Глава 13

Денис

Проводил Марину в её комнату, а сам вышел на задний двор. Я немного сдерживал себя, пока был на людях. А сейчас, когда остался один, воспоминания и горечь опять накрыли с головой. Хотелось курить до дрожи в пальцах, хотя давно бросил эту гадость. Но вот сегодня увидел её и опять как-то защемило в груди и захотелось заменить горечь, засевшую внутри, настоящей горечью от табака. Но это, конечно, всего лишь самообман.

Ненароком вернулся в события пятилетней давности.

Мы с Варварой только познакомились, её отец купил соседний участок и делал там ремонт, а она с матерью приехала сюда на лето. Я тоже приехал погостить к родителям и задержался ради неё. Потом был безумный роман с тайными свиданиями: то на сеновале, то мы сбегали в город в мою квартиру. Почему тайными? Варвара говорила, что отец у неё строгий и убьёт нас. Наш роман развивался всё лето. Я уже собирался просить её руки, купил кольцо, а потом просто в разговоре с матерью случайно узнал, что Варвара вышла замуж. Замуж за борова с кошельком. На мои звонки она не отвечала, а я выбросил кольцо в озеро, крича, как сумасшедший и не веря, что так больно бывает, когда разбиваются иллюзии.

Она втихоря потом прибегала и пыталась меня убедить, что ее отец заставил пойти на такой шаг, что любит она только меня. Но я уже не верил, ведь она отказалась уйти со мной.

После этого старался с ней больше не пересекаться и близко никого не подпускал ни в свое сердце, ни в свою жизнь. Только вот Марина сама ворвалась и как-то ненавязчиво стала дорога.

Вспомнил, как она сегодня меня защищала перед Варварой. У той аж зубы скрипели. И вот, снова улыбнулся помимо воли.

Пора закрывать ту историю из жизни, ведь пока не закроешь одну дверь, не сможешь открыть другую.

Родители расстроились, что мы так быстро уезжаем, и чуть не посадили мне машину под весом разносолов и гостинцев для нас и для бабушки Марины.

Я немного волновался, конечно, как нас встретит родственница девушки. И как вообще себя вести, что говорить…

Но все волнения прошли, стоило мне увидеть искреннюю улыбку и радость от нашего приезда. Марина тоже была счастлива, а для меня это было самым главным!

Конечно, мы остались в деревне Марины на пару дней.

— Денис, спасибо тебе огромное! Для меня никто никогда такого не делал, — не переставала благодарить меня девушка.

А ведь я ей ни золота, ни бриллианты не дарил, да ей они и не нужны. Вон, как глаза светятся от обычного букета ромашек.

Мы как раз шли по полю на речку. Время было раннее и кроме пения птиц ничего слышно не было. Лепота!

Тихое местечко, где можно отдохнуть и переключиться от вечной городской суеты.

Рыбу мы, конечно, не поймали, но настоящие рыбаки ходят на рыбалку совсем не за рыбой, а просто чтобы переключиться и никуда не торопиться. Нет ничего лучше для того, чтобы зафиксировать мгновение.

В деревне вообще все тебя успокаивает и единит с собой. Вот и сейчас я стою и рублю дрова, чувствую себя живым, когда слышу голос Марины.

— Бабуль я за хлебом, — кричит она уже из-за забора.

Я перестаю рубить дрова.

— Сиди, отдыхай, я схожу, — машу ей.

— Мне надо прогуляться и может, что-то вкусное куплю, — отмахивается девушка.

— Хорошо, — тихо киваю и возвращаюсь к дровам. У каждого должно быть личное пространство.

Дорубив дрова, аккуратно складываю их в сарай и иду к дому.

Марина должна уже давно вернуться, но её ещё нет. Почему-то начинаю волноваться. Нет я уже не боюсь, как раньше, что она сбежит. Не сбежит. Тем более из родного дома, но…, но сердце как-то не на месте.

— Бабуль, схожу ка я, встречу Марину, — говорю взволнованно.

— Наверное, встретила кого и заболталась, — спокойно отвечает женщина, но вижу, что ей тоже тревожно.

Купаться времени нет, так что просто обтираюсь старой футболкой, надеваю свежую, умываюсь, чтоб аж волосы были мокрыми.

Магазин в селе всего один и я быстрым шагом направляюсь к нему. Он находится посередине поселка.

