Глава 43. Мария

— Вот так совпадение, — всплескиваю руками слегка наигранно: — а мне очень кстати не нужен кобель потасканный, и замуж я за тебя тоже больше не собираюсь! Как же хорошо, получается, что мой будущий муж — не ты!

— А… кто? — тупит Боря.

— Бесо, — вдруг отвечает за меня мама, возникшая на пороге кухни, видимо услышав наше приперательство.

— Чего? — Боря переводит ошалевший взгляд на мать. — Серьезно? Вы решили эту обузу на него перевесить?

— Он сам решил, — неодобрительно качает головой тетя Лиля. — Ты же его знаешь: сердобольный.

— Это да, — Боря опускает на меня брезгливый взгляд, — он с нашей сироткой с детства возился. Да если бы он не настоял, то и этой бредовой помолвки между нами не было. Ну пусть теперь и отдувается. Раз такой жалостливый.

Вот теперь у меня ком в горле.

Не могу слова протолкнуть.

Обида встала комом, что я и вдохнуть не могу.

Значит… все это время… Бесо меня просто… жалел?

Слезы подступают к глазам, но я держусь из последних сил.

Как вдруг… входная дверь снова открывается и на пороге… та самая девица с вокзала:

— Здравствуйте, извините за опоздание! — щебечет она и протягивает моей будущей свекрови какой-то пирог. — Надеюсь это хоть немного компенсирует ожидание!

— Ой, да что ты, дорогая! — мама моментально вся в лице меняется и расплывается в улыбке. — Не стоило ничего приносить!

— Ну как же, разве можно с пустыми руками приходить? — воркует девица.

— Ну, знаешь… — мать на меня косится, — некоторые не то, что с пустыми руками, но и нахлебничать не стесняются. А ты умница, так постаралась!

Вот же… суки!

Проглатываю слезы, не позволяя себе проявить слабость при всех, и кулаки стискиваю так, что ногти до боли впиваются в кожу:

— Ой, точно, — вклиниваюсь ядовито, — так уж расстаралась в соседнем магазине купить пирог, и вытащить его из заводской упаковки, что я сейчас прямо-таки расплачусь от счастья!

— Заткнись, — шипит на меня Боря.

— Ах да, я и забыла! — всплескиваю руками. — Это ведь не все старания нашей гостьи, не так ли, дорогой женишок? — улыбаюсь как шальная. По крайней мере надеюсь, что это выглядит именно так. Будто я сошла с ума и теперь им грозит серьезная опасность. — Простите — бывший женишок! — продолжаю в бешенстве. — Потому что эта сука так сильно расстаралась, чтобы тебя увести! Хотя чего уж… там тоже особо стараться не пришлось, ты ведь особо и не сопротивлялся, да, милый?

— Мария! — рявкает на меня свекровь, привлекая тем самым мое внимание к своей персоне.

— А теперь вы, матушка! — рычу в необъяснимом бешенстве. — Я никогда не была нахлебницей в вашем доме! Я столько ваших поручей выполняла, что если пересчитать это в раб-часах, то вы мне еще должны останетесь! — припечатываю и уверенно. — И это при том, что мои старики вам все время денег переводили на мое содержание! И последнее! — рявкаю так, чтобы никому и в голову не пришло меня перебивать. — У нас с Бесо — любовь! Ясно вам?! И еще раз посмеете насмехаться надо мной, и говорить о какой-то там жалости… — грожу пальцем матери — с ума сойти! — он вас предупредил, мама, — цежу: — я уйду отсюда и больше ноги моей в вашем доме не будет. И тогда Бесо тоже. И внуков, которых я вам от него рожу, вы тоже не увидите! Ясно вам?!

— Ты говори, да не заговаривайся! — все же прерывает меня Боря, видимо только сейчас придя в себя от моей гневной тирады. — Где Бесо, и где ты? Да мой брат пожалел тебя просто, дуру.

— Ой, я вспомнила! — восклицает девка. — Это же та девочка с вокзала?! «Сестренка»? — бьет по самому больному, тварь.

— Она самая, — ухмыляется Боря. — Я же говорил, что я с ней возился только из чувства долга перед отцом. Но теперь, как видишь, ее повесили на моего брата, прямо как до этого на меня. А она опять возомнила себе невесть чего, — ублюдок на меня смотрит и чуть наклоняется, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Ты ведь и про нас тоже нафантазировала, дурочка, — тычет меня в лоб пальцем. — А теперь и с Бесо ту же ошибку повторяешь, да?

Только ни это…

Опять дурацкий ком в горле встает. Не могу продохнуть. И глаза унизительно печет от слез.

Он ведь прав, да?

Я снова надумала больше, чем есть на самом деле.

Приняла жалость Бесо ко мне, за интерес.

И его голод с командировки и долгой дороги, за желание.

Я думала, что он хочет именно меня.

Кажется я даже успела начать думать, что он… не только… хочет…

Будто у него ко мне… что-то серьезное…

Чувствую, как по щеке сползает предательская, унизительная слеза. И в тот же миг слышу…

— Руку. Убрал. От моей женщины…