Глава 65. Чудо

*

Три месяца спустя

*

– Постой. Ну, куда же ты так быстро? – причитала я, пытаясь догнать малыша, уползающего от меня с невероятной для ребёнка скоростью.

Рядом стоял и тихо хихикал Эрс, наблюдая за нами. Муж держал на руках второго близнеца – Эрона – который увлечённо пытался открутить магнитную застёжку с отцовской куртки, пока я ловила не в меру шустрого Райса.

Прошло ещё не так много времени, но за эти пару месяцев наши мальчики изрядно подросли, научились сидеть и ползать. Поскольку сыновья были высшими ашхарцами, то и развивались они значительно быстрее человеческих детей. Пришлось учесть и то, что двигались мальчики иногда с невероятной скоростью, поэтому наш домашний помощник Айк всегда был начеку, готовый подхватить шустрого младенца и уберечь его от падения или травмы.

– Райс, нехорошо гонять маму. Она и так устала, надо поберечь её. Ты же знаешь, какая она у нас нежная и хрупкая, – закончив потешаться над моими попытками отловить сына, серьёзно произнёс Эрс.

Это выглядело в какой-то мере странно, но маленький пропеллер в ползунках сразу послушался и сел на попу.

– Иди ко мне, – позвала я Райса, и он охотно потянул ко мне ручки, улыбаясь так счастливо и открыто, как умеют только дети. – Пора укладывать их спать, – сказала я, направляясь в сторону детской комнаты.

Эрс последовал за мной.

– Мр-рау! – подал голос мой любимый котопапочка и самый заботливый котодедушка на свете.

– Ты серьёзно? Сам уложишь этих разбойников? – уточнила я, обращаясь к тирсу. В ответ Мейр только снисходительно фыркнул.

На самом деле, у космического медвекотика усыплять наших непосед получалось значительно лучше, чем у нас с Эрсом. И вообще, мой друг стал просто отличной няней для близнецов.

У ашхарцев не существовало понятия «детская кроватка». В комнате сыновей было такое же большое ложе, как в нашей, только по краям поднимался высокий бортик из прочного, но упругого материала. Мейр запрыгнул внутрь этой конструкции, а потом мы опустили туда Райса и Эрона, поцеловав на ночь их пухлые щёчки.

Естественно, когда мальчики подрастут, мы установим в их спальни двухъярусную кровать или подготовим вторую спальню, но пока близнецам комфортнее быть вместе. Малыши капризничали, когда теряли надолго друг друга из вида.

Тирс улёгся поперёк постели и начал громко тарахтеть. Мальчики сразу же поползли к котодедушке и облепили его с двух сторон. Они ворочались, перебирали маленькими пальчиками плотный серебристый мех тирса и сонно зевали, а Мейр млел от этих прикосновений и ещё громче мурлыкал.

– Спасибо, посол, – почти шёпотом поблагодарил моего дорогого медвекотика Эрс, а потом взял меня под локоток и вывел из детской. – Устала? – спросил муж, нежно поглаживая меня по руке.

– Немного, – призналась я.

Пусть Эрс так ничего и не вспомнил, но он снова вернулся к работе. Мой упорный генерал не жалел себя и охотно учился всему заново. Уже второй месяц мужчина тренировался вместе с Рау, изучал управление летательными аппаратами и прочие премудрости, а я была дома с детьми.

Кстати, это только звучит необременительно, а на самом деле даже с помощью роботизированного помощника Айка и моего неподражаемого котопапочки заботиться о таких активных малышах было ой как не просто.

Конечно, и ма-Диола, и Ааалит прилетали к нам довольно часто и с радостью возились с близнецами, но всё равно дел хватало. Эрс тоже с большим удовольствием заботился о сыновьях и обо мне.

Когда мальчики ложились спать, наступало наше личное время. Мы много общались, смотрели вместе земные фильмы, пробовали различные кулинарные шедевры, которыми нас баловал Айком или привозил Рау из коротких рейсов. Всё было как раньше. Ну, почти.

Мы спали в одной постели, поскольку Эрсу нужно было моё тепло, часто обнимались, вот только дальше этого не заходили. И дело было не в отсутствии желания. Я чувствовала, как загорается Эрс от малейшего моего прикосновения, да и сама мучилась от неудовлетворённости, каждый день разделяя целомудренный сон вместе с самым желанным для меня мужчиной на свете, но…

Почему-то я не могла переступить эту черту. Наверное, звучит глупо, но я не хотела предавать Эрса. Это странно, но, будучи эмпатом, я ощущала изменившегося мужа несколько иначе. Сложно объяснить. Пережив потерю памяти, мой генерал стал другим и чувствовался несколько иначе: как будто это был Эрс и не Эрс одновременно.