И идти до него хорошим шагом минут двадцать, я справляюсь за десять. Ещё издалека замечаю скопление людей и скорую помощь. Сердце пропускает удар. Дыхание перехватывает не только от быстрого бега, но и от переживаний. Кроссовки скользят по гравию, я уже опять весь грязный от пыли, которая от бега оседает везде, где можно.

Подбегаю к магазину и сначала пытаюсь выровнять дыхание, склонившись пополам и уперев руки в колени.

— Что случилось? — Расталкивая всех, спешу к врачам. Никто мне не отвечает, только шепчутся и перекрещиваются. Да что происходит! Так и хочется материться, но сдерживаю себя. Подбежав к машине, вижу, как кого-то на носилках заносят в машину.

Нервы на пределе, я психую и иду наперерез. На носилках Марина без сознания.

— Вы кто? Отойдите от носилок, — кричит врач и идет ко мне.

— Я муж, что случилось? — подхожу к нему и пытливо смотрю в глаза.

— Что ж вы муж за женой не следите? — качает он головой.

На это мне ответить нечего. Чувствовал же, что не стоит ее отпускать одну. Но с другой стороны, в клетку сажать тоже не имею право.

Уже в больнице я узнаю, что врачей вызвала продавщица, когда Марина упала в обморок. До этого её кто-то пытался затащить в машину, но испугавшись большого скопления людей, уехал. Люди Арсения? Или он сам?

Марина же в себя до сих пор не приходит. Я хожу по больничному коридору из угла в угол, а запах лекарств и безнадежности, кажется, окутали меня полностью и долго будут сидеть внутри.

А к вечеру у нее открылось кровотечение….

— Угроза выкидыша, первый триместр самый опасный…

Я слышу слова, но не улавливаю смысла. Понимаю только, что беременность под угрозой. И как ни странно, ловлю себя на мысли, что беспокоюсь о Марине больше, чем о ребенке. Главное, чтобы она была жива. Это и говорю врачу.

— Не переживайте, и жену вашу вылечим, и ребенка сохраним, — говорит мне санитарка, — Денис Сергеевич у нас врач от бога.

Ей я почему-то верю и успокаиваюсь.

В больницу приезжают Игнат с Алиной и отец Алины, Игорь Сергеевич.

Он адвокат и мне нужно с ним посоветоваться, как можно обезопасить Марину от её бывшего жениха.

Оставляю Игната с Алиной в больнице, они будут сообщать о всем, что происходит, ну и рядом с Мариной, когда она проснётся. А сам с Игорем Сергеевичем собираюсь в город. Но перед этим нужно заехать к бабушке Марины, она там бедная, наверное, вся извелась.

Так и есть, женщина встречает нас возле калитки, взгляд взволнованный. Успокаиваю ее и рассказываю последние новости.

— Да что же это делается! Вот же ирод, никогда он мне не нравился. Бандитская рожа! Даже знакомиться не приехал, — причитает она, накидывая платок на голову и собирая сумку, — вы езжайте, я на автобусе до больницы доеду.

Конечно же, никто её на автобус не отпустил. Довезли сами и сдали на попечении Алины и Игната.

По дороге в больницу заехали в магазин и сняли копию видеозаписи, где видно было, как мужчина тащит Марину в машину. Также участковый собрал по нашей просьбе свидетельские показания и их мы тоже взяли с собой в город.

В больнице врач написал какие угрозы для здоровья Марины сейчас существуют. С этим всем мы поехали в полицию и написали заявление на запрет приближаться к девушке. Такие дела решались быстро. Тем более, у Игоря Сергеевича имелись нужные знакомства.

Суд назначили уже на следующий день. Арсений явился как король и пытался крутить права, но против фактов не попрешь. Марина уже пришла в себя и тоже написала заявления, а также предоставила скриншоты переписок с Арсением до того, как поменяла сим карту, и снимок плаката, где он предлагал деньги за информацию о ней. Так же, конечно, сработала видеозапись и показания врача о том, что и жизнь девушки и ребенка была в опасности.

Запрет выдали всего на год. Больше по закону нельзя, но надеюсь, за год он успокоится и найдет себе новую игрушку, а от нас отстанет. Если же нет, то будем пролонгировать запрет. Главное, чтобы сейчас Марина чувствовала себя в безопасности.

