить со мной ложе.

— Легче отдать меня другому мужику?! — взвизгнула, снова начиная истеричную атаку. — Выродки ушастые! Извращенцы!

— Я надеюсь, что останусь жив. Что боги, как всегда, будут хранить меня. Сиаргон — это крайняя мера.

— Ты можешь не вернуться! — вопли сменились всхлипами. — И даже попрощаться не хотел! Что это за любовь такая?

Я оставил тебе сообщение.

— Прелестно! Я признательна! — выплюнула ядовито.

— Я не знаю, как долго продлится сражение. В любом случае ты сможешь насладиться одиночеством. Я не буду мозолить тебе глаза.

— Какой же ты идиот! — выпалила, вскочила на кровать, чтобы сравняться ростом с Эльтионом, схватила его за воротник и сама притянула для поцелуя. И как только мужчина со стоном ответил мне, начала расстёгивать комбинезон. — Думаю, флот продержится чуть дольше без своего капитана? — пробормотала, стягивая с себя сорочку.

— Малыш… — Эльтион опрокинул меня на кровать, страхуя руками, чтобы обезопасить травмированное плечо. — Ты, правда готова?

Я не стала ничего говорить, раскидывая ноги и принимая бёдра мужа, который старался не давить весом на меня.

— Только постарайся сделать это максимально нежно. Ты у меня первый, — проговорила тихо, стараясь спрятать взгляд, но Эль не дал мне отвернуться. Его радужки потемнели, выдавая возбуждение.

— Ты же говорила…

— Я соврала.

Эльтион хрипло застонал, припадая губами к моей груди. Его язык мягко играл с соском, и я понемногу начала расслабляться. Старалась сейчас не думать о пережитом. Я могу потерять Эля. Только это важно! Возможно, это последние минуты, которые я могу провести рядом с ним. Папа прав во всём. Я не могу представить рядом с собой никого, кроме него.

Застонав, провела ладонями по мускулистой спине, огладила плечи, запустила пальцы ему в волосы. Пальцы мужа мягко готовили меня к большему. Он осторожно растягивал меня, не торопясь, давая телу время, чтобы принять его.

— Я люблю тебя, — прошептал он, не встречая напряжения с моей стороны. Напротив, я старалась помочь ему, расслабиться максимально.

— И я тебя, — прошептала, боясь, что больше не будет возможности сказать мужу о своих чувствах. А потом я буду жалеть о том, что он ушёл с верой, что я ненавижу его.

Эльтион начал опускаться губами вниз, прокладывая дорожку из поцелуев и заставляя меня пылать в его объятиях. Пальцами он ласкал настолько искусно, что я уже подходила к заветной грани. Только сейчас понимала, что дело будет завершено. С трепетом предвкушала этот момент. Он был настолько манким, насколько и пугающим. Как бы я ни храбрилась, но габариты Эльтиона по-прежнему приводили меня в ужас.

— Я сначала сделаю это пальцами, — проговорил он хрипло. — Чувствую преграду. Тогда тебе не будет так больно.

Промычав нечто нечленораздельное, ощутила, как меня накрыло волной оргазма, когда горячий язык коснулся самого чувствительного места между ног. И в тот же миг Эльтион ввёл в меня пальцы до упора, оглушив короткой вспышкой боли.

— Тише, моя маленькая, — прошептал, приподнимаясь и сцеловывая слезинку, скатившуюся по щеке. — Уже всё. Тише.

Но я-то понимала, что это лишь начало. Тело, начавшее отходить от оргазма, снова стало посылать сигналы страха в мозг.