– Я подготовил тебе сюрприз, но, если ты сильно устала… – тихо произнёс мужчина, занимавший все мои мысли.

– Ты издеваешься?! Я же теперь не усну от любопытства. Показывай, что ты там приготовил, иначе я буду ворочаться всю ночь и тебе не дам выспаться, – игриво возмутилась я.

– Заманчивая перспектива. Пожалуй, я очень хочу попробовать – не спать с тобой всю ночь, – с томной хрипотцой в голосе сказал муж, смущая меня.

– Эрс, ты же знаешь… – пробормотала я, но мужчина не позволил мне закончить фразу.

Муж прикоснулся пальцем к моим губам, прерывая оправдания, а потом нежно приласкал чувствительную кожу. Его тёмные глаза от возбуждения светлели, становились золотисто-карими.

– Пойдём, – позвал меня Эрс, нехотя убрав руку от моего лица.

Только этот мужчина мог одним лёгким касанием вызвать во мне такой раздрай чувств: я была смущена, возбуждена и заинтригована одновременно.

К моим радости и удивлению, Эрс повёл меня на крышу – туда, где мы когда-то устраивали импровизированные пикники.

На знакомом широком парапете опять был расстелен упругий матрас, разложены подушки, а над головой кружили летающие фонарики.

– Прямо как раньше. Ты у Айка выпытал информацию о наших пикниках на крыше? – с грустной улыбкой поинтересовалась я.

– Нет. Вспомнил, как целовал тебя тут. Как признавался в любви, – тихо ответил муж.

– Ты вспомнил?! Неужели?! Эрс! А что ещё ты помнишь? – едва ли не запрыгала от радости я, повиснув на любимом.

– К сожалению, только это. Воспоминания приходят смутными картинками, ощущениями, чувствами. И знаешь, что я выяснил? – спросил мой генерал.

– Что? – послушно уточнила я, с надеждой глядя на мужчину.

– Я люблю тебя ничуть не меньше, чем раньше. Я не знаю, когда это пришло, а может, всегда так и было с того самого момента, как открыл глаза и увидел тебя в том шаттле, или когда первый раз обнял. Все мои глупые слова были лишь попыткой защититься от непривычных эмоций, и мне стыдно за эту слабость. Не надо ничего говорить. Позволь мне поцеловать тебя. Хочу узнать, так ли сладки твои губы, как я помню, – тихо признался Эрс, а я… Я сама потянулась к мужу и сделала то, о чём давно мечтала – поцеловала его.

Мы оба как будто сорвались с цепи. Все сомнения, обиды, опасения исчезли, как туман под ярким солнцем – просто растворились, не оставив и следа. Это был мой Эрс – мой мужчина, тот, за которым я готова была нырнуть в самую глубокую бездну, чтобы вернуть его домой, или уйти вместе с ним за серую грань небытия.

Одежда исчезла, как и прочие надуманные нами преграды, а потом… Мы всё же так и не уснули до самого утра. Любили друг друга, целовались, касались всего, до чего могли дотянуться, а потом снова сходили с ума от страсти. Наверное, ещё никогда я не чувствовала всё так остро и глубоко, отдавая всю себя без остатка, чтобы стереть этой близостью воспоминания об океане боли, который пересекли на пути друг к другу.

Уже давно встало местное солнце, а огромные луны превратились в бледные тени на ярком бирюзовом небосводе, когда муж затих в моих объятьях, а я всё перебирала его подстриженные волосы и глупо улыбалась, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете.

– Эрс? – позвала я своего генерала.

– М-м? – невнятно отозвался он.

– Наверное, тебе пора собираться на ваши с Рау занятия, – напомнила я о том, что времени у него осталось только на то, чтобы позавтракать и принять душ. Да и дети скоро должны проснуться.

– Мне они больше не нужны, – удивил меня ответом муж.

– Почему? Ты решил оставить работу? – озадачилась я.

Эрс приподнялся, опираясь на локти так, что наши лица оказались друг напротив друга.

– Я всё вспомнил, Кира. Абсолютно всё, – признался мой ашхарец.

– Вспомнил? А почему молчал? – уточнила я, не поверив до конца в то, что очередное чудо всё же случилось.

– Мне стыдно за то, каким засранцем я был с тобой. Снова. А ты… Ахани, единственная моя, ты столько опять вынесла из-за меня. Прости, – хрипло шептал Эрс, покрывая лёгкими поцелуями моё лицо.

А я… Я плакала, в этот раз от невыносимого счастья.