Хотя, этот Арсений, тот ещё тип. Доверия к нему никакого нет. Так что придётся быть параноиком и никуда от Марины не отходить. А сейчас лучше вообще куда-то уехать, чтобы девушка восстановилась и пришла в себя.

После суда сразу же поехал в больницу к Марине. Она лежала такая маленькая и беззащитная, окруженная белыми стенами, и сама казалось скоро сольется с ними.

— Ты как? — спросил, подходя к ней и ставя пакет с фруктами на стол, — я тебе тут яблок с апельсинами принёс, не знал, что ты захочешь.

— Не стоило, здесь неплохо кормят. Как прошёл суд? — и столько надежды во взгляде.

— Всё хорошо, не беспокойся. Больше он к тебе не приблизится!

В глазах девушки застыло неверие.

— Он так легко не сдаётся!

— Значит, сядет. А я теперь всегда буду рядом и в обиду тебя не дам, не беспокойся. А теперь хватит о плохом! Нам нужны положительные эмоции! И вот что думаю, а не поехать ли нам пожить в домик в лесу на недельку?

— Домик в лесу? Всегда хотела, но никогда не была, а как же работа? У тебя же встречи, мне тоже один перевод прислали, нужно сдать до конца месяца…

— Давай так. Пока ты лежишь в больнице, врач сказал еще минимум неделю будешь, мы поищем подходящий вариант. Забронируем места, решим все дела по работе. Погуляем потом на свадьбе у Игната с Алиной и со спокойной душой поедем отдыхать? Будем искать дом с вай-фай, чтобы если срочно нужно было решить какие-то рабочие вопросы, мы это смогли сделать. Как тебе идея?

— На словах мне все нравится! Но как все получится?

— Я уверен, всё будет хорошо.

Пока Марина лежала в больнице, я воплощал в реальность наши планы. Тяжело, конечно, было мотаться по делам в Краснодар, а потом опять возвращаться в деревню к бабушке Марины, но оставить девушку одну я не мог. Да и у её бабушки мне жилось хорошо. Между тем полным ходом шла подготовка к свадьбе Алины и Игната. Торжество должно было проходить в узком кругу родственников и знакомых, но они все равно переживали.

Но зря…

Всё прошло чудесно. Алина была настоящей красавицей, а самое главное — очень счастливой.

В ЗАГСе так проникся моментом, что не подумав, сказал Марине:

— Может, нам тоже стоит пожениться?

— Максимов, а если я сейчас соглашусь? — рассмеялась Марина.

Ответить мне не дали, потащили фотографироваться и разговор как-то сошел на нет, но эта мысль и идея плотно засела в моей голове.

— Господи, как же я устала, — Марина сняла на ходу босоножки и пройдя босыми ногами по ламинату прилегла на диван в гостиной.

— Я тоже, — сел рядом стягивая галстук, а потом зевнул, — у меня совсем нет сил. Тамада меня во все конкурсы совал…

— Хорошо, что я беременна и могла отказаться от половины, — тоже зевнула девушка.

— Надо идти спать, завтра нам рано вставать, второй день свадьбы никто не отменял.

— У меня нет сил, может сбежим? — предложила Марина.

— Не можем, мы там будем главными лицами! — скорчил недовольную гримасу.

— В смысле? — не поняла девушка.

— А ты ещё не знаешь гениальную идею тамады? — я даже повернулся к ней, хотя до этого было лень шевелиться.

— Чувствую, я захочу его убить? — приподняла брови Марина.

— Вполне возможно, ведь ты завтра жених, тамада решил устроить второй день по правилам кубанских обрядов и всех обрядить, — да-да, такая идея есть у моих друзей и я ничего не путаю. Сам в шоке.

— Жених? А кто невеста? — спросила девушка удивленно.

— Я… — обреченно произнёс и посмотрел на Марину, ожидая её криков, но услышал лишь едва сдерживаемый смех.

— А тамада-то с огоньком. Я буду спать здесь, у меня нет сил дойти до кровати.

— Я тебя донесу, — и зачем я, это сказал? Хочет спать на диване, пусть спит. Но что сказано, то сказано. Подхватил девушку на руки и понёс в спальню, где аккуратно положил на кровать.

Марина молчала, я тоже, а потом быстро пожелав спокойной ночи, сбежал в свою комнату.

Господи, и как пережить завтрашний день и все остальные? Если от прикосновения к ней я перестаю себя контролировать…