Глава 22

Я пыталась брыкаться, вырываться, царапаться — но сильное мужское тело прижало меня к постели. Точными, быстрыми движениями Велегар Крэш срывал с меня одежду. А дар молчал. Я не чувствовала знакомого жара, который предвещал вспышку. Зато ощущала другой, совсем незнакомый мне жар.

Тело мужчины так близко — этого мужчины! — его запах… все это рождало странные, непостижимые ощущения внутри. Он обездвижил меня и раздевал насильно… и мне было безумно страшно. Но — боялась я не его.

Того, что заставило его пойти на это. Много дней он не трогал меня, просто пытался уговорить. Он видел мой огонь. Знал, как работает дар и защита. И набросился на меня, зная, чем это ему грозит. Почему, что случилось, что он узнал, что он видел?..

Конечно, в этот миг я не могла размышлять так связно. Мысли мелькали обрывками, все заглушал страх… и странная лихорадка, порожденная близостью Велегара Крэша… Его дерзостью.

Я вырывалась, а по жилам разливался огонь — не имевший отношения к моему дару. Мужчина безжалостно давил мое жалкое сопротивление. Разодранное платье лежало на полу, и он без колебаний сорвал с меня белье.

— Пустите! — закричала я. — Я же сожгу вас, что вы творите!

— Жги, Лиара, — выдохнул он прямо мне в ухо. — Если еще осталось, что жечь. Ты уже испепелила меня дотла. Так что поздно, девочка.

Я встретилась с его взглядом. Он изменился. Когда он вошел ко мне в спальню, набросился на меня, я видела лишь ледяную решимость. Отчаяние воина, который пошел в одиночку против целой роты. Наверно, он все же ждал моего огня.

А сейчас Велегар Крэш словно воспламенился сам. Я видела страсть и желание, которых он больше не скрывал. Я поняла, что тону в ослепительной синеве его глаз. Забыла обо всем — что он напал против моей воли, не спрашивая согласия. Забыла, что станет со мной, когда мужчина возьмет мою девственность и подчинит дар.

Все вдруг растворилось в его вожделеющем взгляде. Запах его тела обволок меня, одурманил рассудок и волю. Казалось, время застыло, пока мы не отрываясь смотрели друг другу в глаза.

А потом раздался лязг металла. Это Велегар Крэш расстегнул свой ремень. Я слышала такой звук, когда дядя пытался изнасиловать меня. И он швырнул меня обратно в реальность.

— Нет! — воскликнула я и снова рванулась из-под него. — Пустите!

Крэш придавил меня еще крепче. Раздвинул мои колени так, чтобы оказаться промеж бедер. Я сгорела со стыда, почувствовав его ладонь. В том самом месте, которое он безжалостно раскрыл перед собой…

Вновь прозвучал горячий шепот прямо в ухо:

— Ты ведь хочешь этого так же, как я, Лиара. Хочешь меня — не женихов с отбора. Которых нет и не будет. Только я, Лиара. Никто другой. Видят боги, я хотел иначе. Мягче, нежнее. Но мне никто не дал выбора. Как и тебе. Прости или ненавидь. Но я тебя не отдам.

И едва он договорил — как я ощутила это! Твердое, мощное, горячее вторглось в мою нежную беззащитную плоть. Резкая боль разорвала лоно. Я пронзительно закричала.

— Тише, девочка. Потерпи. Если бы я владел целительской магией, смягчил бы боль. Сделаю что смогу, но тебе придется потерпеть.

Прошептав это, Велегар Крэш начал двигаться… надо мной и во мне. Медленно — и едва ли не деликатно. Как будто и не он минуты назад жестко и решительно срывал с меня одежду. Боль не усиливалась — но и не проходила.

Я закрыла глаза, чтобы больше не встречаться с ним взглядом. Но слышала его дыхание, вдыхала его запах. Он дышал часто и тяжело. Минута — и он содрогнулся, замирая во мне. А потом я ощутила, как он выходит из меня. И скатывается на постель, наконец освобождая меня.

Дар так и не пробудился. Позволил Велегару Крэшу овладеть мной. Я отползла на другой край кровати. Закуталась в покрывало. В груди бушевал ураган. Я ненавидела мужчину за то, что он сделал. И дар, за то что предал меня, не защитил.

А он заговорил со мной:

— Прости, Лиара. Если бы ты отдалась мне добровольно, я бы так не спешил. Сделал бы все, чтобы ты надолго запомнила наш первый раз. Сейчас просто не стал тебя мучить.

— Думаете, этого я не запомню? — бросила колко.

Он резко вскочил с постели.

— Что ж, раз ты в силах язвить, значит, не так уж пострадала. Моя совесть может успокоиться.

— А у вас она есть?

— Это не имеет значения. Главное, ты теперь принадлежишь мне. Император не получит тебя.

— Ах вот как? Что, вы и империя больше не единое целое? Разве это не империя сейчас изнасиловала меня — только вы?

— Лучше я, чем Гидеон Ромедарский.

— Что? О чем вы?

Вместо ответа он вытащил из гардероба одно из платьев и бросил мне.

— Одевайся, Лиара. И радуйся, что пока не понимаешь, о чем я. Я пришлю целителя, чтобы залечил твою… рану. И нам очень скоро придется явиться во дворец. Приготовься.

— Хотите похвастаться трофеем? — выкрикнула я уже в спину ему.

Он вышел, хлопнув дверью. А я наконец-то обмякла на постели и разрыдалась. Тонкая ниточка взаимного притяжения, которая протянулась между нами, пока мы смотрели друг другу в глаза, порвалась.

Конечно, я знала, что потеря девственности — это больно. И знала, что меня могут лишить девственности против воли. Но Велегар Крэш… вот так… Чувствовала себя преданной и втоптанной в грязь.

А он, после всего содеянного, потащит меня во дворец, бахвалиться своим достижением. Поставит перед императором и проклятой Гизеллой. Неужели мне все же придется стать любовницей при законной жене? Я ведь даже не смогу сопротивляться, утрачу разум!

Стоп. А что с моим разумом? Крэш лишил меня девственности. Теперь я должна безвольно заглядывать ему в рот, восторженно кивать на любые его слова, беспрекословно исполнять все распоряжения.

А я ненавижу его, осыпаю колкостями и хочу убить. Что все это означает? Он не подчинил мой дар?‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​